Волонтерская история

40 - Пустота

Как она добралась до дома, Элли помнила смутно. Девушка не стала вызывать такси, потому что боялась, что Виктор начнет уговаривать ее остаться, пока она будет ждать машину, и просто побрела по улочке элитного поселка, надеясь, что он сдержит слово и не последует за ней. Остаться, как и продолжить отношения она была теперь категорически не готова. В душе стало пусто, как будто бы из нее откачали весь воздух и остался неприглядный вакуум, в котором не мелькало ни одного чувства или мысли. А перед глазами все еще стояли сцены ТОГО видео: вот Горецкий опирается спиной о стену и надавливает красотке на плечи, вот она уже скользит по его телу и опускается на колени, и он фиксирует ее голову на уровне своего паха. Что там дальше делала распутная девица, Элли не смотрела, гораздо горче было от того, что ее альфе это все безумно нравилось, из его рта вырывались глухие стоны, а руки надежно удерживали чужой затылок в нужном положении...

Тото осмотрелась по сторонам, оказывается, она уже несколько минут стояла посередине гостиной и таращилась на пустую стену за диваном. Девушка обняла себя за плечи и направилась в свою комнату. Надо просто пережить эту подставу, а потом время сотрет приятные воспоминания крепких мужских ладоней на ее обнаженной спине и жестких губ, атакующих ее рот. Надо просто с головой уйти в работу и волонтерство, стиснуть зубы и тащить свой груз дальше, бороться и не сдаваться. А Горецкий останется яркой вспышкой в ее серой жизни...

Хлопнула входная дверь, и почти сразу Элли услышала торопливые шаги на лестнице. Мама... Осталось выдержать еще один бой...

- Дорогая, что случилось? Почему ты дома? Ты же написала мне смс, что останешься ночевать у Виктора.

Больше мама ничего не сказала, лишь уставилась на нее этим своим фирменным сканирующим взглядом, а Элли еле сдерживала себя, чтобы не разреветься.

- Мамочка, мама, - она все же не справилась с эмоциями и дала первого петуха. - Помнишь, как он пригласил меня в "Океан". Ты еще тогда сказала, что я похожа на фарфоровую куколку.

- Доченька, дорогая, конечно, помню... - выражение непонимания сменилось на ее лице какой-то непонятной Элли печалью. - А еще помню, в каком настроении ты оттуда вернулась... И ты два дня просидела взаперти в своей комнате. Я тогда сильно переживала...

Элли подняла заплаканные глаза не мать. Как она могла так эгоистично заставлять самого близкого ей человека волноваться...

- Мне сегодня прислали видео... - в ней боролось два противоположных желания: сгореть со стыда, что человек, которого она выбрала, поступил так нечестно по отношению к ней, или поделиться болью с матерью, позволить себя пожурить и пожалеть.

Второе желание все же пересилило.

- На том видео было снято, как он сразу после того нашего свидания поехал к другой женщине и занимался с ней сексом, - она выпалила все на одном дыхании, чтобы случайно не передумать посередине признания. - Мамочка, это так больно. Как будто он меня заранее предал, но все равно продолжил наседать и в результате добился своего. Мне так мерзко ощущать себя последней дурой...

- Подожди, доченька, но ведь на том свидании ты ему сказала, что не желаешь с ним никакого общения, ты же его оттолкнула. А мужики, они такие, им себе доказывать надо, что они успешны у женщин. Тем более Виктор, он же крупный бизнесмен, представь, какое у него эго... - она испуганно посмотрела, как дернулась ее дочь, словно бы ей отвесили здоровенную оплеуху. - Но я его нисколько не оправдываю... - Марина Аркадьевна поспешно погладила Элли по волосам: - Просто хотела, чтобы ты взглянула на эту ситуацию под другим углом.

- То есть по твоему мнению, каждый раз, когда его супер-эго будет мною ущемлено, он побежит за другой юбкой? - хмыкнула Элли.

- Я не знаю, как он поступит, - она аккуратно погладила дочь по волосам. - Это у него надо узнавать. Но, с другой стороны, на тот момент вы не были с ним в отношениях. И ты явно дала понять, что он тебе не интересен. Это я тебя знаю с самого детства, и понимаю, что если ты так нарядилась, то сердце-то уже дрогнуло. А он считал себя свободным и вольным делать все, что ему захочется.

- Вот от этого и противно, мое сердце уже тогда было занято им, хотя я пыталась убедить себя в обратном, а его все еще рвалось к приключениям. И знаешь, что самое страшное? - Элли вопросительно посмотрела на мать.

- Что? - выдохнула та, вытирая с щеки ее слезинки.

- Я с самого начала, с самой нашей первой встречи на выставке знала, что все так закончится. Не может человек, так тотально контролирующий всех и вся, иметь чистую совесть... Я честно пыталась ему доверять... - она виновато посмотрела на мать. - Можно, я побуду одна, у меня дедлайн на ткани горит...

Никакого срочного заказа у нее не было, просто этот тяжелый разговор снова вывел ее на ненужные эмоции. Безумно хотелось себя одновременно пожалеть и ударить чем-нибудь тяжелым по голове. Идиотка, ведь интуиция с самого начала буквально вопила, что с этим хищником не стоит связываться, а она упрямо хотела почувствовать себя нужной. Что ж почувствовала и прочувствовала, теперь можно запереть сердце на замок и, стиснув зубы, жить дальше.

Первым делом Элли заклеила черным скотчем все камеры на своих гаджетах. Не удобно, конечно, но фото питомцев она и на цифру сделает, а потом на флешке перекинет на ноут. Дальше она зачем-то затянула плотными шторами окно и на всякий случай щелкнула замком в межкомнатной двери. Девушка грустно улыбнулась такому откровенному детскому саду, но поспешила себя тут же переключить. Единственный рецепт, который неизменно помогал ей справиться с выбивающими из колеи трудностями, это с головой уйти в работу, так себя перегрузить, чтобы только лечь на подушку и тут же заснуть, а не грызть себя часами напролет, прокручивая их с Горецким моменты.