Волшебные нити

7. Не страшна беда, коли надёжное плечо рядом

Однажды, не в силах больше просто наблюдать, как она пытается одной рукой удержать котелок и размешивать варево, он тихо окликнул её:

– Эй... Дай я помогу. Хоть я и не силён в твоих зельях, но толочь-то могу.

Она вздрогнула, словно он ударил её, и её бездонные глаза широко распахнулись от удивления. Никто... никто и никогда не предлагал ей помощь. Все только брали или боялись.

Она молча, не дыша, протянула ему тяжёлый, каменный пестик. Их пальцы ненадолго встретились. Её – холодные и шершавые, как кора. Его – тёплые, уже набирающиеся силы.

Их пальцы соприкоснулись, и в зелёном свете мха он вдруг увидел в её взгляде нечто новое – робкую, почти невидимую искорку доверия.

А в день, когда она, наконец, кивком разрешила ему встать, Адриан сделал первый шаг и сразу услышал слабый, но ясный голос в своей голове.

«Приветствую, – прозвучало устало, но с облегчением. – Я почти исчерпал силы на лечение. Но твоё тело снова в порядке. Что я пропустил?».

Адриан мысленно улыбнулся, чувствуя возвращение старшего товарища. Но ответить ему не удалось.

Внезапно снаружи, над болотом, поднялся оглушительный гам. Тревожные, хаотичные крики десятков птиц: дроздов, сорок, уток. Они трещали без умолку, предупреждая об опасности.

Адриан замер, вслушиваясь. Он знал этот язык тревоги – так лес кричал, когда приближались царские охотники или пожар.

– Беда, – тихо выдохнул он, и их взгляды встретились. В её бездонных озёрцах плескался уже не страх, а холодная ярость. Она узнала этот звук. Узнала и ненавидела.

Не говоря ни слова, Адриан быстро осмотрелся. Его внимание привлекла груда костей, сложенная у стены – возможно, останки давно умершего обитателя? Он нагнулся и поднял огромную, отполированную до белизны кость какого-то древнего ящера. Она оказалась увесистой, идеально ложилась в руку и напоминала дубинку. Он, примериваясь, взмахнул ею – тяжёлая, крепкая. Симбиот тут же отозвался:

«Простое, но прочное орудие. Бить будет крепко. Одобряю. Искать угрозу?».

– Иду с тобой, – твёрдо сказал Адриан, обращаясь к кикиморе. Он видел, как зеленокожая преобразилась: её шипы-пальцы ощетинились, а по коже пробежали волны тёмной энергии. От неё повеяло угрозой. И Адриан не завидовал тем, кто решил напасть на её устоявшийся мир.

Они стремительно двигались к источнику хаоса. Адриан видел, как само болото приходило в ярость вместе с ней: растения склонялись к её ногам, лозы свивались в петли, готовые задушить, вода бурлила при её приближении, обнажая илистое дно. Какой безумец посмел бросить вызов той, кому подчиняется здесь всё?

О, их оказалось около двадцати. Все – опытные разбойники в потрёпанной коже, с лицами, скрытыми капюшонами. Ни лишнего слова, ни лишнего движения – подобно стаи голодных волков, загоняющих жертву. Посреди поляны, к которой они подошли, бился в силках молодой олень. Адриан сжал кулаки: участь животного предрешена.

Глаза кикиморы поглотила тьма, став двумя бездонными чёрными дырами, полными немой, древней ненависти.

– Подожди, – прошептал Адриан, хватая её за прохладное запястье.

Её ивовые волосы взметнулись вверх, словно гнездо разъярённых змей, а шипы на пальцах впились ему в руку, грозя всяческими карами. Он посмел остановить её?!

– Жалко? – прохрипела она, и этот звук оказался похож на скрежет камней под землёй. Адриану стало жутко, но он не отпустил.

– Ты говоришь! – восторженно выдохнул он, глядя прямо в её чёрные глаза. – Нет, но надо понять, зачем они пришли. Что им нужно? Кто их послал? Иначе... покоя тебе никогда не видать. Тот, кто это делает, не отступится.

Её гнев немного остыл, сменившись ледяным, настороженным вниманием. Но Адриан почувствовал, как хрупкое доверие между ними дало трещину. Для неё он снова стал чужаком, который защищает её врагов.

– Они не охотятся на оленя, – тихо добавил он. – Они пришли за тобой. Это приманка.

Один жест колдуньи и острое жало растения прекратило агонию животного. Наступила тишина. Лес замер вместе с её хозяйкой, но лишь на секунду. Адриан и представить себе не мог, что существует настолько сильные существа. В мгновение ока от кикиморы в разные стороны поползли лианы. Они спеленали каждого затаившегося охотника и притащили на поляну.

– Говори, – снова проскрежетала она, показывая рукой на бандитов. Чувствовалось, что слова давались ей с огромным трудом, но она старалась.

Адриан неспешно обошёл пленных, заглядывая каждому в лицо. Наконец, он остановился перед щекастым детиной в бархатном кафтане – очевидным предводителем этой разношёрстной компании.

– Либо ты мне рассказываешь, кто тебя послал, либо вы все отправитесь в болото кормить мелких монстров.

– А если расскажу, то что, отпустишь? – рыжеволосому хватило наглости сплюнуть и ухмыльнуться.

Я вопросительно взглянул на зеленокожую. Той не нужен был и повод. Она их затащит в глубину, даже не моргнув. Слишком долго она видела лишь злобу и жажду наживы.

Лианы, повинуясь хозяйке, сжались сильнее, на коже бандита проступили капельки крови.

– Не знаю, всё зависит от твоего ответа, – пожал плечами Адриан. – Судьба таких наёмников, как ты, всегда одна – виселица.

Так что нет, жалеть таких он бы не стал, но вот узнать, кто и зачем их посылает, хотелось бы.

– Да ладно, это, вообще-то, не секрет, – снова сплюнул бандит, – сам боярин Григорий Воробьёв нас нанял. Деньги из казны платит.

Девушка вздрогнула. Её волосы взвились вверх, но сама она осталась на месте.

– Ты его знаешь? – решил уточнить Адриан. Она кивнула.

– Украл…, околдовал, – проговорила она и закашлялась.

– Можешь их подержать где-нибудь, не убивая, пока я не вернусь? – попросил Адриан, составляя в голове план.

Та кивнула.

– Знаешь, ты очень мне напоминаешь одну знакомую из детства. Её звали Лада. –Девушка вздрогнула. Ослепительная догадка молнией мелькнула в голове Адриана.