Волк и Охотник. Охота в Айбенхайн

Глава 4. Первая ночь

Майра получила комнату на втором этаже. Вид из окна выходил на зелёный хвойный лес. Для кого-то этот вид был прекрасным успокоительным. Но только не для Майры. Он её пугал.

Комната досталась ей практически бесплатно, за одним лишь исключением — она должна была устроиться на работу.

— Мне не нужны твои деньги, милочка, — равнодушно произнесла фрау Дитмар. Но всё ещё поглядывала на пластиковую карточку в руке Майры. Усмехнулась, выпрямилась, подняла глаза на девушку. — К тому же, здесь нет автоматов, которые принимают электронные деньги. Только наличка.

Майра сконфузилась, растерялась, полезла в чемодан, чтобы поискать отложенные «на всякий случай» деньги. Но Штефани протянула к ней костлявую руку с длинными пальцами. Майра отвлеклась, отстранилась. Фрау Дитмар улыбнулась ей одними губами: растянула морщины. Её лицо стало похоже на маску для Хэллоуина.

— Не утруждайся, — сказала она, убрав руку. — Бастиан, а точнее герр Франке, только что подал мне неплохую, как ему кажется, идею. И я готова с ним согласиться, — она сложила руки в замок. — Хотя мне это не нравится.

Дитмар метнула в Майру гневный взгляд. Не хватало только злобного смеха. Достала из тумбы, заменяющей стойку администратора, чистый лист и ручку. Положила перед Майрой.

— Пиши, — Штефани ткнула в правый верхний угол. — Директору школы «имени Ольдвига Циглерла», Штефани Дитмар от соискателя на должность, — она вскинула голову, выпятив заострённый подбородок, поджала губы и через секунду, озарённая возникшей мыслью, продолжила: — помощника директора. Дальше пиши свои инициалы.

Майра, которая после слова «пиши» по привычке схватила ручку и принялась записывать вдруг остановилась и отстранила бумагу.

— Вы это о чём? — она вскинула бровь. — Я не собираюсь на вас работать. Я ведь приехала отдыхать!

Фрау Дитмар усмехнулась, сомкнула пальцы в замок. Майра услышала хруст, поморщилась.

— Милочка, — нежным голосом проговорила Штефани, — в Айбенхайн никто не отдыхает. Разве только мелкая детвора и школьники на каникулах. Взрослые здесь трудятся в поте лица. Ты просто ещё не заметила этого.

Майра усмехнулась. На её лице появилась улыбка.

— О, ваш трудоголизм я почуяла ещё в лесу.

— Издёвки жителей больших городов, — Дитмар вздохнула. — Неблагодарные. Но ничего, ты успеешь, милочка, не только посмотреть как мы здесь живём, но и примеришь нашу «шкуру».

— Я не останусь здесь больше ни на минуту, — Майра спрятала кредитную карту в чемодан, застегнула его и потащила к выходу.

Фрау Дитмар смеялась открыто и от души. Она шла за Майрой и даже встала рядом с ней под начинающимся дождём.

— Где здесь такси?

— Милочка, ты ещё и невнимательная, — Штефани обвила рукой проезжую часть. Она была пустынной: ни машин, ни людей. — У нас нет такси. Машины есть только у охотников и рыбаков. Но они, как правило, все заняты с утра и до поздней ночи. А куда ты собралась?

— Я убираюсь отсюда! Вернусь в Бремен и там проведу свой отпуск. У рыбаков же есть лодки. Я на такой приплыла сюда с материка. Пусть меня доставят обратно. Я заплачу.

— Пластиковой безделушкой? — Дитмар хмыкнула. — Очень сомневаюсь, что они согласятся на это. Айбенхайн — их дом и отсюда они не уйдут. Даже после смерти. Таков непреложный закон нашего городка и всего острова. Так что, если не хочешь заболеть, возвращайся в «отель». Скоро стемнеет и в городе станет небезопасно. Над работой задумайся. Это ведь единственный шанс оплатить своё пребывание здесь.

Штефани вернулась в здание, встала под навесом. Она ждала Майру. Дождь усилился и девушке ничего не оставалось как только зайти в пансион и занять выделенную ей комнату.

Кровать была железной, расхлябанная пружина скрипела. Майра села и тут же провалилась почти до пола.

— Постельное бельё чистое, — сказала Штефани, когда заглянула в комнату. — Горячая вода скоро будет. Я позвоню в колокольчик — не проспи. Количество горячей воды ограничено, так что нежится в душе не советую. И постарайся поздним вечером не зажигать в комнате свет, — она посмотрела на окно. — И занавеску задёрни. Если что-то понадобится — подожди до утра.

Майра повернулась к двери, но фрау Дитмар уже и след простыл. Догонять её не было желания. Майра чувствовала себя подавленной, растоптанной и грязной. Она встала, прошла в комнатку напротив. Включила свет. Раковины не было. Зато имелся душ с ржавыми кранами и мокрицы, которые ползали по немытому кафелю. Унитаз тоже не вызывал доверия: он шатался, из-под него шёл лёгкий ветерок. И садиться на этот рассадник микробов Майра не собиралась.

Она погасила свет в ванной комнате, закрыла дверь на щеколду, подошла к окну и всмотрелась в лес.

«Куда же меня занесло?»

Когда начало смеркаться, Майра сидела на кровати, подогнув под себя ноги и пыталась позвонить подруге. Звонить маме не хотелось. Она сразу поймёт по голосу, что с дочерью что-то не то и примется отчитывать. Подруга же поддержит и совет дельный даст. На то она и подруга.

Но связи как не было, так и нет. Майра окончательно пала духом. Она не раздевалась, только сняла ботинки, завернулась в одеяло и улеглась на кровать. Может, завтра у неё получится убраться с этого проклятого острова. А пока что ей нужно отдохнуть. С этими мыслями Майра сомкнула глаза и погрузилась в безмятежный сон.

Проснулась она ночью от воя за окном. И никакого звонка колокольчика. Часы показывали два ночи. Свет в комнате горел, занавески остались распахнутыми. Майра вспомнила слова Штефани. Вскочила, сунула ноги в остывшие ботинки и подбежала к окну. Свет в комнате не давал возможности посмотреть на чёрный лес. Майра задёрнула лёгкие цветастые занавески и, уже спокойнее, прошла к двери, выключила свет.

Комната погрузилась не во мрак, но в черноту. Такого Майра ещё никогда не видела. Зрение никак не могло привыкнуть к непроглядной темноте, а слух подводил Майру. Он играл с ней, как в детстве. Пугал шорохами, скрипами и завыванием ветра за стенами дома.