Волшебный ресторан, фиктивный брак в придачу

5

Габби

Странный он все-таки. За какую-то магию целое состояние! Ресторан мне купит!

И что дадут ему эти снежные крылья? Ну не летать же он будет, в самом деле?

«Ты боишься, что не сможешь тогда вернуть своего недожениха?»

Хотелось дать ему такую пощечину в этот момент! Как сдержалась, не знаю.

Я, конечно, согласилась! С одним условием. Я уже давно мечтаю о своем ресторане, и работа – лучший способ отвлечься от мыслей о том, что мое сердце разбито.

– По рукам! Составим договор и зарегистрируем его у поверенного! Но сначала давай расскажем все твоим родителям, – предлагает Мартин.

– А своим родственникам что ты скажешь? – прищурившись, интересуюсь у него, так как не хочу родителей посвящать во все. Они будут против, я точно знаю. И не примут эту ситуацию, посчитав, что меня купили.

Они, конечно, будут правы, я продалась. Но я не продала свое тело! Только душу и, может, растерзанное сердце, которое больше все равно никогда не полюбит.

– Пусть мои родные считают тебя моей настоящей женой, так они меньше будут выказывать свое пренебрежение, – чуть смущаясь, говорит он.

– Да бросьте, я прекрасно понимаю, что это мезальянс.

– И хватит выкать. И шарахаться от меня! Иначе никто не поверит, – он накрывает мою руку, свободно лежащую на столе, своей, и я дергаюсь.

– Хорошо, но когда мы наедине, не надо меня лапать! – выдергиваю свою ладошку из его руки. Я бы даже сказала, ручищи. – И пусть мои родители думают, что вы… ты был моей тайной любовью и мы решили пожениться.

В неверии выгибает свою бровь, а потом улыбается немного снисходительно.

– Хорошо, договорились. Может сработать, если ты не прожужжала им все уши о своем недоженихе.

– Не прожужжала, – обижаюсь я. – Я просто работала. Много!

– И это не такой уж и мезальянс, – не комментирует он мои слова, а просто продолжает тему. – Полвека назад, возможно, так и считалось. Но после того как королевой стала не аристократка, никто не осмелится открыто выразить недовольство.

Мартин внимательно смотрит на меня, хмурится и все же говорит:

– И еще, Габриэлла, люди будут судачить за спиной по поводу спешки. Будут думать, что ты … хм, в положении, понимаешь? И решат, что я именно поэтому на тебе женился.

– А вот этого хотелось бы избежать! Вам надо придумать другую причину. Может, сказать правду по поводу вашей древней магии, о крыльях?

– Тогда те, кто захочет свадьбу предотвратить, могут попытаться устранить тебя. Поэтому лучше об этом никому не знать.

Устранить меня? Мы так не договаривались! Наверное, что-то промелькнуло в моем взгляде, потому Мартин поспешил меня успокоить.

– Тебе нечего бояться, Габриэлла. Об этом никто не знает, кроме тебя, меня и моего лучшего друга. В нашем роду за много веков магия пробудилась только у моего деда, так что никто не вспоминает о ней.

Хмыкаю. Вроде взрослый мужчина. Разве он не знает, что секрет, о котором знают двое, уже не секрет?

– Ладно… Надеюсь, вы пресечете все эти сплетни! – продолжаю я тему о людском пороке придумывать то, чего нет.

– Ты! Привыкай говорить мне ты! И еще во избежание недоразумений предлагаю взять несколько уроков этикета и танцев.

– Хорошо, – стискиваю зубы, чтобы не сказать чего-нибудь лишнего. Понимаю, что он прав. – А может, мне необязательно появляться в высшем обществе?

– Ты станешь моей женой, Габриэлла, хоть и фиктивной. Как ты себе представляешь: приглашают нас в театр, например, а я прихожу один, без своей молодой жены? Есть вариант, конечно, всего этого избежать…

– Какой?

Мартин нагло улыбается и наклоняется ко мне ближе, как будто хочет сообщать какую-то тайну.

– Будешь не женой, а моей любовницей, фиктивно конечно! Любовница, которая живет со мной под одной крышей, – вкрадчиво шепчет мужчина.

Мурашки мгновенно бегут по шее, дергаю плечом, чтобы их остановить. Чувствую какую-то неясную опасность от его голоса. Опасность для моего любопытства. От голоса Ринальдо у меня никогда не бегали мурашки.

– Нет!

– Значит, договорились! Сейчас идем к поверенному, потом к портному. Тебе нужен новый гардероб!

И во что я ввязываюсь? Цель оправдывает средства?

Видимо, сомнения отразились на моем лице, потому что Мартин приобнял меня и погладил по голове, снова как маленького ребенка.

– Не переживай, Габриэлла. Все будет хорошо!

– Близкие называют меня Габби.

– Все будет хорошо, Габби! Я не обижу тебя. Пойдем!

Он протягивает мне руку, и я… принимаю ее.