Волшебный Эдинбург

Глава 4.2 Лабиринты живых книг

Внутри Библиотеки было тихо, как бывает только в самых древних храмах — или в самых загадочных снах. Дверь за героями захлопнулась почти бесшумно, словно библиотека вздохнула, впуская их в собственное сердце.

Макс первым ощутил странное давление воздуха — словно потолки внезапно приопустились, а стены, наоборот, разошлись, уступая место чему-то невидимому.
Он поправил шарф, мрачно посмотрел на затейливую паутину света, что ложилась от свечей на паркет, и пробормотал:
«Не хватает только органа и таинственного библиотекаря в плаще».

Фиона, не скрывая лёгкой иронии, ответила:
«Обычно в библиотеке хватает одного Фергюсона для создания нужного уровня мистики».
«Да, я тут только для того, чтобы светильники сами по себе не разгуливали», — проворчал Макс, но не мог не отметить: даже ему становилось не по себе.

Мэйв уже забыла про осторожность и с изумлением оглядывалась вокруг, ловя взглядом дрожащие на полках книги. Одна из них — пухлый том с золотым тиснением — вдруг приподнялась, покачнулась и громко хлопнула крышкой.

«Вы слышали?» — прошептала Мэйв, но прежде чем кто-то успел ответить, книга звонко сказала:
«В каждой истории есть дверь, но не всякая дверь ведёт к своей истории».

Фиона вздохнула.
«Типичная библиотека Коллегии. Только здесь цитаты буквально бросают в тебя фолиантами».
«Держись подальше от раздела “Трактаты и угрозы”. Там книги обычно разговаривают исключительно на латыни», — буркнул Макс.

В этот момент сразу три книги выпали из полки, заворочались и отправились гулять вдоль коридора, шурша страницами, как рассерженные ежи. Фиона отошла чуть в сторону и строго приказала:
«Ни один том не должен остаться без присмотра. Особенно если он начинает цитировать себя самого».

Герои двинулись вдоль полок, стараясь не прикасаться ни к чему, что могло бы ожить. В воздухе витал мягкий свет, казалось, лампы горели даже в тех залах, где их никогда не было.

В одном из боковых проходов Мэйв вдруг увидела нечто странное: книга на подставке дрожала, будто от ветра. Она осторожно наклонилась, чтобы прочитать заголовок, но страницы сами собой перевернулись, показывая картинку — улочка старого Эдинбурга, залитая дождём, над которой в воздухе плыли призрачные зонтики.

Макс, заметив это, остановился рядом.
«Не советую долго смотреть. Такие иллюстрации легко затягивают в себя, особенно если ты любишь прогулки под дождём».
«А вдруг это портал?» — с надеждой спросила Мэйв.
«Это ловушка. Порталы обычно скромнее».

Фиона, тем временем, пыталась найти логический маршрут по залу. Она шла вдоль полок, отсчитывая шаги и шепча себе под нос заклинания памяти. Иногда она останавливалась, отмечала особые корешки.
«Эти книги меняют порядок. Вот здесь был “Справочник по заклятиям тумана”, теперь его нет, зато на полке появилась “История пропавших мостов”. Интересно, случайно ли это совпадение?»

Макс пожал плечами.
«В этом здании ничего не бывает случайно. Даже случайности обычно тщательно спланированы».

Чем дальше они шли, тем страннее становился сам путь.
Пол вдруг будто вздохнул, паркет под ногами заиграл тёплыми золотистыми пятнами, а потолок отразил мутный свет лондонского фонаря — только свет лился не вниз, а вверх, словно на потолке поселился другой город.

Фиона резко остановилась.
«Подождите, вы это чувствуете? Здесь воздух как будто плотнее…»
Макс кивнул.
«Так бывает перед бурей. Или когда на вечеринке появляются двоюродные тёти».

Мэйв с интересом разглядывала ближайшую лестницу, которая то удлинялась, то исчезала в густой тени между залами.
«Я бы хотела исследовать это место», — мечтательно сказала она, «если бы не было риска остаться в нем навсегда».
«Эти лестницы — они двигаются», — заметила Фиона.
«В прошлом году библиотека изменила пять маршрутов просто потому, что кто-то поставил новые часы в читальном зале», — вспомнил Макс. — «С тех пор ни одна лестница не ведёт только вверх или вниз. Главное — не задаваться вопросом, сколько тут вообще этажей».

Мэйв уже сделала шаг вперёд, когда с потолка спустился золотой светильник и, казалось, шепнул:
«Выбирай путь по сердцу, а не по логике».
Макс ухмыльнулся.
«Наверное, это было обращение к тебе, Фиона. Что скажешь?»

Фиона раздражённо поправила очки.
«Во взрослом мире нет места сентиментальности. Только аналитика и расчёт».
«И поэтому твои книги всё время ругаются между собой», — заметил Макс с притворной серьёзностью.
Мэйв прыснула со смеху, но тут же прикрыла рот.

Коридор за поворотом был совсем не тем, чем казался раньше. Здесь полки вились зигзагами, между ними дрожали тени — кто-то или что-то, возможно, наблюдало за гостями.

На полу появилась серебряная дорожка. Макс не удержался и наклонился ближе.
«Книжная змея? Или просто след улитки, читающей детективы?»
Мэйв потрогала след пальцем, и он запульсировал светом.
«Это подсказка. Или приглашение. Или предупреждение», — вздохнула Фиона.

Они двинулись по серебряной линии и вскоре оказались в круглом зале, где со всех сторон стояли кресла для чтения. Одно было пустым — на нем лежала раскрытая книга, страницы которой медленно заполнялись текстом.

Макс прочитал первую строчку:
«В тот день он вошёл слишком далеко…»

«Похоже, это рассказ о нашем стажёре», — пробормотал он.
Фиона внимательно осмотрела кресло, — «Здесь ещё тепло. Значит, он где-то поблизости».
«Или внутри книги», — задумчиво сказала Мэйв.

В этот момент кресло чуть дрогнуло, и в воздухе появилось слабое, но отчётливое:
«Помогите…»
Мэйв вскочила:
«Он зовёт!»

Вдруг книги вокруг стали перелистывать свои страницы, вырывать фразы и ронять их на пол.
«Фрагменты его истории, — догадался Макс. — Надо собрать их, чтобы сложить путь обратно».

Фиона тут же взяла на себя командование:
«Мэйв, ищи фрагменты на полу, я проверю каталоги, Макс — проследи за иллюзиями. Нам не хватало только призрачных гостей, чтобы всё стало совсем весело».