Волонтёры в Средневековье

Глава тридцать седьмая.

– Уважаемые, не побоюсь этого слова, современники! В прошлый раз первый Совет был прерван по причине сонливости нашей соратницы Амелинды. Будем надеяться, дополнительное время пошло на пользу делу: мысли оформились, идеи настоялись, важные личные решения приняты. Наш состав расширился.

Прошу любить и жаловать, новые члены Совета: господин барон Андрис фон Мюнних, госпожа баронета Верена фон Мюнних. Продолжим заседание. Председательствую я – герцог Виктор Вячеславович Кох Волгоградский и Астраханский, секретарь госпожа баронесса Эмма фон Мюнних. Место заседания – поместье Мюнн. Год тысяча триста сорок шестой от Рождества Христова, месяц октябрь, день двадцать восьмой. Участников числом девять.

Обсуждаемый вопрос сего дня: распределение должностей и обязанностей.

Эмма строчила пером, как заправский писарь, мы слегка ошарашенные таким официозом, беззастенчиво таращились на «герцога». Сочетание рыжей гривы, крепкого телосложения и коричневого бархатного костюма делало его похожим на царя зверей. Пока Северин с Андреасом между собой грызлись, роль альфа самца захватил третий!

Царственности добавляла золотая цепь из квадратных звеньев до пупа и нечто в виде короны с крупными изумрудами. На широком кожаном поясе висел кинжал в богато украшенных ножнах, его он сам выбрал из оружейной коллекции. Что с того, что цепь была прежде прикована к моей дамской сумочке, подделке от Шанель? Сейчас – то она была подлинно золотой. Поклонница яркой бижутерии Идалия одолжила свой ободок для волос, помогла Виктору правильно его закрепить на голове, горизонтально по верху лба. Чувствовал он себя в этом наряде совершенно органично, словно родился и жил герцогом. Сказывался опыт участия в реконструкторских фестивалях.

Андрис фон Мюнних с большим удовлетворением, прямо таки верноподданнически, ел глазами его светлость. Он был счастлив, наконец, видеть своего кумира в подобающем виде, а не в одежде кузнеца или простой рубахе. Явно гордился своей приближенностью к столь высокопоставленному лицу.

Вдоволь налюбовавшись начальством, приступили к работе.

С меня затребовали характеристику на всех, включая себя. Каждый член команды был мной неоднократно протестирован по различным направлениям. Для барона Андриса и Верены тесты пришлось адаптировать. Добавила личные наблюдения в различных ситуациях. В интерпретации ничего не смягчала, не дипломатничала. Что есть, то есть. Нам для дела нужно, не для самолюбования. Сложно было читать вслух всем о себе.

Я всегда удивлялась удивлению клиентов точности результатов. Психология − наука о душе (psyche − душа, logos − понятие, учение). Наука! Поведение, мышление, эмоции, чувства – область её интересов. Эксперименты, опыты, отчёты…Статистика, процент достоверности и погрешность. Всё как везде. В любой другой науке. Вот в физике, к примеру, характеристиками некоторых элементарных частиц являются: Очарованность! ещё - Странность! И ничего, живут же с этим как то ученые, изучают…

Что вы хотите от самой сложной науки Человечества, науке о душе, о формировании личности, работе мозга? Обман ожидаете? Или, наоборот великое откровение? Просто приблизительная правда о себе вас устроит? Тогда слушайте и не говорите, что не слышали. Обычно такие характеристики личностных и профессиональных качеств человек получал на руки, читал сам, при желании делился с близкими людьми.

Сейчас другая ситуация. Мы – команда, оказавшаяся в экстремальных условиях, перед нами стоят сложные задачи. Знание слабостей и силы соратников выручит в беде, поможет максимально использовать способности каждого для общего блага. Поэтому, даже не сомневаясь, зачитала полную развернутую характеристику на каждого персонажа, вляпавшегося в Историю. Совсем иначе друг на друга смотреть начали. А на меня так особенно пристально. Я аж поёжилась.

– Надо же. Я вообще психологию за науку не считал. Линда, не обижайся, но ты как будто в мозгах поковырялась. Странное чувство, мне сложно теперь будет общаться с тобой.

– Северин, она с детства такая – мозгоклюйка, любого достанет. Не бери в голову, каждый на своём фронте. Сестренка, рад за тебя, ты действительно нашла своё призвание и место в жизни. Я ранее не сталкивался с твоей профессиональной деятельностью, на мой взгляд – ты мастер своего дела.

– Честно, без прикрас, а потому особенно ценно. Неужели мы настолько хорошие люди?

– Ваша Светлость! Да она столько нелицеприятного про Вас наговорила! Как можно стерпеть такое! Про себя уже и не говорю…

– Напротив, барон. Я глубоко благодарен госпоже Амелинде, она вытащила на свет Божий то, что я сам от себя скрывал. Точнее пытался скрыть. Оказалось, зря. Не так это и страшно, даже интересно. Я бы сказал – полезно.

– « Ты повернул глаза зрачками в душу». Спасибо Линда, ты помогла мне в чем – то с собой примириться и принять себя, такой, как я есть на самом деле. Лицо Идалии утратило выражение отрепетированной красивости, стало глубоко задумчивым. И оттого еще более очаровательным! Истинную красоту даже ум не испортит!

– Благодарю за оценку моего труда. Я обязательно поговорю с вами позднее, наедине, если у кого будет желание. Исходя из полученных результатов, мной были разработаны рекомендации по применению ваших способностей. Но сначала нужно поработать над первым пунктом: распределение должностей, обязанностей. Мы даже не определились, какими они должны быть? Даже названий не придумали.

- Да за чем же дело стало? Оторвалась от протокола Эмма. Предлагаю должности именовать как в государстве любом, министрами чего-нибудь.

– А мы что, уже государство? Ой, извините…

-Не надо стесняться, Верена. Ты равноправный участник Совета, есть мысль – говори.

– Нету. Я послушаю – пискнула сестрица.

– Семя еще тоже не дерево. Но оно в семени заложено. Если исходить из мысли, что баронство наше – это модель государства и модель эта будет расти, развиваться, то … Пусть будут министры.

– Господин агрономус, а Вы случайно методы выращивания государств нам не подскажете? Ехидна мой братец, не преминул поддеть «молодого».