Волшебство на двоих

Волшебство на двоих

Нашатавшись за день по деревням, я возвращалась домой через лес. Днём прошёл снег, разошлись тучи и выглянула луна. Тоненькая, совсем молодая. Как там Лексий? Вернуться-то он должен только послезавтра. С того момента, как он каялся на пороге моей избушки прошло чуть больше месяца. Дурной, как я могла его не простить? Люблю этого охламона блохастого. При мысли о любимом оборотне я невольно улыбнулась. Счастье моё. Пусть блохастое и в полнолуние с ума сходит, но моё.

 

На перекрестке я сделала глупость - наломала еловых веток, а руки уже основательно замерзли - варежки я забыла дома. Эх... И руки погреть не об кого. Моим любимым садистским развлечением было подкрасться к Лексию и засунуть холодные руки под одежду. Сначала он орал, а потом привык, правда мстил поцелуями. С ведьмой жить, ещё не тому научишься.

 

Последний поворот и моя избушка. И окна светятся. Я прибавила шагу, неужели вернулся?

 

Я почти влетела в жарконатопленую избушку и повисла у Лексия на шее.

 

- Вернулся, блудный оборотень!

 

- Нашаталась по лесу, вредная ведьма? - в тон мне отвечает Лексий. А глаза смеющиеся, совсем близко.

 

Пристроила ему голову на плечо и блаженно улыбнулась. Соскучилааась...

 

- Как ты съездил?

 

- Я порывался от всего отказаться, от замка, земель и проблем, но не получилось. Правда я нагло переложил все обязанности на управляющего и слинял. Что поделаешь, если моя ведьма не желает жить в замке и командовать слугами?

 

- Не хочу, - я чуть повернула голову и глубоко вдохнула его запах. Такой родной... Мой.

 

- Соскучилась?

 

- Очень. А ты?

 

Он не ответил, а просто отстранился и поцеловал. Нежно, трепетно... Правда соскучился, я же чувствую. Такие поцелуи значат гораздо больше слов.

 

- Искорка... Устала? Я еще днем вернулся, а печка уже холодная. Ты утром ушла?

 

- Мне же никто спать не мешает, - хитро улыбнулась я, - вот и ушла пораньше.

 

- Вредная, - оборотень легко касается моих губ, - давай, раздевайся!

 

- Нахал!

 

- Тьфу на тебя, Искра! Плащ сними, ты же в нем жить не станешь.

 

 

* * *

 

 

 

 

- Подвинься.

 

Сидящий у печки Лексий послушно освобождает мне место на скамейке и тянется за очередным полешком.

 

- Все-таки хорошо, когда мужчина умеет готовить, - сонно пробормотала я, приваливаясь к плечу оборотня. Лексий тихо засмеялся и забрал у меня кружку. Грабеж!

 

- Искра, за что я тебя так люблю?

 

- Любят не за что-то, - проворчала я, не открывая глаз, - за что-то, это уже не любовь, а хорошее отношение.

 

- Значит я тебя люблю просто так, - он обнимает меня за плечи, прижимая к себе.

 

От меня он слов не ждет. Я дважды вытаскивала его с того света, поделилась Жизнью - лет десять точно подарила - ночевала у его кровати, пятеро суток, когда Лексия чуть не принес в жертву полоумный недомаг. Это больше слов. Но я все равно говорю, потому что ему приятно это слышать:

 

- И я тебя люблю. Очень.

 

Не до подколов, потому что хорошо уютно. Тепло рядом с ним. Спокойно.

 

- Лексий, почему у тебя имя такое неудобное?

 

- Здрасти! Это почему?

 

- Сократить никак. Я уже думала и так и эдак.

 

- А ты хочешь?

 

Я потерлась щекой о ткань его рубашки.

 

- Тебя же надо ласково называть.

 

- Точно надо?

 

- Надо, моя радость!

 

Оборотень касается губами моего виска.

 

- Думай тогда. Хотя мне и вариант с радостью нравится. И счастьем я согласен быть. И даже половиком блохастым.

 

Поднимаю на него глаза и встречаюсь с ласковым взглядом. Родной мой. Касаюсь пальцами щеки, не удержалась, скользнула по губам, а он только того и ждал, склонился, поцеловал. А я пропала. Столько нежности...

 

- Ведьмочка моя, - он не отстранился, явно намереваясь продолжить, а я в который раз позавидовала его длинным, темным ресницам.

 

- Лексий, ты наглый половик!

 

Оборотень опешил.

 

- Почему?

 

- Ты меня бессовестно искушаешь!

 

- Чем?

 

- Собой.

 

Лексий расплывается в улыбке, хитрой-хитрой.

 

- И сильно искушаю?

 

Он еще спрашивает! Его ведь неделю не было...

 

Лексий резко захлопнул дверцу печки и поднялся, подхватив меня на руки. Вот ведь силу девать некуда!

 

- Сумасшедший!

 

- Это заразно.

 

Мой. И бояться не надо, что всё кончится. Что он уйдет... Можно быть хрупкой и слабой в его руках, таких надежных и родных. Растворяться. Дышать им, быть с ним. Верить. Чувствовать под пальцами перекатывающиеся тугие мускулы, слышать тихий, чуть хрипловатый шепот, голову терять от близости.

 

- Задумалась? - Лексий перебирает мои волосы и блаженно жмурится.

 

- Ага.

 

- О судьбе Вселенной?

 

- О нас.

 

- А что думать? Надо священника искать и поить до невменяемости, чтоб обвенчал ведьму и оборотня.



Александра Эльданова

Отредактировано: 14.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться