Волшебный ресторан, фиктивный брак в придачу

38

Габби

Я понимаю, что Эрик принес неприятные новости.

Он уходит, а Мартин остается в кабинете. Муж не выходит оттуда до самого вечера, и я уже волнуюсь о том, что он еще не оправился после ранения, любое напряжение может ему навредить. К тому же Мартин пропустил ужин. Клэр оставила готовые блюда на плите, и я стучу в дверь кабинета, зовя его.

– Не беспокойся, Габби, ужинай без меня. Мне тут надо кое-что закончить, – отвечает он глухо.

Еда не лезет в горло, и я ухожу в спальню. Мысли о нашем поцелуе не оставляют меня. Мы были так близки к… Но я встряхиваю головой, отгоняя от себя волнующие воспоминания.

Что-то случилось. Очень серьезное. Я никогда еще не видела Мартина таким взволнованным, и мне самой неспокойно. Я сижу в кресле и смотрю в окно. На улице совсем темно, все стихло. Ни одного экипажа, ни одного прохожего. Только луна, тишина… и я в своей одинокой спальне.

Наверное, я ненадолго задремала.

Дверь тихонько приоткрывается. Я быстро оглядываюсь и вижу силуэт Мартина в дверном проеме. Встаю ему навстречу, в полумраке вглядываюсь в его лицо. На нем нет привычной мне мягкой улыбки, и выглядит Мартин очень усталым.

– Решил заглянуть, вдруг ты не спишь, – тихо говорит он.

– Не могу уснуть, – признаюсь я. – Плохие новости?

Он вздыхает.

– Очень. Совершенно неожиданно выяснилось… впрочем, хватит об этом. Дело страшное и неприятное. Лучше тебе об этом не знать.

– Им будет заниматься тайная канцелярия? Ты?

– Конечно. Я, а также Эрик и Армэль. И много кто еще.

– Это ведь опасно?

С каждым словом Мартина я волнуюсь все сильнее. Я знаю, как он относится к работе, и уверена – едва он оправится, сразу бросится в самое пекло. Что его ждет? Стычки, риски для жизни, нечеловеческое напряжение?

– Опасно. Но такова моя работа, Габби. Такова моя жизнь.

Я отворачиваюсь к окну. Слезы собираются в глазах и вот-вот готовы пролиться. Я вспоминаю недавнюю неудавшуюся вылазку, ранение Мартина, думаю о том, что еще ему предстоит, и чувствую, что первая слеза уже ползет по щеке. Я безумно боюсь за мужа.

Он замечает мои слезы и качает головой.

– Напугал тебя? Прости. Опасность всегда рядом, но мы умеем бороться со злом. Не бойся. Мы не позволим ничему дурному случиться.

– Я за тебя боюсь, Мартин!

– За меня?

Он наконец улыбается. Протягивает руку и нежно касается моей щеки, вытирая слезы.

– Не надо, не плачь. Все будет хорошо.

– Ты обещаешь, что будешь беречь себя?

– Да. Я постараюсь.

– Поклянись! – требую я.

– Клянусь, что сделаю все возможное.

Но мне все равно неспокойно.

Мартин обнимает за талию, притягивая к себе. Пару секунд рассматривает мое лицо в лунном свете, наклоняется и целует мои заплаканные глаза. Ведет губами по шее, спускаясь ниже, к декольте. Гладит меня по спине. Поднимает голову, чтобы поцеловать в губы.

От его поцелуев я забываю обо всех тревогах и переживаниях. Волнение словно уходит, давая место предвкушению. Сейчас есть только он и я. Только мы. Мартин целует меня жадно, пьет меня, словно путник в пустыне, добравшийся до воды. Я отвечаю на поцелуи все смелее. Больше нет места робости и скромности.

Мое платье скользит на пол, и я остаюсь перед Мартином в одной нижней рубашке. Он отходит на шаг и восхищенно рассматривает меня.

– Ты прекрасна, Габби. Самая красивая. Само совершенство.

Улыбаюсь, немного смущенная его словами и пристальным взглядом. Он снова целует меня. выпрямляется и вдруг спрашивает торжественно и серьезно:

– Графиня де Лебре… Габби… согласна ли ты стать моей? Навсегда?

– Да! – торопливо отвечаю я. – Да, любимый!

Он подхватывает меня на руки, несет к кровати и опускает на прохладные простыни. Ложится рядом, опираясь на локоть.

– Дай мне полюбоваться тобой еще чуть-чуть.

Я чувствую незнакомое томление внизу живота, мне так хочется, чтобы он снова поцеловал меня, чтобы целовал и не останавливался.

– Пожалуйста, – шепчу я и прикрываю глаза.

Мартин уже успел скинуть с себя одежду. Он проводит ладонью по моей щеке, приподнимается и накрывает меня собой.

Он повторяет мне слова любви, а я, поддаваясь ему раз за разом, шепчу его имя.

Наверное, я никогда еще не была более счастлива.