Волки и овцы
Явление двенадцатое
Мурзавецкая, Глафира, Павлин.
Павлин. Что прикажете, сударыня?
Глафира стоит подле Мурзавецкой, спустя глаза в землю.
Мурзавецкая (Павлину). Слушай хорошенько! Я передумала, надо расплатиться со всеми. Люди не ангелы, что их искушать-то. Посмотри в книге, нет ли денег.
Павлин (раскрыв книгу). Есть, сударыня.
Мурзавецкая. Возьми!
Павлин берет деньги.
Много ли мы должны?
Павлин. Без малого пятьсот рублей-с.
Мурзавецкая. А у тебя сколько?
Павлин (сосчитав). Так точно-с.
Мурзавецкая. Раздай всем. Ступай!
Павлин. Слушаю-с. В газетах надо этакие-то оказии печатать. (Уходит.)
Мурзавецкая. Глафира, я хочу дать тебе послушание.
Глафира. Приказывайте, матушка.
Мурзавецкая. Я тебя свезу сегодня к Купавиной; подружись с ней, да в душу-то к ней влезь; она женщина не хитрая; а тебя учить нечего.
Глафира. Слушаю, матушка.
Мурзавецкая. Да коли увидишь, что Мишка Лыняев обходит ее, так не давай им любезничать-то, а постарайся разбить, очерни его перед ней, а Аполлона хвали!
Глафира. О, с удовольствием, матушка, с удовольствием.
Мурзавецкая. Да и сама-то на Лыняева глаз не закидывай! У меня для него готова невеста.
Глафира. Мои мечты другие, матушка; моя мечта – келья.
Мурзавецкая. Этот кус не по тебе.
Глафира. Я о земном не думаю.
Мурзавецкая (подняв глаза к небу). Ах, окаянная я, окаянная! (Глафире.) Глафира, я окаянная. Что ты на меня смотришь? Да, вот, я окаянная, а ты как думала? Кажется, и не замолить мне, что нынче нагрешила. Бабу малоразумную обманула – все равно что малого ребенка. И обедать не буду, буду поклоны класть. И ты не обедай, постись со мной! Сейчас, сейчас в образную! И ты, и ты… (Встает.)
Глафира берет ее под правую руку.
Веди меня! (Идет, как бы совсем обессилев.) Согрешила я, окаянная, согрешила.
Отредактировано: 15.12.2023
Добавить в библиотеку 