Волшебник изменяет всё

14

Когда я выходила от следователя, я нос к носу столкнулась с госпожой Вороновой. Мне не нравится обращение "госпожа", но все называли эту женщину именно так. Энергичная эта дама, успевшая за доли секунды опрыскать Василиска перцовым баллончиком, была красивой и молодой. Очень ухоженной. Придя домой я залезла в интернет, и убедилась что нет. Не сама госпожа Воронова купила себе фабрику по переработке бумаги. Достижения её были другого рода – она просто вышла замуж за богатого. За господина Воронова, владельца разнообразных фабрик-заводов-пароходов. Не без удовлетворения я это узнала конечно же, а то как, такая молодая, такая красивая, да ещё и предприятие сумела сама открыть. Это же какой предмет для зависти! А так, ничего. Пережить можно. Правда, в отличии от многих молодых жен немолодых собственников, Воронова была действительно красивой. Никаких, знаете, резиновых губ, и стандартного носа. Лицо у нее было породистое, запоминающееся. Явно своё. А в глазах была грустинка. Я это ещё в полиции подметила, но там это нормально, там все грустные. Однако, это печаль была у неё и на всех фото из интернета. Вокруг неё были пальмы, пляжи, замки, рестораны и прочие атрибуты безграничного гедонизма, но в глазах плескалась печаль, как бы говорившая, что мелок, мелок ваш жемчуг и бриллианты не того формата.

Ладно, это я от зависти. Я, конечно же, всё равно ей позавидовала. Потому что Воронова была красивой, стильной, лицо у нее было умное – короче всё у нее было, кроме счастья в личной жизни хе-хе... Хотя, на самом деле, немолодой муж её был ничего так. Харизматичный. По крайней мере, на фото. Вживую я мужа не видела, в полицию Воронова пришла одна. В неброском сером костюме – в очень дорогом сером костюме, в юбке, а не в брюках, как все у нас тут ходят, в аккуратных остроносых туфлях на плоском ходу, в плаще. Вся такая интеллигентная – и такая богатая. Кошмар.

Всё, излила яд. Можно говорить, что было дальше. А дальше я поехала в промзону. Искать "амулет", маленький черный дубликат машины времени, который Василиск выронил при аресте. А вдруг я его найду?

Сразу скажу – не нашла. Маленький черный полированный шарик на серебряной цепочке на дороге не валялся. Я, конечно, не сдалась, я тщательно, сантиметр за сантиметром обследовала мокрый от дождя асфальт и грязную обочину. Вдруг каменный шарик лежит в какой-нибудь луже, и его до сих пор никто не поднял. Погода, при этом, была так себе – накрапывал мелкий, противный дождик. А зонт мне пришлось убрать, потому что он мешал наклонятся. Пальцы мои были в грязи – потому что я совала их в лужи, желая проверить, не лежит там на дне нужный мне драгоценный артефакт.

– Что-то потеряли?

Немолодой дядька на ладе притормозил рядом со мной. На лице его была написана искренняя радость от встречи со мной – только поэтому я стерпела и не ляпнула что-то грубое.

– Украшение потеряла.

– Какое? – мужичок улыбался во все тридцать четыре зуба.

– Черный круглый кулон на серебряной цепочке.

– Э-э-эээ... А... Ну ладно, удачи.

Мужичок, внезапно, смутился. И, так же смущенно улыбаясь, свалил. Нет, чтобы помочь! Может, вдвоем мы чего-нибудь да нашли бы. Потому что одна я ничего не нашла. Я ещё час, как минимум, ходила, согнувшись пополам на этом пятачке земли перед воротами, но толку не было. При этом, в ворота то и дело входили люди, они удивленно смотрели на меня и на мои передвижения. Охранница – не та, полная, с которой флиртовал Василиск, а другая, постарше и в очках, раза три выходила на крыльцо своей будочки, как будто порываясь что-то у меня спросить. Короче, позора я хлебнула. Но на этом всё.

И я поехала домой. Грязная, замерзшая, злая. И странное дело, ещё неделю назад я хотела, чтобы Василиск, со всеми своими магическими атрибутами, как можно скорее исчез из моей жизни. Да так, чтобы даже памяти о нём не осталось. А теперь я ехала и думала – что неужели это всё? Вот эта вот прогулка в грязи – это всё, чем закончится моё знакомство с волшебством? Волшебник в тюрьме, магическую книгу похитила злая богачка, волшебный кулон сгинул в грязи... И всё? Ничего волшебного у меня в жизни уже больше не будет?

Да просто катастрофа так жить, знаете ли!

И как назло – беда, ведь, обычно, не приходит одна, – вечером мне позвонила мама. Я в принципе, рада, когда она мне звонит, но сейчас у нее был особый повод – моя старшая сестра наконец-то выходила замуж. За своего давнего друга. И интонации "не то что ты, неудачница" мама и не пыталась скрыть, простите мне мою пристрастность. Беспристрастной в деле соперничества с сестрой я быть не могу.

Утром мне лучше не стало. Надо было ехать на работу – но я физически не могла. Мне вдруг опостылело всё, и работа, и город этот – да даже, страшно сказать, собственная драгоценная квартира. Сказавшись на работе больной, я опять поехала в промзону. Я понимала, что это чистой воды безумие, что, собственно, Василиск просто не заслуживает таких усилий с моей стороны, что свою вину перед ним я давно уже искупила...

Но я все равно поехала в эту промзону.

За ночь грязь немного приморозило. Лужи покрылись тоненькой корочкой льда. Правда, сильно чище от этого не стало. Но сегодня у меня было орудие – маленькая садовая лопаточка. Не магический артефакт, конечно, но тоже очень полезная вещь. Ей я могла очень ловко ворошить лужи, в надежде увидеть заветный серебряный блеск.

– Девушка! Девушка!

Я обернулась – меня звали с крыльца проходной. Полная охранница, та самая, которая отдала мне паспорт в тот памятный день, стояла и махала мне рукой.

– Девушка, это же вы, правда?

– Да это я.

Как говориться – "что бы это ни значило".

– Вы украшение ищите?

И у меня сердце екнуло.

– Да!

– Подождите, я сейчас...

Знаете, полная женщина и так была норм, лицо у нее было доброе, но сейчас она мне просто ангелом света показалась. Потому что она принесла мне кулон Василиска. И не только кулон – а ещё и определитель.