Волшебное желе, или Отпуск в Иномирье

22 Новые открытия и горячая вакансия

Топот и звон приближались, и вот из-за поворота, вырвался отряд всадников.

Но каких! Они мелькнули и вскоре скрылись в облаке дорожной пыли, словно видение из фантастических кошмаров!

Нет, сами всадники были обычными: брутальные, затянутые в кожу с заклёпками по здешней в моде мужчины, подобную одежду я уже видела на Эде Гамурро. Но вот их «лошади»...

Бескрылые ящеры, достигавшие трех метров в высоту, напоминали велоцирапторов из голливудских фильмов. Однако эти создания были и мощнее, и крупнее.

«Значит, тут используют динозавров, в качестве верховых и тягловых животных? То-то мне показалось, что виденный мной накануне фургон тащили какие-то странные лошади. Еще бы не странные — ведь двигались они не галопом, а крупными, уверенными прыжками, отталкиваясь от земли мощными задними лапами!»

— Страсти-то какие! — проворчала я раздраженно, выбираясь из кювета. Отряхнула длинный подол от пыли и вновь двинулась вперед, следуя прихотливому извиву дороги, которая убегала вглубь леса.

За поворотом деревья расступились, и взору открылся высокий двухэтажный терем из массивных бревен. Его черепичную крышу с затейливыми коньками-дракончиками по краям украшали симпатичные башенки. Просторный двор с хозяйственными постройками окружал крепкий частокол, но ворота были приветливо распахнуты.

Над входной дверью нельзя было не заметить вывески с грубо намалёванной кастрюлей и непонятной надписью. Это рассеяло мои сомнения: передо мной таверна тётки Агаты, о которой упоминал оборотень.

Не зная, как меня примут, я все-таки шагнула в ворота. Широкий, чисто выметенный двор был окружен сараями и прочими хозяйственными постройками. Неподалеку сидел плечистый парень, и, как мне показалось, забавлялся тем, что ловил мух. Едва я ступила на неровные плиты двора, он оставил свое увлекательное занятие и уставился на меня во все глаза. Я вежливо кивнула в знак приветствия, но так как молодой человек вроде бы не проявил желания вступить в беседу, а только таращился, я прошла к крыльцу.

«Была не была, если здесь не повезет, пойду в город», — решила, поднимаясь по ступеням.

В дверном проеме виднелся светлый просторный зал. Сияющие прямоугольники солнца ложились на отполированные локтями посетителей деревянные столешницы, наполняя помещение золотистым отраженным светом.

Я переступила порог и остановилась. Зал был пуст. Из-за двери, расположенной по правую сторону от входа, доносилось мерное позвякивание посуды. Чуть дальше, вдоль стены, тянулась узкая стойка. На полке выстроились ряды бутылок, а также бочонки различных форм и размеров. Выше, на специальных подставках, были развешаны большие глиняные кружки. Особый колорит заведению придавали пучки подвядших трав, бахромой свисающие с потолка.

Мне хотелось рассматривать здесь каждую мелочь — словно в этнографический музей попала — предметы вроде бы знакомые, но все же немного не такие, как в моем родном мире. Пришлось напомнить себе, что я тут по делу.

За спиной послышались шаги, и в зал вошел тот самый паренек, что ловил мух. Он аккуратно обошел меня и стукнул кулаком в дверь справа.

— Мамка, тут леди какая-то пришла! — проорал он, после чего отошел к мойке, вмонтированной в стойку.

Звяканье посуды прекратилось, послышались тяжелые шаги. Дверь открылась, и пахнуло аппетитными запахами. Дородная женщина в темном платье и белоснежном кружевном переднике вышла, вытирая руки вышитым полотенцем. На ее кирпичного цвета лице с крупными, некрасивыми чертами выделялись яркие голубые глаза.

Не имея понятия, как здесь принято здороваться, я отдала легкий поклон.

— Добрый день!

— Светлого дня! — радушно приветствовала меня хозяйка. Ее взгляд обежал меня с головы до ног, брови изумленно выгнулись, но улыбка не погасла, так что я решила, что пока все идет как надо.

— Я очутилась в трудном положении, моя леди, и ищу работу.

Тетка Агата и ее сын так и покатились со смеху.

Я слегка опешила, не понимая, что забавного можно найти в моих словах. Слегка обиделась: вместо того, чтобы посочувствовать человеку, эти невежи смеются!

— Я не леди, моя дорогая! — вытирая глаза от выступивших слез, проговорила хозяйка. — Зовут меня, госпожа Домби, но все кличут меня теткой Агатой.

«Ага, значит, обращение «леди» им показалось смешным. Запомним».

— Очень приятно, а я Анна Перовская.

Женщина задумчиво потерла подбородок.

— Перовская? Это титул вашего батюшки?

Я немного замялась, но, решив, что пускаться в длинные объяснения ни к чему, кивнула.

— Похоже, вы та самая девушка, о которой мне рассказывал Эд Гамурро, — заключила хозяйка.

«Оборотень не подвел, молодец».

— Что же с вами случилось, дитя мое? Я живу на свете уже сто двадцать годков, но не слыхала, чтобы людей выбрасывало порталами посреди леса!

«Сто двадцать лет! Вот это да!» — Я побоялась выражать изумление этим поразительным фактом вслух. Вдруг здесь все такие долгожители, и удивляться этому — странно?

— Да еще и память потеряла! — продолжала то ли сочувствовать, то ли сомневаться хозяйка постоялого двора.

Я скроила грустную физиономию в надежде, что амнезия сполна объяснит все странности и ляпы, которые уже допустила и еще, несомненно, допущу.

— Подозреваю, враги пытались коварно избавиться от меня. Я очнулась посреди леса, безо всяких средств, не помня ничего, кроме своего имени. Теперь я ищу работу. Любую, какая только найдется.

Хозяйка, кажется, прониклась.

— А что вы умеете делать, дитя мое?

Я замялась. Такой прямой вопрос, а ответ на него современной земной девушке из XXI века, обитавшей в крупном городе, найти довольно сложно. Могу рассчитать бюджет, составить финансовый отчет, прикинуть целесообразность долгосрочных инвестиций… Много еще чего умею, только все это трактирщице не требуется. Ну а если речь о работе руками… Хм… Ну да, никуда я здесь не гожусь, пожалуй.

Кажется, мое огорченное лицо рассказало все за меня.