Волшебные сады попаданки

11. Тень прошлого

К тому времени, как пришел Себастьян, я уже успела немного отойти от открывшейся мне правды об Адалин.

Я услышала его шаги в коридоре, а затем характерный стук в дверь. Он никогда не входил без приглашения, но всегда ждал не дольше пары секунд, как будто знал — я все равно скажу “входите”.

Он принес с собой корзину, от которой пахло чабрецом, сушеной мятой и чем-то горьким, напоминающим дым от костра. Часть запахов я уже узнавала — так пахли зелья для памяти, которые я выливала в раковину под видом выпитых.

Я не знала, как начать, потому просто смотрела на Себастьяна.

— Вы плохо спали, — заметил он, занятый тем, чтобы аккуратно расставить зелья на подоконнике. — Тело тревожит или разум?

— Разум, — ответила я. Голос дрогнул, но я заставила себя продолжить: — Я нашла свой дневник. Теперь я знаю, что здесь происходило и что случилось с садами. Знаю, что я использовала его силу, но не для роста, не для жизни. Наоборот.

Я запнулась. Вынужденная необходимость приписывать действия Адалин себе вызывало глухую боль.

Себастьян поднял глаза. Не задавал ни одного вопроса, только слушал. Это, наверное, и было самым страшным. Его молчание обнажало мое признание больше, чем любой допрос.

— Я не знаю всех деталей и не понимаю точную механику… Но это явно темная магия. Ада… Я вытягивала силу из сада. Из деревьев, земли… Из его хранителей.

— Мне такие чары незнакомы, — сказал Себастьян наконец. Голос мягкий, как шерстяной плед. — Но я вижу, что это осознание причиняет вам боль.

— Да, потому что это не я!

Слова вырвались из меня сами собой. Я не собиралась рассказывать Себастьяну о том, что прибыла из другого мира. Одно дело — магические создания, но люди… Они решили бы, что я сошла с ума.

Представляю, как вам неприятно мое общество, — сдавленно сказала я. — Целитель, светлый маг, вынужденный помогать чудовищу…

Я попыталась усмехнуться, но улыбка вышла кривой.

Себастьян покачал головой.

— Если вы — чудовище, то мне бы хотелось видеть побольше подобных вам. Миледи… Та женщина, о которой вы мне рассказываете, та, что использовала силу сада в своих целях, — это и впрямь не вы.

— Что вы имеете в виду? — насторожилась я.

— Вы уже не та, кем были раньше, до болезни. Не знаю, как это объяснить, но… Возможно, близкая поступь смерти так на вас повлияла. Вы ведь и впрямь едва не погибли. Возможно, после потери воспоминаний изменилась, обнулилась ваша… душа. Вы больше не скованы путами прошлого и смотрите на этот мир иначе. — Себастьян улыбнулся, словно извиняясь за свою велеречивость. — Как бы то ни было, эту страницу вашей жизни можно закрыть. И воспринимать прежнюю Адалин Линнери как чужого человека.

Я с трудом кивнула. В горле стоял ком. Себастьян прав: я не Адалин. И, пусть другие считают иначе, я не должна считать себя ею.

Послав целителю благодарный взгляд, я поспешила перевести тему.

— Вы ведь наверняка бывали в садах или неподалеку от них… И, как светлый маг, наверняка что-то чувствовали.

— Да, — спокойно ответил Себастьян. — Я чувствовал тьму в земле, под корнями, пусть и не знал ее источник. Сад… словно гниет изнутри.

Его слова пронзили меня ледяной иглой. Я закусила губу. Себастьян наклонил голову, глядя на меня.

— Я вижу, как вас это мучает, миледи. Что, если попытаться изгнать темную силу из садов, раз для вас это так важно?

— Я готова на это, — с пылом ответила я.

Себастьян посмотрел на меня с легкой, почти незаметной улыбкой. В серых глазах искрилось одобрение.

— Но ни вы, ни я не обладаем подобными чарам, — вздохнула я. Резко вскинула голову. — Может, обратиться в Гильдию магов?

— Я не спрашивал вас о том, что произошло в ваш прошлый визит, миледи. Однако я не вижу, чтобы маги охраняли поместье, а значит…

— Да, особенно плодотворной встречу с верховной магессой не назовешь, — пробормотала я. — И виной всему, вероятно, моя репутация. И что тогда делать?

— Мы обязательно что-нибудь придумаем, — заверил Себастьян.

Мне понравилось это “мы”. Не в романтическом смысле, а в том, что он был готов помочь мне, несмотря на мое признание. Несмотря на то, что мы принадлежали к разным сторонам.

Во всяком случае, в прошлом.

— Я оставлю вас, миледи. — Чуть склонив голову, сказал Себастьян.

Подался ко мне, но на полпути остановился. Мне почему-то казалось, что он хотел подойти ко мне еще ближе. Сердце пропустило удар. Глаза Себастьяна сейчас казались такими теплыми… Нет, дело не в них самих, а в его взгляде, обращенном на меня. Он согревал меня, наполнял странными, позабытыми уже чувствами.

— Миледи, если вам понадобится моя помощь… — Себастьян замолчал, будто пытаясь подобрать нужные слова. Или изо всех сил сдерживая то, что хотелось высказать. — Вы же знаете, что всегда можете рассчитывать на меня?

Я улыбнулась ему. Не знаю, что на его счет думала Адалин. Но знаю, что думала я.

— Конечно, Себастьян.

Отчего-то называть его так, по имени, мне было непривычно. Неужели во мне отзывались отголоски памяти Адалин?

Вот и целитель застыл, будто не ожидая от меня подобного обращения. В глазах мелькнуло удивление. Губы дрогнули, складываясь в теплую улыбку.

— Хорошо.

После его ухода я не пошла в сад — избавляться от последствий магии Адалин сейчас совершенно бессмысленно. Вместо этого поднялась в библиотеку.

Она встретила меня сумрачной тишиной и запахом пыли, старого дерева и еле уловимым оттенком горького миндаля. Высокие стеллажи, уходящие под самый потолок, ломились от книг в кожаных переплетах, украшенных потускневшим золотым тиснением. Несмотря на солнечный свет, щедро льющийся через окна, здесь чувствовалось нечто зловещее, давящее.

Казалось, вековая тьма пропитала каждую полку, каждый лист, каждый переплет.

Я начала с дальнего стеллажа, надеясь найти что-то о магии земли, света или очищения. Но чем больше книг я открывала, тем сильнее во мне крепло подозрение, что я попала в хранилище запретных знаний.