Волшебная лавка Аделинды

Глава 47. Главный распорядитель в полосатом мундире

Подготовка к свадьбе в Лавке превратилась в нечто среднее между волшебным хаосом и военной операцией, где генералом был, разумеется, Гэби. Я сидела посреди гостиной, заваленной каталогами с платьями, образцами тканей и брошюрами местных кафе, и чувствовала себя совершенно растерянной.

— Нет, — в очередной раз провозгласил Гэби, тыкая лапой в фотографию пышного платья с кринолином и жемчужными блёстками. — Это сделает тебя похожей на взбешенное облако. Непрактично. Ты же хочешь дойти до алтаря, а не взлететь туда при первом же порыве ветра.

— Но оно такое красивое! — вздохнула я.

— Красота должна быть функциональной, — отрезал он, переворачивая страницу своим изящным когтем. — Вот это. — Он указал на строгое платье-футляр из парчи с вышитыми по подолу едва заметными рунами защиты. — Сдержанно, элегантно и… стойко к случайным магическим всплескам. А они, поверь мне, на твоей свадьбе неизбежны.

В этот момент в Лавку вошел Эдвард. Он приехал навестить нас и был немедленно втянут в водоворот подготовки. Увидев картину — меня, окруженную кипами бумаг, и кота, с видом искушенного критика изучающего фасоны, — он расхохотался.

— Позвольте угадать, — сказал он, снимая пальто. — Гэби взял на себя роль главного свадебного консультанта?

— Кто же ещё? — фыркнул Гэби, не отрываясь от каталога. — Без моего контроля здесь всё пойдёт наперекосяк. Они выбрали бы меню с трюфелями и устрицами! Устрицы! На свадьбе! Это же катастрофа для пищеварения. И зал в кафе собираются украсить этими ужасными надувными шариками. Дешево и безвкусно. Я уже присмотрел несколько античных вазонов с плакучими орхидеями. Они создадут нужную атмосферу утонченной меланхолии.

— Меланхолии? — удивилась я.

— Немного грусти необходимо, чтобы оттенить радость, — снисходительно объяснил кот. — Иначе праздник превратится в вульгарное веселье. А я терпеть не могу вульгарность.

Эдвард, улыбаясь, устроился в кресле и смотрел на нас, как на самое лучшее представление в городе.

— И как ты себя чувствуешь на этой ответственной должности, маэстро? — спросил он.

Гэби тяжело вздохнул, отодвигая от себя каталог с тортами.
— Я устал. Безнадёжно. Мне пришлось лично инспектировать три кондитерских, чтобы найти мастера, который понимает разницу между сахарной помадкой и застывшей слезой феникса. А выбор музыки? Рич настаивает на чём-то современном и “зажигательном”. Я вынужден был наложить вето. Церемония будет сопровождаться классическими арфовыми композициями и тихим мурлыканьем. Моим. Для поддержания ауры.

— Естественно, — с полнейшей серьезностью кивнул Эдвард.

— И я не могу себе позволить отдых! — продолжал Гэби, с драматизмом прикладывая лапу ко лбу. — Представьте, что будет, если я отвлекусь хоть на минуту? Они закажут торт с фигурками голубей! Голубей! Банально до слёз. Нет, у нас будет торт в виде Лавки, с точностью до каждой трещинки на ставнях. И чтобы из трубы шёл самый настоящий дымок. Я уже договорился с одним мелким духом домашнего очага.

Я смотрела на него и не могла не смеяться. Его ворчание и абсолютная уверенность в своей правоте были бесценны. В его тирании сквозила самая настоящая, глубокая забота. Он хотел, чтобы этот день был для нас идеальным. По-своему, но идеальным.

— Спасибо, Гэби, — сказала я мягко. — Я не знаю, что бы мы без тебя делали.

Он фыркнул, но его усы задрожали от смущенного удовольствия.
— Да, да, конечно. Просто не мешайте мне работать. И, Ада, насчет фаты… я против. Она будет цепляться за все дверные косяки. Лучше венок из живых цветов и листьев. Символично и… — он многозначительно посмотрел на моё кольцо, — зеленый цвет уже задаёт тон.

Эдвард снова рассмеялся.
— Что ж, Ада, я думаю, твоя свадьба войдёт в историю как самая стильная и хорошо организованная. И уж точно единственная, где главным распорядителем будет полосатый кот с безупречным вкусом и армейской дисциплиной.

— Это не просто “полосатый кот”, — с достоинством поправил Гэби, возвращаясь к изучению образцов тканей. — Это уставший от всего полосатый кот. Но долг есть долг. Теперь принесите мне, пожалуйста, каталог цветочных композиций. И чтобы ни одного подсолнуха! Ясно? Это мой окончательный вердикт.