Волшебное желе, или Отпуск в Иномирье

21 Боевые действия непутевых селян

Два поля разделял неглубокий овражек, по дну которого струился бодрый, прозрачный ручеёк. Я воспользовалась случаем и кое-как отстирала грязь с туники. Ветерок подхватил влажные полы моего воздушного одеяния и быстро высушил его, пока я брела по нахоженной тропке, проложенной на меже.

«Несомненно, местные жители пользуются этой дорогой, чтобы посещать лес. Эх, знать бы раньше, избежала бы встречи со злополучными охотниками на хрюкозавра. Что же, наши ошибки чему-то нас да учат».

Без особых приключений я достигла глубокой придорожной канавы со склонами, утопающими в травяном многоцветье. Гигантская, фиолетового цвета пупырчатая жаба при виде меня противно квакнула и сиганула с перекинутых через ров хлипких мостков в воду. Я резво перебежала на другую сторону и вскоре уже стояла на укатанном полотне дороги.

Забавное охватывает чувство, когда оказываешься один-одинёшенек на равнине. Куда ни кинь глаз — безлюдье и волнующиеся под лёгкими порывами ветра просторы полей. А над всем этим — бездонный голубой купол небес. Так легко было представить, что я на Земле, только солнышко здесь покрупнее, чем в родном мире.

Однако одиночество моё было недолгим. Взглядом я всё время невольно обращалась к торчащим за полем домикам под высокими и острыми крышами, потому не пропустила момент, когда у околицы собралась небольшая толпа поселян.

В основном это были мужчины, за их спинами прятались женщины. Все они отчаянно жестикулировали, словно о чём-то спорили. И я даже догадывалась о чём, хотя слышать их, ввиду большого расстояния, не могла. Судя по резким жестам и агрессивному потрясанию сельхозинвентарём, речь шла о том, чтобы поднять ведьму на вилы и сжечь.

А на что ещё способны типы, которые с воплями убегают от незнакомки, лишь заподозрив в ней ведьму?

А может, они правы? Что, если я действительно ведьма? Сегодняшнее происшествие с крестьянином, который коснулся моей одежды и получил глубокий порез, как будто служило подтверждением этому. Случай с нападением зверо-птицы в горах — еще один аргумент в пользу этого.

Я обладаю магией — опасным даром, которым, к сожалению, пока не способна управлять, этому, вероятно, нужно учиться. Разящая светлая искорка приходит на помощь в случае опасности, словно меня охраняет некое защитное поле.

Уповая на то, что неизвестная магия снова защитит, если возникнет необходимость, я продолжала путь.

Крестьяне по-прежнему держались плотной группкой, но, наконец, раздухарились достаточно, чтобы отойти от околицы и выступить мне навстречу.

Что же, возможно, среди этой толпы есть менее невежественные личности, чем Лион и Пэт, и с ними удастся договориться? Я решила попробовать ещё раз.

Подняла руку и помахала, изобразив на лице приветливую улыбку.

Толпа дрогнула, покидала вилы и топоры и, толкаясь, бросилась назад в деревню. До меня долетели приглушенные панические вопли.

Я как раз поравнялась с просёлком, который сворачивал на единственную улицу деревеньки, потому мне открылась полная картина того, как разбегались по дворам эти незадачливые ведьмоборцы.

— Ну вот, и как вас бояться? Вы же просто идиоты! Ничего не выяснили толком, но бросаетесь в атаку. При этом боитесь до дрожи!

Однако я недооценила своих сельских друзей. Калитка одного из крайних домов открылась, и на проселок вышел крепкий низенький старик с длинной седой бородой. Он не спеша направился ко мне. В руках он держал хитрое приспособление, напоминавшее по виду арбалет.

Я напряглась, по спине пробежал холодок страха. То, что деревенские всерьёз решат убить ведьму, мне как-то в голову не приходило. Попугать, прогнать — это одно. Но убить? Да это опасные маньяки! Как тут в Иномирье с Уголовным кодексом?

Седая борода низкорослого селянина эпично развевалась на ветру.

«Может, удастся убедить этого типа, что никакая я не ведьма?»

Но разговаривать коротыш не собирался, как и подходить ближе. Остановился, не доходя шагов двести, поднял орудие и прицелился. В меня.

Звука спускаемого курка я не слышала, а вот толстый короткий дротик, разрывающий воздух, увидела даже слишком четко. Снаряд приближался не так уж быстро, словно в замедленной съемке.

Я понимала, что нужно бежать или упасть на землю, а лучше всего скатиться в канаву. Но не смогла сдвинуться с места. Была в состоянии лишь следить за приближающейся ко мне смертью.

«Вот дура, Анька, сидела бы ты в своём тихом, уютном домике с привидением! Ну зачем попёрлась к людям?»

Не долетев до меня десятка метров, дротик вдруг задымился и исчез, словно растворился.

Я страшно удивилась этому. Почти так же, как и старик-крестьянин. Только я обрадовалась, а пожилой мужчина вскрикнул и бросился наутёк. Запнулся, растянулся во весь рост, обронив свое грозное оружие, вскочил и торопливо нырнул за покосившийся плетень огорода.

Очень хотелось сказать что-нибудь пафосное, типа: «И так будет с каждым, кто...» Но слушателей не было, потому я просто продолжила путь, хотя ноги после пережитого страха напоминали желе.

Дорога вильнула и теперь шла берегом реки. От сверкающей на солнце воды веяло блаженной прохладой. Слева тянулись бесконечные грядки с чем-то, напоминающим петрушку.

Ветер вовсю играл полами моего одеяния, и я порадовалась, что не забыла поддеть под длинную тунику лёгкие шёлковые брючки. Судя по тому, как одеты деревенские матроны, голые ноги здесь показывать не принято.

Впереди показался лесок, и я ускорила шаги, чтобы побыстрее ступить под блаженную сень деревьев, так как солнце припекало немилосердно. Но едва достигла зарослей, как впереди послышался тяжелый дробный топот, сопровождаемый лёгким перезвоном. Сомнений не было: навстречу двигался отряд всадников.

Сердце вновь тревожно застучало. Предыдущие встречи с иномирянами заставили опасаться внезапных встреч. Если здесь простой народ настолько недружелюбный, что же сделают со мной всадники? А может, деревенский староста вызвал подмогу из города, и стражи мчат, чтобы арестовать «ведьму Дивию»?