Волшебный ресторан, фиктивный брак в придачу

32

Габби

Я подхватила Мартина, с трудом удержав его вес. Он был тяжелым не от массы тела, а от изнеможения, будто вся сила ушла из мышц.

– Мартин! – опускаюсь рядом с ним на колени, дрожащими руками пытаясь нащупать пульс на шее. Он был, слабый и неровный, но был. – Клэр! Скорее!

Горничная появилась в дверях почти мгновенно, видимо не ложилась, ожидая новостей. Увидев Мартина, она побледнела, но быстро взяла себя в руки.

– Воды, бинтов, настойки арники, – быстро говорю я. – И пошлите за лекарем! Нет, стоп. За магом-целителем. Обычного лекаря тоже, но сначала мага!

Клэр бросается прочь, а я осторожно переворачиваю Мартина на спину. Кровь на виске свежая, но рана не выглядит слишком глубокой. Гораздо больше меня тревожат его крылья: полупрозрачные, снежно‑белые, они дрожат, теряя яркость, словно угасающий свет. Почему они не исчезают сразу после перехода портала?

– Мартин, очнись, – я слегка трясу его за плечи. – Ну же, любимый, открой глаза!

Он стонет, ресницы, кажется, дрогнули.

– Габби… – шепчет он хрипло. – Прости. Я не хотел пугать тебя.

– Молчи, – смахиваю слезы, которые все-таки скатились по щекам. – Не трать силы и крылья убери. – И тут же, противореча сама себе, спрашиваю: – Что произошло?

– Засада, – выдыхает он. – На границе. Кто-то слил информацию. Мы просто с проверкой хотели, но попали в ловушку. Армэль… он прикрыл меня.

Мое сердце сжимается.

– Он жив?

– Да. Но ранен. Я отправил его через портал первым. Сам задержался, нужно было убедиться, что преследователи не пойдут следом.

В покои вбегают наш дворецкий и камердинер Мартина.

– Помогите мне раздеть мужа и перенести на постель, – прошу я.

Они сняли с Мартина сюртук и рубашку. Под ними обнаружились не только следы крови, но и темные, багровые синяки, видимо от удара магией или каким‑то тяжелым оружием. Я сглотнула, стараясь не выдать страха.

– Осторожно, не заденьте раны.

Дворецкий и камердинер действуют слаженно: перенесли его на кровать, уложили, подоткнув подушки под спину. Клэр с тазиком, водой и тряпками подоспела вовремя. Я начинаю аккуратно смывать кровь с лица и шеи.

– Габби, – тихо произносит Мартин, перехватывая мою руку. – Не надо так смотреть. Я в порядке.

– В порядке? – мой голос дрожит. – Ты едва стоял на ногах, когда появился здесь!

Он попытался улыбнуться, но гримаса боли искажает его лицо.

– Поверь, могло быть хуже. Армэль… он принял на себя основной удар. Если бы не он…

Я прикусываю губу, чтобы не расплакаться. Вместо этого крепче сжимаю руку мужа.

– Мы должны послать весточку его семье. И узнать, как он.

– Отправь слугу к Эрику. Он все сделает.

В этот момент в дверь стучат. Входит целитель – тот самый, который лечил меня, когда меня отравили. Мартин хоть и поменял место работы, но они с Эмилем столько лет проработали бок о бок, что тот не раздумывая пришел к нам. Все это мне, конечно, позже рассказала Клэр. За целителем следует лекарь с чемоданчиком в руках.

– Ваша Светлость, как же так…

– Эмиль, тебя случайно к Армэлю не вызывали? Как он? – интересуется Мартин.

– Отправил его в магический сон. Он все порывался отправиться за вами. Я и так собирался к вам, когда приехал слуга.

Эмиль поднимает руки, и над ними начинает сиять мягкий голубой свет. Целитель сосредоточенно ведет руками вдоль тела Мартина, проверяя внутренние повреждения.

– Переутомление все еще дает о себе знать, – констатирует он. – Магический резерв почти на нуле. Но кости целы, внутренние повреждения минимальны. Ему нужен покой, обильное питье и легкая пища. Через пару дней будет как новый.

Лекарь тем временем осмотрел раны на виске и плечах, обработал их настойкой арники и наложил свежие повязки.

– Никаких резких движений, – предупреждает он. – И ни в коем случае не используйте магию хотя бы неделю. Иначе последствия могут быть необратимыми.

– Неделя? – Мартин хмурится. – Это невозможно. У меня дела…

– Твое здоровье важнее, – твердо перебиваю я. – Никаких дел. Никаких границ. Только отдых.

Он хотел возразить, но, увидев мой решительный взгляд, вздыхает и кивает.

– Хорошо. Как скажешь.

Эмиль дал Мартину зелье, и мой муж заснул.