Волхвы отчизны/магическая битва в России

Глава 13. Затишье перед бурей

– Победа - лишь шаг на пути к цели.

Так говорил отец в детстве всякий раз, когда мне удавалось несерьезно одолеть его. Впрочем, он само собой поддавался, стараясь дать урок сыну. Но лишь сейчас я начал понимать его по-настоящему. Вместе с реальными боями пришли и новые смыслы. Отцовские уроки, казавшиеся столь противными, оказались незаменимы. Да, пусть мне невозможно полностью с ним согласиться, но я все-таки становлюсь магом, как он и хотел. Первая серьезная победа в моей жизни...

«Достойный ли вклад я внес?..».

Но погружаться в экзистенцию внутреннего мира мне не дал "братан".

– Саныч, чего такой "суворый"? - с насмешкой сел он рядом.

Мы тусовались в караоке на какой-то Петербургской улице. Со счета заведений, которые обошла наша компания я давно сбился. Пьяными мы не были, но вели и отдавали себе отчет в действиях соответственно. Только завершился "Лесник" Короля и Шута, в исполнение Славы, как настала очередь Ульянова.

– Он то куда лезет? - вздохнул сэмпай, сидящий по правую руку от меня.

Наш капитан все еще был утомлен сражением с Петербуржцами, но легкую веселость, совершенно ему несвойственную проявлял. Выйдя на сцену, Кир принялся выбирать песню. Мы с интересом ждали результата. Несколько секунд спустя он взялся за дело.

– Границы ключ переломлен пополам...

Несколько секунд висела гробовая тишина. Наш коммунист пел с таким самозабвением и абсолютно противоестественной хрипотой, что нас пробило на смех. И такая реакция ожидаемо его разозлила, из-за чего сцену он покинул. Следом в беспорядочной череде веселья прошли песни остальных. Пусть некоторые сомнения и терзали мой разум, но отдохнуть действительно хотелось. Час спустя наша компания вывалилась на улицу. Разгоряченные, несколько секунд мы не замечали очевидного.

– Р-ребята, с-снег! - с трудом, но небывалой радостью воскликнула Катя.

От необычайной редкости зрелища говорящей подруги нас отвлекли белые хлопья, падающие с небес. Первый снег в этом году наконец выпал. Стоял конец ноября, но зима все-таки явилась. В наблюдении за прекрасным природным явлением мы затихли. Внешней холод странным образом обращался теплотой в сердце, что разливалась по всему телу.

– Кайф! - выдохнул Раскольников, нарочито выпуская побольше пара изо рта, - а теперь погнали дальше!

Он махнул нам рукой, отправляясь вперед по улице. Я тут же зашагал за ним. Время и легкая усталость совершенно меня не волновали. Но не все разделили наш настрой.

– Стопарнись, Раскольников! - утомленно бросил сэмпай, складывая руки на груди.

Статус капитана команды и завоевателя победы давал ему немалый авторитет, а потому все встали, заглушив стремление Славы.

– Всем пора на боковую.

С этими словами сэмпай махнул проезжающему мимо такси. Команда молча выжидала.

– Да кому сдался этот сон? Мы победили и должны отпраздновать, - отмахнулся Слава, вновь шагая дальше.

Мне хотелось последовать за черновласым другом, забыть о битвах и испытаниях, отдавшись праздности. Тут же остановилась вместительная машина и все принялись грузиться. Лишь Ульянов, хмыкнув, отправился пешком, сославшись на "буржуазность товарищей". Но даже он совершенно не поддержал нашего мятежа.

– Саныч, погнали уже! - хлопнул меня по плечу Раскольников.

Пусть мысленно я был с ним и ноги уже начинали движение, но взор все равно обращался к Галактиону. Он не собирался препятствовать нам, но ледяные глаза выражали лишь разочарование, смотря прямо в мои. На миг внутри что-то екнуло.

«Сэмпай прав. Нам действительно пора, но...».

И все же ноги понесли меня навстречу приключениям. Поравнявшись с другом, я зашагал прочь. Лишь на следующий день после продолжительных странствий по Петербургу "коротким путем", мы наконец объявились в поместье.

– Ха-ха! Встречай, халупа, пахан вернулся! - крикнул мой попутчик, распахивая парадные двери.

Разноцветные очки, массивная шуба с норочьим хвостом, позолоченная трость в руке и... Попугай на плече. Все это увенчивало образ ночного кутежника. Я тоже пребывал не только в лютой усталости, но и в странных одеяниях. Их появление было следствием "штурма" торгового центра, устроенного за полчаса до его закрытия. Впрочем, нашего триумфального возвращения никто не увидел, ведь было далеко заполночь. По сей причине нам все же пришлось отправиться спать.

Утром я проснулся сильно позже обычного и почти не выспавшимся. Подлое зимнее солнце ослепляло меня, лишив возможности продолжить сон. Приняв вертикальное положение, я выглянул в окно. Помимо припорошенных снегом питерских просторов, мой взор пал на задний двор, где виднелись две людские фигуры. Галактион-сэмпай и Катя-чан проводили утренний спарринг. Лицезрение их дисциплинированности и ответственности вызывало внутри лишь едкое чувство стыда. Конфликт с капитаном команды нужно было уладить. С этим намерением я и развернулся, двигаясь к двери.

– Утро в хату!

С ноги в комнату влетел Раскольников. Вновь видеть друга спустя несколько часов разлуки мне радости не доставило, ведь я понимал, что сейчас начнется.

– Охайо, Слава-кун!

Более формальное приветствие шло в разрез с нашим панибратским поведением всю ночь, и вошедший это почувствовал.

– Да не дуйся ты! Фотку из стрипухи удалю.

– Чего?! - не сдержался я.

В ответ пришлый лишь расплылся в довольной ухмылке.

– Забей, просто стебу тебя! - хлопнул он меня по плечу.

Этим Слава рассчитывал окончательно низвести напряженность, и стоило признать, ему это удалось.

– Раз снежинка оттаяла, можно работать, - завел он свою шарманку.

Но от продолжения мы были отвлечены. В комнату вбежали сестры Раскольникова. Пусть между ними и была разница в возрасте, но визуально они почти не отличались.

– Брат! - крикнула та, что поменьше, - ты же обещал.

– Славочка, ну когда мы уже поедем? - потянула вторая брата за край рубахи.

Я уже ожидал, что друг пошлет их куда подальше, но к моему глубокому удивлению реакция последовала совершенно иная.