Волшебники. Через Грань. Книга четвертая: Последний фьер.

Десятая часть. Начало.

Глава 10. Тюрьма волшебников.

Вновь потянулись дни. Только теперь их было четверо. Из Артема и Журавлины лекари были так себе, а Сергей в принципе нечего в этом не смыслил. Поэтому ребра Пьюма заживали долго. Первые дни он ходил медленно, держась за грудь, хотя делал вид, что все в порядке. Видимо, ему было неловко показывать слабость. Ртуть знает почему.

Проблема с продуктами возобновилась. Брать у соседей теперь было опасно, а создавать ее мог только Артем. Сергей, уже давно смирившийся с отсутствием у этой пищи вкуса, был согласен. Однако Журавлина, никогда не отличавшаяся особым тактом, заявила, что есть такое жизнь ее не готовила. А потому предложила брать немного в ближайшем магазине. А уж преобразовать ее или умножить проще простого: это волшебники умеют.

Она даже согласилась готовить сама.

После трех дней Артем согласился. Он изнывал от бездействия, ведь занятия с Сергеем пришлось временно прекратить. А вылазку в магазин воспринимал как небольшое приключение.

Только в эти короткие периоды два фьера могли остаться наедине. Сергей боялся, что наставник вновь вспомнит о проникновении в Пустошь, однако тот молчал. Наверное, в прошлый раз был эмоциональный всплеск, из-за всего происходящего. А теперь, все обдумав, Артем решил не возвращаться к этой теме.

Сергей, видевший с каким ужасом колдуны говорят о Пустоши, понимал, что проникнуть туда будет не сложно. Это просто невозможно.

Несколько раз Сергею приходилось поправлять карман. Отчего-то он истончался и сдвигался, когда колдунов стало больше. Если руналы конечно замечали, что молодой волшебник лучше других мог управляться с Гранью, то ничего не говорили. Сергей же радовался, насколько отлично у него это удавалось. Как она слушалась его, поддавалась, подчинялась первому прикосновению. Он был уверен, что никто из колдунов не мог так указывать ей.

В начале мая хозяева квартиры уехали на дачу на несколько дней. Предварительно они опустошили холодильник и отключили газ и воду.

Это было не слишком удобно, зато теперь волшебники могли более свободно перемещаться по квартире и говорить в полный голос. Конечно, Грань их прикрывала, но все равно приходилось быть аккуратными.

Когда ребра зажили и перестали тревожить Пьюма, он стал осторожно спрашивать, что они будут делать дальше. Он продолжал носить синюю униформу, но лишь потому, что надеть больше было нечего. Наколдовать что-то другое рунал не умел, а попросить, видимо, стеснялся.

Артем обычно мрачно отмалчивался. Хотя Пьюм был довольно настойчив. Сергей так же хранил молчание, бросая косые взгляды на наставника, Журавлина же однажды не выдержала и вычитала Прастифия, чтобы тот прекратил. Рунал успокоился сразу же, безропотно подчинившись колдунье.

Майские праздники подходили к концу. Вот-вот должны были вернуться хозяева квартиры. А значит приближалось время принятия решения: оставаться тут или же искать место, которое могло выдержать четырех колдунов. Журавлина явно понимала, что это решение должна принимать не она, а потому все чаще бросала мрачные взгляды в сторону Красного Золота. Но говорить пока ничего не говорила.

Сергей начинал ощущать смутное беспокойство. Это начинало походить на то, как они прятались в землях драконов. Решение проблемы лежало на поверхности, но никто не мог озвучить его. Нужно двигаться дальше, искать выход из этой ситуации. Но каждый из них хотел так же малодушно прятаться, предоставив решение другим. И вот уже завтра должны приехать хозяева квартиры, и никто из колдунов ничего не предлагал.

- Прастифий! – гаркнул за завтраком Красное Золото.

Пьюм от неожиданности уронил с вилки кусок яичницы, Сергей захлебнулся чаем. И только Журавлина спокойно продолжала завтракать, словно бы не заметив ничего особенного.

- Что? – ошалело спросил Пьюм, пытаясь незаметно поднять остаток яичницы со стола.

- Ты же был в Пустоши? – Артем внимательно посмотрел на рунала.

- Конечно, - колдун пожал плечами. – Мы доставляли туда волшебников.

- Куда именно?

Сергей еле удержался, чтобы не застонать. Ясно. Наставник не оставил своих странных идей посетить тюрьму волшебников. Он лишь перестал говорить об этом вслух.

- К воротам, - ответил Пьюм. – Внутрь нас не пускали.

- Не пускали? – уточнил Артем, и в голосе его мелькнуло разочарование. – Вообще ни разу?

- Да кто ж нас туда впустит? – удивился рунал. – Черногоны, которые охраняют Пустошь, прошли особый отбор. Это же прямой контакт с заключенными. Ковин доверяет им безоговорочно. Да и признаться, не особо мы туда стремились. Это же Пустошь, - Прастифий поежился, словно от холода. – Даже у ворот чувствуется, насколько там нет сил колдовать. Что же за забором происходит?

- Да, я однажды был рядом, - кивнул, соглашаясь, Артем. – Неизгладимое впечатление.

- А ты хочешь, чтобы я туда просто так пошел, - проворчал Пьюм. – Нет, мы только привозили заключенных и передавали охранникам на воротах. Никто нас внутрь и не пускал.

Артем понимающе закивал, однако же никак комментировать это не стал. И вообще ничего не стал говорить, вновь занявшись едой на тарелке. У Журавлины был такой вид, словно никакого разговора не было. Она доела яичницу и отправила тарелку в мойку. Пьюм же несколько секунд ждал еще вопросов, затем пожал плечами и налил себе кипятку в чай. Он всегда так пил. Сначала заваривал чай, а потом, когда уровень воды уменьшался, добавлял туда кипящую воду. Сергею казалось, что такой напиток невозможно назвать чаем, да и в принципе пить невозможно. Однако же Пьюму это нравилось, и никто ничего не говорил.

Артем молчал до конца завтрака, совсем не обращая внимания на красноречивые взгляды, которые бросал на него ученик. Сергей то и дело порывался спросить, что значат эти вопросы, и не собирается ли Золото поддаться сумасшедшему желанию наведаться в тюрьму волшебников. Однако же смог себя сдержать. И уже почти решил, что разговор этот ни к чему не приведет, как наставник вновь заговорил: