Волшебство на Новый год

Глава 3

Следующее мое пробуждение побудили звуки внизу. Кто-то усиленно скреб, при этом ласково ворчал:

– Да погоди, дай убраться-то у тебя. – Голос басистый, мужской.

Я глубже вжалась в сено от испуга. Не хватало еще! Я практически нагая здесь, а рядом мужчина. Но дальше приключилось и того хуже. Заскрипела лесенка, по которой давеча поднималась Ирма, и в дыре возникло заросшее волосами до самых глаз, мужское лицо.

– Нако вот, молочка свежего попей. – Мужик не проявлял ко мне интереса, как мне хотелось верить. Не ощупывал меня взглядом, заинтересовано не заглядывал в глаза. На сено влезать не собирался. Он, кажется, просто заботился обо мне. Протягивая мне щербатую кружку.

– Спасибо. – С усилием приняла сидячее положение и потянулась за кружкой. А в ней – молоко! Густое, ароматное, и на вкус слегка сладковатое!

– Кружку оставь. После за ней вернусь. – Не дожидаясь, пока я все допью, добрый мужичок исчез из виду.

Я облегченно выдохнула и крохотными глотками принялась наслаждаться молоком. Возможно, сказался голод, но я в жизни такого вкусного молока не пила. Оно густое, тягучее и неимоверно ароматное. Жалко, только, что быстро закончилось. С другой стороны, я хорошо помню, что с голодухи нельзя наедаться.

Сытость меня быстро расслабила, порадовалась, что обо мне проявляют заботу простые люди. Значит Дед Мороз закинул меня в хорошую компанию! На этой радостной ноте я вновь погрузилась в сон.

– Грета! Грета! Просыпайся! – Знакомый девичий голос настойчиво звал меня. И я открыла глаза.

– Арн сказал, что принес тебе молока. Выглядишь ты получше. И шишка, кажется, спала. А то что синева вовсе лицо - так это пройдет. Можно, конечно, свежего навоза приложить. – Ирма вопросительно уставилась на меня, и я поторопилась отказаться. Нет уж! Не надо мне навоз прикладывать. Само заживет. О чем я поторопилась ее уведомить.

– Спрашивай что хотела. Я камин хозяйке разожгла, и она меня на пока отпустила. А я сразу к тебе. Вот на ко, – заботливая подружка протягивала мне небольшой кусок чуть подгоревшей лепешки. Кажется, завтрак подоспел. Только вот мне до рези в глазах хотелось в туалет, для начала.

– Это тебе вниз надо. – Задумчиво почесала голову Ирма. – Ты как? Сможешь спуститься?

Вариантов у меня не оставалось, поэтому решительно согласилась. Ирма объяснила, что на лесенке пять перекладин. Спускаться надо вслепую, ногами вниз. Я осторожно села, дождалась, пока мушки в глазах разлетятся, и стала прицеливаться. Как бы осторожнее, и вместе с тем быстро оказаться внизу.

Товарка моя спустилась первой и давала мне пояснения, по типу: ногу сюда, руками хватайся, держись крепче. Так, совместными усилиями я и оказалась внизу.

– Беги в загон к коровам. – Махнула Ирма рукой вглубь помещения. Я же не тронулась с места. Боюсь, потому что. У них же рога и копыта!

– Пойдем уже. – Товарка первая шагнула в загон и отогнала любопытных животных. Моя благодарность ей за это взлетела до небес.

А после того как с основной проблемой было покончено, я оглянулась вокруг. Большое помещение с земляным полом, покрытым соломой. С обеих сторон от прохода, метра два шириной, огороженные загоны для животных. Некоторые пустые, в других помимо коров я увидела любопытные лошадиные морды. А еще из глубины раздавались переговоры кур.

– Полезли обратно. – Ирма уже подталкивала меня в спину в направление лесенки. Ох, новое испытание.

Сконцентрировалась только на подъеме, не до конца окрепшими руками схватилась за перекладины лесенки, а ноги ставила неторопливо. В общем, с неимоверными усилиями, но я вернулась на сеновал. Как это место правильно называется, я не знала. Потом, а пока, для себя буду называть его так.

Ирма как-то ловко меня опередила вверху, подкинула в выемку, где я лежала еще сена, и дождавшись, пока я облеченно выдохну и приму лежачее положение, начала свой рассказ.

Итак, мы действительно прислуживаем богатой баронессе. И нет, рабства, у нас нет. На мой вопрос, сколько нам платят за работу, Ирма округлила глаза:

– Кормят и по осени кусок ткани на платье могут подарить, но не каждый год, конечно же. – Хм… А говоришь рабства нет.

Уйти, конечно, можно. Но везде правила одинаковые. А после недавнего мора, лучше пока никуда не уходить, потому что толпы лихих людей заполонили окрестности. Голод вынуждает их даже днем нападать. Вот так-то!

– Ты не думай даже. Наша хозяйка – госпожа Катарина, она самая добрая, из всех на свете. Разное про других рассказывают и бьют, и на мороз выставляют, а у нас такого нет. – Хорошие новости! Правда, все познается в сравнении… Но уже сам факт отсутствия насилия о многом говорит!

– Что за мор? – Тут же насторожилась я?

– Пришел издалека, половину людей у нас выкосил. У них вначале вот такие шишки, – она показала размер, на примере своего кулака, – вырастали, болели невыносимо, и жар налетал. От него и помирали.

Я, конечно, не медицинский работник. Но не про бубонную ли чуму речь? Шишки – это и есть бубоны, жар и скоротечное течение болезни. А летальный исход - почти закономерен. Мне, правда до конца неясно, каким образом чума не выкосила абсолютно все население? Иммунитет счастливчиков спас, или другие обстоятельства? Живы остались, и хвала Всевышнему!