Волшебник изменяет всё

17

– Василиск! – разносилось над степью.

И Василиск встал.

– Пойдём. Нет смысла прятаться, нас всё равно найдут. Только...

– Что?

– Не висни на мне, хорошо? Держись независимо.

– Я и не собиралась!

Я тоже поднялась с травы. Гнев придавал мне сил. "Не висни". Когда это я на нём висла?

Хотя, чего это я. Были ведь вещи и поважнее. Всадники. Когда я поднялась из травы, то увидела что поле полно всадников. Их было так много, что поначалу я даже не смогла их рассмотреть – у меня просто зарябило в глазах, и все они слились для меня в одну буро-красную массу.

– Василиск! – грозно крикнул женский голос.

Я испугалась – и чуть не схватила Василиска за руку, но вовремя остановилась. Он же сказал "не висни".

А Василиск шаг за шагом приближался к людям, сидящим верхом на маленьких степных лошадях. Ветер дул в нашу сторону, он порывами доносил до нас крепкий запах конского пота и пыли. Всадники были уже рядом, мы шли уже среди их обутых в сапоги ног, среди стремян, сёдел и сбруи, среди недобрых конских морд, среди мечей в ножнах, висевших на боках своих хозяев. А внизу, среди высокой травы, шастали собаки, я видела их красные высунутые языки. Всадники переговаривались на незнакомом языке, в их голосах слышалась насмешка. Собаки рычали. Кони фыркали. И мне очень, очень хотелось повиснуть на Василиске, спрятаться за его спину, может, даже, закрыть глаза – но он ведь велел не виснуть. И я шла, расправив плечи и глядя прямо перед собой.

– Здравствуй, – сказал Василиск.

Я подняла взгляд и увидела женщину. Не знаю, почему меня это так удивило – ведь звал Василиска именно женский голос. Женщина сидела на коне, не по дамски, а именно так, как положено, её ноги в шароварах и красных сапогах спускались по обе стороны седла. На ней было что-то вроде халата, на боку у неё тоже был меч, за спиной колчан, на голове какая-то красная конусовидная шапка с золотыми бляшками. Золота на женщине было много – и только этим её костюм отличался от костюма окружавших её мужчин. Женщина была немолода. На её правильно лице уже были видны глубокие резкие морщины. Пожалуй, она всё равно была красивой – но больше была грозной. Величественной и неумолимой.

– Василиск, – сказала женщина, и дальше пошло что-то на незнакомом мне языке.

И Василиск ей ответил. Тоже на этом языке. Последовал обмен фразами, женщина говорила властно, Василиск почтительно. А потом женщина посмотрела на меня – и я вся сжалась под взглядом её водянистых, светлых глаз. Женщина о чём то меня спросила.

– Что она говорит? – обернулась я к Василиску.

– Ах, да, сейчас...

Он стянул с шеи амулет, и прошептав что-то коснулся черным шариком моей щеки.

– Снова творишь своё волшебство? – ехидно проговорила женщина в красной шапке.

На русском проговорила. На чистом русском языке.

– Госпожа, этого человека давно надо было убить, – насмешливо проговорил один из её спутников. Тоже на русском.

Видимо, амулет Василиска, мог не только переносить людей во времени-пространстве, но и действовал как гугл переводчик. Только не внешний а встроенный прямо в тебя. Василиск коснулся амулетом моей щеки, что то прошептал – и вот все кругом говорили для меня на русском. Или это я стала понимать их язык?

– Ну? – сурово обратилась ко мне женщина, – кто ты такая?

– Я... Я... Нина.

– И кто ты, Нина?

– Я... бухгалтер.

– Бухгалтер – это маг?

– Нет.

– Тогда почему ты здесь, если ты не маг?

Мне было что ответить на этот вопрос. Я могла бы запросто рассказать, как Василиск выронил книгу, а я её подняла, как потом я помогала ему её найти, и к чему это привело.

Но Василиск попросил "не виснуть" на нём. Это, а так же то, что грозная женщина звала именно Василиска, что она, скорее всего, именно его на этом поле искала, да и вообще, сочетание женщина – Василиск... Наверняка без романтической составляющей здесь не обошлось. А вдруг эта суровая воительница приревнует Василиска ко мне? У неё был меч и лук, грозное лицо и толпа воинов за спиной. Я бы не хотела стать врагом такой могущественной дамы. И поэтому я сказала:

– Я попала сюда случайно. Я просто оказалась не в то время и не в том месте. Меня допрашивали по делу Василиска, а он вдруг начал что-то шептать, полицейские заволновались, все кинулись к нему, толкнули меня... И вот я здесь. И я хочу обратно.

Я с надеждой посмотрела на грозную женщину. Вдруг она тоже волшебница? Она же не случайно оказалась на этом поле, она здесь Василиска искала! Она явно что-то знает.

– Вы можете отправить меня обратно? – спросила я у неё.

– А что мне делать с Василиском? – прищурившись спросила у меня женщина.

Я посмотрела на него. Василиск поднял брови, как бы говоря – да какая разница.

– Это вы с ним сами решайте.

– Не в моей власти отправить тебя куда бы о ни было. Это может только он.

Печально. Поистине печально это было, потому что Василиск, как я уже выяснила, мог не так уж и много.

– По коням! – скомандовала женщина.

И всё поле пришло в движение. Всадник взмахнули поводьями-хлыстами, лошади заржали, рванули с мест – везде рванули и возле меня тоже. Плюнув на всё, я ухватилась таки за Василиска – вдруг меня сейчас растопчут? Но долго цепляться мне за него не дали. Тут же меня подхватили чьи то жесткие руки. Чьи то руки подняли меня, и грубо пихнули в седло, прямо позади широкой, одетой во что-то кожаное, спины. Лошадь немедленно побежала – и я только каким-то чудом не свалилась вниз, в месиво из вздыбленной земли и бесконечно мельтешивших копыт. Я попыталась ухватиться за всадника – но пальцы мои скользили по гладкой, жесткой кожаной одежде. Лошадь качнулась – и я снова чуть не оказалась на земле. Пришлось вцепиться в ворот, в то место, где кожаная кираса кончалась и начиналась потная, скользкая, красная шея с ежиком коротко стриженых рыжих волос.

Всадник обернулся. Лицо у него было злое.