Волны жизни

Глава 6.

Игорь

Поездка начала бесить меня с самого начала. Во-первых, Ник дал мне билеты на какой-то отстойный самолёт, в котором мало того, что не кормили, сиденья были узкие и не откидывались, так Никита еще и сам не полетел этим рейсом! Хотя последнее, ввиду всех перечисленных вводных, было вполне объяснимо. Весь полёт я мечтал о двух вещах – высказать этому гаду, что думаю о нём и этой поездке, вторая – улететь обратно первым же рейсом.

В аэропорту меня встретил угрюмый кавказец на внедорожнике, и я порадовался, что за всю дорогу он не проронил ни слова, поддерживать даже элементарный диалог не было никакого желания.

Они хотели, чтобы я «разгрузил голову»? Чтобы «перезарядился»? Подсунули мне вдвоём с мамой этот «отдых в горах», чтобы я «расслабился». Зашибись, как я тут расслаблюсь! Привезли меня в какую-то хибару в лесу, и, судя по скромному виду двора, тут не будет ни бассейна с подогревом, ни спортзала, ни спа…

- Есть у нас спа, - обидчиво заявил Ахмед, водитель, который меня привёз. – Вот, - и показывает на небольшую избушку. - А как в баньке попаритесь, так сразу – в сугроб. Красотаааа! Никакого бассейна и не нужно. Ну, а спортзал вам и не понадобится, будьте уверены.

На последних словах Ахмед хитро подмигнул, заставив меня насторожиться, и пошёл загонять машину в гараж, из чего я сделал вывод, что на сегодня я был последним прибывшим гостем. Это не очень радовало, так как, во-первых, не люблю быть последним, а во-вторых, опоздавшие всегда привлекают к себе внимание, а мне хотелось бы тихого, спокойного отдыха.

- Ну, наконец-то, - встретил меня у входа Ник, - а то я уже стал готовиться разочароваться в тебе.

Ржёт, скотина. И обниматься лезет. А я без обеда. Да и, похоже, без ужина – на часах почти одиннадцать – кто мне в такое время будет готовить?

- Ты труп, - шепчу ему на ухо, когда тот заключает меня в крепкие объятия.

Почему «шепчу»? да потому что прямо за его спиной стоит моя учительница литературы. Ну, лет пятьдесят назад она непременно должна была выглядеть именно так. Девушка лет двадцати семи - двадцати восьми, в офисном костюме серого цвета и белой идеально выглаженной блузке с воротничком-стоечкой, застёгнутом на все пуговички. Собранные в низкий пучок светлые волосы и строгий взгляд из-под очков наводили бессознательный ужас: хотелось выпрямиться и попросить рассказать «Бородино» сначала, потому что слова опять забылись.

- Игорь, познакомься, Юлия Андреевна Весёлая, - представляет мне незнакомку Ник и сразу же пропадает для всего мира, растворяясь в этой «весёлой» дамочке.

- Никита Владимирович о Вас рассказывал, мне очень приятно познакомиться, - куда дели мою училку? Вместо неё пришла очаровательная юная леди. Постойте, я сказал, что ей около двадцати семи? Ерунда – с этой милой улыбкой, невинными глазками и звонким голоском, ей едва ли дашь больше двадцати!

- И как же он успел меня отрекламировать? – спрашиваю, нарочно расплываясь в самой обаятельной из своих улыбок – нужно срочно проверить мои предположения на счёт этой девушки.

- Сказал, что ты угрюмый и вредный гусь! – раздраженно вклинивается Никита, и я понимаю, что таки-да – это та самая «заноза в заднице», с которой он и планировал меня познакомить.

- Неправда, - бросает на него укорительный взгляд Юлия, и я отмечаю, что с Ником она разговаривает намного строже и официальнее, чем со мной. – Никита Владимирович сказал, что Вы хороший друг и замечательный отец.

- А Никита Владимирович – великий сказочник, - озвучиваю вслух свои мысли. – Мне он о Вас тоже кое-что рассказывал…

- Так, я не понял, ты не проголодался с дороги, что ли? Ужинать будешь вообще? – прервал меня Ник, опасаясь того, что я могу отомстить ему за всё, что он сотворил за моей спиной, и рассказать Юле про «ведьму» и не только.

Мы с Ником первым делом идём в столовую, где, очевидно, специально для меня оставили на подносе порцию жаркого и овощной салат. Пока я ужинаю, друг рассказывает мне план на два дня нашего здесь пребывания.

- Завтра всё начинается после обеда…

- Так, сразу поясни: что начинается? – спрашиваю, не отрываясь от еды.

- Как что? А я тебе разве не сказал? – эти слова заставляют прекратить жевать и начать волноваться. И не зря. – У нас здесь будет двухдневный квест!

- Ш-ш-што? – подавившись куском мяса, переспрашиваю.

- Ты не знаешь, что такое квест? – удивленно спрашивает Ник.

- Знаю, но ты хоть сам понимаешь: где я и где всякие там квесты? Мне тридцать пять лет, а ты мне на полном серьёзе предлагаешь бегать по горам и отгадывать загадки?

- А почему бы и нет? – невозмутимо отвечает друг. – И вообще, не спеши делать преждевременные выводы. Вдруг тебе понравится!?

- Мне бы понравилось, если бы меня два дня просто никто не трогал, - бурчу, заканчивая с едой.

- Э, друг… - шепчет Ник в ответ на мои слова, оглядываясь по сторонам, - не торопись бросаться громкими заявлениями. Тут такие красотки приехали, смотри - сам еще будешь просить, чтобы тебя потрогали.

Ник усмехается собственной шутке, а я пропускаю информацию где-то на фоне. Главные мои мысли сейчас почему-то о Матвее. С самого его рождения я старался быть ему хорошим отцом, ведь матери у него не стало почти сразу… Я старался, у меня не получалось, я злился, винил себя и… еще больше отдалялся от сына. Не в физическом смысле, конечно. Вот сейчас я уехал на два дня, а изнутри меня ест чувство вины – будто я его бросил.