Волхвы отчизны/магическая битва в России

Глава 9. обитель высших мира сего

– Теперь налево; тут направо; теперь в переулок; далее по лестнице, теперь... - Воодушевленно говорил Слава, ведя нас с Акирой по каким-то непонятным закоулкам.

Навигационные таланты Раскольникова были до того развиты, что только и вводили Артема, и в особенности меня, в заблуждение.

– Почему вообще дворянский особняк находится в какой-то жопе? - Недовольно спросил Акира.

– Нормально он находится, это я веду вас к нему через жопу.

– А зачем? – Немедленно поинтересовался я.

– Затем, что так быстрее, я ж короткий путь знаю.

Эти слова нередко звучали из уст моего товарища, когда мы шли куда-нибудь. Уже несколько раз за полторы недели учебы мы с ним чуть не опаздывали на урок из-за ‘’короткого пути’’.

– Ты так каждый раз говоришь, – начинал канючить Артем, - Всю Москву что-ли знаешь?

– А то, это же крайне полезный навык для опера, – с ухмылкой похвастался Слава.

С этими словами Раскольников резко повернул и стал спускаться по лестнице, ведя нас куда во тьму. Путь наш лежал к поместью Безумовых.

...

– А-а, н-ну-у, э-это...

Именно так за два дня до того начала Катя, стараясь заговорить со всей нашей группой. В пятницу, сразу после последнего урока, она неожиданно пригласила нас всех в гости в воскресенье "потусить". По крайней мере так нам удалось расшифровать ее разрозненные куски слов. За время учебы я уже успел несколько изучить характер стеснительной одногруппницы, и подобное предложение было совершенно не в её стиле, поэтому я ожидал какого-то подвоха в данном мероприятии. И во второй выходной недели, как обычно с утра пораньше, Слава ворвался ко мне в жилье и чуть ли не за шкирку потащил за собой. По пути еще мы подобрали Акиру, выпрыгнувшего из автобуса. Заявив, что пешком куда интереснее, Раскольников повел нас через четверть Москвы по подворотням, переулкам и дворам, по только ему известному маршруту. Несмотря на всю сомнительность подобных путей, мы пришли к месту назначения, как раз к обозначенному времени, где уже ждали Власта с Распутиным. Завидев нас, наследница рода Карамазовых тут же зашагала к нам с крайне недовольным видом.

– Раскольников, почему так долго? – начала давить она.

– Че? – возмущенно переспросил Слава.

Эти двое явно стоили друг друга, и зарождающийся конфликт был крайне нежелателен.

– Ты же живешь в двадцати минутах ходьбы отсюда, мог бы и пораньше прийти.

– Так мы же договорились встретиться в десять, – уже утомляясь разговором, отвечал он, - Нахер мне приходить раньше?! Плюс я показывал дорогу безродным.

– А еще один безродный тогда где? – не унималась Власта.

На это Слава только фыркнул, разводя руками.

– А я чё, по-твоему, знаю, где он живет?

Они продолжали беспричинно собачиться еще пару минут, пока наконец не появился Кир, что-то оживленно обсуждавший с... Галом.

– О чем, шавки, спорите? – спросил Галактион, подходя к нам.

От такого дерзкого обращения Власта впала в ступор.

– Привет, Гал! – по-утреннему бодро поздоровался я с сэмпаем.

В ответ старшекурсник слегка улыбнулся и протянул мне руку, которую я тут же удовлетворенно пожал. После такого можно было смело диагностировать, что у нас все в порядке. За всем этим наблюдал Акира, у которого уже натурально отвисала челюсть от удивления.

– Вы? А как это?! Он же тебя чуть не убил. – оживленно недоумевая вопрошал Артем.

Удивление его было весьма обоснованно, и я уже собирался ответить, но неожиданно Галактион опередил меня:

– Мы помирились. Какие-то проблемы, КБшка-головый?

От такой нависающей угрозы Акира был готов сквозь землю провалиться от страха. Галактион моментально принялся давить на него и своей аурой вдогонку, от чего всем стало не по себе.

– Гал, успокойся! – тут же остановил его я, – это мой друг и одногруппник Артем.

Холодный взор на мгновение перебежал на меня, сохраняя довлеющий мороз, но быстро вернулся к обыденной нейтральности. Галактион отступил. Поняв, что мой новоприобретенный друг спокоен, я принялся представлять ему остальных. Больше всего меня интересовала реакция Славы. До этого с сэмпаем они уже сталкивались и, вроде, неплохо поладили, но сейчас Раскольников держался на удивление отстранённо. Что-то явно было не так. Когда взор мой добрался до Ульянова, мне сразу вспомнилось, что мы с ним не здоровались.

– Здравствуй, Кир! – куда более сдержанно поприветствовал я моего красного товарища.

– Доброе утро, Акатов!

И между нами тоже существовала невидимая стена. Моя чуйка начинала кричать от опасности. Подобные недомолвки могли очень плохо сказаться по ходу выходного в особняке. Также мной была замечена короткая, но очень странная реакция Карамазовой. Она на мгновение опешила, глаза забегали, но крайне быстро девушка взяла себя в руки и сделала предельно каменное лицо. С этим выражением она и повела нас в особняк. Назвать его ‘’особняком’’ было ничуть не преувеличением. Здание представляло собой огромное и величественное строение из белого камня в лучших традициях домов богачей с берегов Италии. Но все же в нашем варианте читалось больше твердости и морозоустойчивости. После КПП с парой охранников шла мощенная чуть ли не мрамором дорога к большой раздвоенной входной двери. По пути следования нас сопровождали аккуратно подстриженные деревья, пусть и терявшие уже листву в следствии осеннего времени года. Добравшись наконец до входа, дворец распахнули для нас двое слуг в черных костюмах и теплых плащах поверх. Войдя внутрь, стало очевидно, что интерьер был не менее роскошным и изысканным. Просторный холл украшали гобелены, картины и местами даже оружие. У входа нас встретил немолодой мужчина с залысинами в официальном черном костюме.

– Добро пожаловать, дорогие гости! - поприветствовал нас мужчина. - Я Савелий, дворецкий родового поместья Безумовых. Госпожа Катерина ждёт вас в столовой. Я провожу вас, прошу за мной.

Поклонившись, он повел нас за собой налево по коридору. Идя по нему, мне в глаза бросалось не только богатое убранство, но и лица одногруппников. Власта, Распутин и Слава выглядели спокойно и даже расслабленно, чувствуя себя как дома, а вот мы ‘’безродные’’, реагировали по-разному. Я и Акира старались высмотреть каждую дорогую безделушку. Но Кир с Галом разительно отличались от нас, в их глазах читалось призрение и даже ненависть. Я, конечно, тоже не любил это феодальный пережиток, но не до такой же степени.