Волшебные свечи или попаданка по ошибке

Глава 19

Ночью я долго не могла уснуть. В голове крутились мысли о предстоящем путешествии, о том, что нас ждет, о том, правильно ли мы делаем.

А еще я думала о Тарене. О том, как он изменился за эти дни планирования. Стал более открытым, более разговорчивым. Иногда я ловила его взгляд на себе, и в этом взгляде было что-то такое, что заставляло мое сердце биться быстрее.

"Не усложняй, - говорила я себе. - Это деловая поездка. Мы партнеры, не более того".

Но где-то глубоко внутри тоненький голосок шептал: "А может, между нами есть что-то большее?"

Утром половина деревни собралась проводить нас. Матвей принес нам буханку хлеба на дорогу, Агафья - мешочек с лечебными травами, Настя - горшочек меда.

- Куда это вы собрались? - спросила Дарья, с подозрением разглядывая нашу телегу.

- Закупать воск, - ответил Тарен. - В дальних деревнях говорят, есть хорошие пасеки.

- Далеко ехать?

- Дня два.

- А зачем так далеко? Неужели нельзя поближе найти?

- Марине нужен особый воск, - объяснил Тарен. - Для особых свечей.

Дарья кивнула, но я видела, что она не совсем верит. Впрочем, расспрашивать дальше она не стала.

- Ну, езжайте с богом, - сказала она.

- Смотрите, не задержитесь там, - добавила Фрося, подходя к телеге с корзинкой вареных яиц. - Погода переменчивая, того и гляди дожди пойдут.

- Спасибо, - сказала я, принимая корзинку. - Мы постараемся быстро управиться.

«Если бы вы знали, куда мы на самом деле едем, - думала я, глядя на обеспокоенные лица деревенских, - то связали бы нас веревками и заперли в погребе».

Тарен уже сидел на козлах, держа поводья. Майя спокойно жевала сено и, казалось, была готова к долгой дороге.

- Ну что, поехали? - спросил он, и я услышала в его голосе едва заметное волнение.

- Да, - ответила я, забираясь в телегу. - Пора.

Мы выехали из деревни под одобрительные кивки и напутствия. Дорога сначала шла через знакомые поля, мимо ферм и огородов. Солнце поднималось над горизонтом, обещая жаркий день.

Первый час мы ехали молча. Я устраивалась поудобнее среди мешков с припасами, а Тарен сосредоточенно правил лошадью. Дорога была хорошая, утоптанная, видимо, по ней часто ездили торговцы.

- Как часто ты бываешь в этих краях? - спросила я, когда поля сменились холмами, поросшими лесом.

- Раньше часто бывал. Я регулярно ездил в дальние деревни, продавал мед и воск. Но потом... - он пожал плечами. - Потом перестал.

- Почему?

- Надоело. Люди везде одинаковые - жадные, лживые, готовые обмануть ради лишней медяшки.

- Но ты же работаешь со мной, - заметила я.

- Ты другая.

- Чем?

Он помолчал, подбирая слова.

- Ты не лжешь. Ты говоришь прямо, что хочешь, зачем тебе это нужно. И ты делаешь то, что обещаешь. Это редко встречается.

Я почувствовала странное тепло в груди. Комплименты от Тарена были редкостью, и потому особенно ценными.

- Спасибо, - сказала я. - Но я думаю, ты просто не тех людей встречал.

- Может быть.

К полудню мы въехали в Тихий лес. Название оказалось очень точным - здесь действительно было тихо. Высокие сосны и ели поглощали звуки, и даже стук копыт Майи казался приглушенным.

Лес был красивый, но какой-то сонный. Солнечные лучи пробивались сквозь кроны, создавая золотистые пятна на дороге. Воздух пах хвоей, мхом и чем-то еще сладковатым и терпким.

- Что это за запах? - спросила я.

- Волшебные травы, - ответил Тарен. - Здесь их много растет. Видишь те голубые цветы? Это шепчущий шалфей. А те желтые - сонный мак.

Я присмотрелась. Действительно, между деревьями росли необычные растения - с крупными яркими цветами, которые как будто светились изнутри.

- Твои пчелы сюда залетают?

- Иногда. Но здесь слишком далеко от пасеки, они предпочитают опушки ближе к дому.

Мы ехали по лесу уже несколько часов. Дорога была хорошая, но извилистая - огибала большие валуны, поднималась на холмы, спускалась в лощины. Майя шла ровно, не спеша, но и не медля.

- Хорошая лошадь, - сказал Тарен, похлопывая кобылу по шее. - Выносливая.

- Ты хорошо в них разбираешься.

- Приходилось. В молодости я много ездил по торговым делам, перепробовал разных лошадей. Есть быстрые, есть красивые, но выносливые - это редкость.

- А какая была у тебя тогда?

- Гнедой жеребец, Буран. Красавец, но норовистый. Мог пронести галопом полдня, а потом устать и отказаться идти дальше.

В его голосе появилась теплота. Видимо, он любил того коня.

- Что с ним стало?

- Продал. Когда уходил из города, не мог взять с собой. Надеюсь, новый хозяин хорошо с ним обращается.