Волк? Но я старше

10. Гость.

Ближе к вечеру, когда я, отдохнув от дороги, жарила себе на ужин картошку, домой вернулись Наташа и Изольда. Они ввалились в нашу квартиру с веселым хохотом. А когда они добрались до кухни, стало понятна причина их радости.

- О, Зинка! Ты уже вернулась? – Совсем не радостно воскликнула Наташа. – А мы пригласили в гости Макса.

- Встретили его у нашего подъезда. - Добавила Изольда и отошла в сторону, пропуская вперед мявшегося в коридоре Максима. Потом девочки и их гость сели за стол, и уставились мне в спину.

- Обойдетесь. - Не оборачиваясь, буркнула я.

Был у нас как-то с соседками конфликт из-за еды: они критиковали то, что готовила я. И я пообещала, что готовить на них больше не буду. И мне понравилось жить с девизом: «Каждый за себя». Готовить на одного человека оказалось намного проще и убирать за собой совсем не сложно.

- Ты о чем? - Недоуменно спросила Иза.

- Картошку я пожарила только на себя, и делиться ни с кем не собираюсь. – Развернувшись и при каждом слове махая лопаточкой, проговорила я.

- Угости хотя бы Макса. - Растягивая слоги, сказала Наташа. – Нельзя быть такой негостеприимной и вредной.

А меня сильно разозлило то, что она назвает Максима Максом. Звучало это так будто они давние знакомые и очень близкие друзья. Поэтому я сказала, что он не мой гость и угощать его не моя обязанность.

А потом выложила из сковородки всю жареную картошку себе в одну тарелку и вместе с ней села за стол подальше от голодных взглядов соседок. Но мне было стыдно смотреть в сторону Максима. Он, наверно, подумал, что я обжора и жадина. К тому же хамка!

- Ты серьезно собираешься все это съесть? – Спросила Иза.

- Так ты не похудеешь. – С многозначительной ухмылкой добавила Наташа. - Там же сплошные жиры и канцерогены. И порция эта для бегемота.

Вообще-то, картошки в тарелке было не так уж и много, я готовила ее на себя одну. Во-вторых, ничего, кроме жареной картошки на столе не было, в квартире не было ни хлеба, ни даже диетических хлебцов. И из холодильника было все съедено, даже мой острый корейский салат, который больше никто не любил. Но ничего сказать в свою защиту я не успела.

- Ида, - обратился ко мне Максим, - неужели тебе хватит одной картошки. Только зубы зря пачкать. И как ее есть без мяса и кетчупа?

- Как-нибудь справлюсь, - пробормотала я. Но его слова бальзамом пролились на мое самоуважение. Получалось, что он меня не осуждал, даже сочувствовал, что я, бедная, без мяса одну картошечку ем.

- Я могу заказать нам стейки из ресторана. - Предложил Максим.

- Ресторан тоже твоему брату принадлежит? - Подозрительно спросила я. Но нет, ресторан родне Зинзагореева не принадлежал.

Но стейки и другую еду Максим заказал, хоть я и была против.

А пока все ждали ресторанной еды, я доела хрустящую картошку.

- Как твой муж? – Нарушая молчание, спросила Наташа. – Просил тебя о прощении и хотел, чтобы ты вернулась?

Мне показалось, что Максим разозлился, услышав слова моей соседки, а при упоминании «моего мужа» он заметно вздрогнул.

- Сейчас же твой Костик инвалид, и ты будешь ему нужна. – Многозначительно произнесла и Иза.

Я в первый день отъезда звонила соседкам, чтобы предупредить, что меня какое-то время не будет дома. Тогда я коротко рассказала об аварии Костика.

- Мой бывший, - я подчеркнул это слово, - не должен просить меня о прощении. Мы не ссорились, и он меня не обижал. Мы просто развелись.

- Но он тебе изменил. – Пренебрежительно напомнила Наташа.

Я им о своей жизни не рассказывала. Они сами сделали такие выводы, когда узнали, что я в разводе, а мой бывший муж женится.

- Измены не было, не наговаривай на человека, которого не знаешь. – Не спуская взгляда с Наташи, сказала я ей. - Мы с мужем давно шли к разводу. А сейчас он влюбился и собирается жениться.

Я-то знала, что Костик не был мне ничем обязан. Наоборот, только благодаря его дружеской поддержке я смогла сбежать от давления семьи и получить образование. Хоть я и ворчу, что мой диплом никому не нужен, но он сильно повышает мою самооценку, и шансы на постоянную, нормальную работу у меня намного выше, чем были бы без диплома. И то, что я поначалу себе нафантазировала о нас с Костиком, не делало его моим должником.

И просто из желания объяснить, какой мой друг человек и почему он так много для меня значит, я рассказала о нашей с ним жизни. Коротко, не уточняя некоторые детали. Но слушавшие меня люди должны были понять, что мужем и женой мы с Морозовым давно не были. Я же даже фамилию его не брала. А сделал он для меня много, вытащив из родного города.

На мою историю Наташа просто скривилась с пренебрежительным:

- Фи.

Изольда же сказала:

- Раз твой Костик такой хороший, он должен был оставить тебе квартиру.

- Зачем? – Искренне удивилась я. - За его квартиру еще пятнадцать лет ипотеку выплачивать. К тому уже у меня в Рыбинске есть своя квартира.

Только Максим проявил чуткость и предложил помочь моему другу с лекарствами и деньгами на лечение.

- У моей семьи есть знакомые в Москве. Можно перевести твоего друга в лучшую клинику.

Растроганная, я поблагодарила парня и сказала, что поговорю с Костиком.

А потом принесли еду из ресторана, и, оплатив доставку, Максим попросил меня проводить его до лифта. Он не захотел оставаться на ужин, когда понял, что я собираюсь скрыться в своей комнате.

Пока мы дожидались лифта, Зинзагореев сказал:

- Ида, я очень скучал эти дни без тебя.

Чувствуя неловкость, я недовольно отмахнулась от парня. Он уже говорил, что скучал, и я в это не верила.

- Я не лгу, ты мне очень нравишься. – Сказал Максим. И он был слишком искренним.

Подавив желание сказать ему что-то доброе в ответ, я язвительно спросила:

- Также как Наташа и Иза?

- Нет, с ними я общаюсь вынужденно, чтобы приблизиться к тебе. – Снова поставил меня Максим в неудобное положение.