Волк и Фиалка

Кассандра

Кассандра не любила подобных сборищ. Много грязи оставалось после них. Само здание суда располагалось сразу за городской площадью, рядом с офисом шерифа и местной типографией. Центр Олмфри отдавал стилем старой Англии с узкими улочками, подвесными цветниками на подоконниках и небольшим фонтаном в центре мощенной площади. Торговые ряды располагались немного в стороне, словно оберегая центр от излишней суеты. Для многих выходцев из Соединенного Королевства такой городок был бы просто подарком судьбы, создавал впечатление провинциального. Касси не разделяла подобной ностальгической привязанности к родной стране. Ее детство и юность прошли вдали от Англии, большей частью. Без сомнения, Олмфри был приятным местом, даже по-своему интересным, но, отнюдь, не таким родным сердцу девушки, как большинству остальных жителей.

Здание суда было еще одним реверансом в сторону старой Англии. Высокие колонны, каменная отделка, сравнительно небольшие окна, приятный викторианский стиль. Внутри было душно от собравшейся толпы людей. Все занимали свои места. Мореным деревом были обиты стены, панели, лавки для заключенных, скамьи для зрителей и кафедра судьи.

Касси окинула взглядом бандитов, двое чернокожих и индеец, как и говорили в городе. При взгляде на последнего, девушка вздрогнула. По коже пробежала волна жара, жара его искры. Прикрыв глаза на пару мгновений, Кассандра быстренько настроилась на то, другое зрение. Этот парень действительно имел силу, такую же, как сама Мисс Браун. Искра в нем горела обжигающе ярко. Благодаря ей мужчина все еще держался и был жив.

Все трое бандитов были тяжело больны. Двое темнокожих были уже одной ногой на том свете. Даже без вынесения приговора и казни они отошли бы сегодня ночью в мир иной. Связи души и тела уже были серьезно нарушены. Нити, связывавшие их, рвались из-за болезни и отказывающих органов. Как только последней нити не станет, душа отойдет в тот самый, другой мир, видимый людям подобным самой Кассандре и тому третьему бандиту. Он и сам был далеко не в лучшем положении, пусть и отличавшемся от подельников в положительную сторону. Стоило ли что-то предпринять? Определенно. Касси не знала других, подобных себе и своим родным, и не надеялась встретить таких людей в своей жизни. Она не стала слушать выступление судьи, полностью сосредоточившись на поддержке бандита. Внутри него тоже ощущалась некая другая сущность?! Кассандра, отделяясь от физического тела ощущала себя больше кошкой, чем человеком. В этом же парне жил волк. Правда большего Мисс Браун не могла сказать из-за его болезни.

Она смяла платочек в руках. Девушка осталась одна со своим секретом после смерти родных. Всю жизнь рядом были Арчибальд и Елена, которые тоже видели, тоже чувствовали, тоже были близки к тому, другому миру. Не будь их рядом, Касси бы давно сочла себя сумасшедшей. Боль потери была все еще остра. Несмотря на то, что Мисс Браун продолжала жить дальше, Кассандра стала заложницей своего яркого отличия от других людей. Девушка чувствовала, словно бы, незримую границу между собой и окружающими. Рядом с ними, там, за этой невидимой стеной, всегда кто-то был, а Мисс Браун осталась одна. Был ли кто-то рядом с этим бандитом? Кассандра не знала, но решила во что бы то ни стало спасти его жизнь.

– По закону штата за жизни этих чад господних назначается выкупной залог в размере сорока пяти тысяч долларов за каждого из троих обвиняемых, – голос судьи прозвучал монотонно, дежурно, буднично. Дело с казнью бандитов было почти решено. – Кто-то из добропорядочных жителей Олмфри изъявит желание спасти жизни этих несчастных? – все также холодно, не ожидая положительного ответа.

Кассандра неспешно поднялась, приподнимая руку.

– Я желаю, досточтимый судья Клемент, – уверенно сказала она, чуть склонив голову в поклоне.

По залу прошел ропот недоверия и возмущения. Судья и сам не нашелся, что сказать в первое мгновение, а вот девушка, тем временем, продолжила.

– Бог учит нас состраданию и милосердию даже к самым падшим душам. В угоду воле Его и светлому учению, я желала бы спасти одного из подсудимых. На всех троих, увы, моего скромного состояния не хватит, – голос ее был мягким, нежным, обволакивающим, чарующим. С каждым словом ропот становился все тише.

Кассандра знала, что делает, умела управлять своим голосом так, чтобы зачаровать толпу, чтобы приковать к себе внимание и заставить слушать. В прошлом Арчибальд учил ее воздействовать на других посредством создаваемого энергией образа вместо себя. Злую собаку достаточно легко было отпугнуть, представив на своем месте что-то опасное, к примеру медведя, и играть на обонянии. Почуяв опасного хищника, собака быстро поджимала хвост и убегала. Главное было самой не бояться и не терять концентрацию. С людьми было сложнее, необходимо было играть роль, входить в нее. Воздействие в этом случае было куда масштабней, чем с собакой и шло на больший спектр чувств. Люди в зале не замечали, как падали жертвами магического очарования и не находили в себе сил спорить. Созданный нежный образ играл на благоговейных чувствах. Спасение падшей души, разве не благородное дело, достойное образа Девы Марии? Кассандра представляла ее за собой, словно выплетая картину из нитей собственной энергии. Прекрасная женщина, словно сошедшая с благородных икон и полотен мастеров эпохи Ренессанса. Ощущение шелка ее покрывала такое нежное и обволакивающее. Тончайший запах ладана и ландышей довершал картину, одурманивал присутствующих.

– Мисс Браун, – строго обратился к ней судья, – уверены ли вы в своем решении?

– Абсолютно, – ответила она.

Публика прибывала в молчании. В другой ситуации человека, решившегося на такое, немедленно начали бы отговаривать, давить большинством, протестовать против одобрения выкупа. Кассандра понимала это, потому и выбрала такую сложную и многоплановую игру на чувствах и восприятии. Времени мало и ей не должны помешать. Молоток судьи ударил в последний раз оглашая приговор только для двух подсудимых, третий же должен был вернуться под стражу, пока Мисс Браун не внесет выкупной залог в городскую казну.