Волшебство строго по расписанию

Часть первая. Архивная

 

– Вась, ты с 17-26-04 уже закончила?

– Нет, там опять на доработку! – привычно откликнулась я, а Фиа, только-только приготовившаяся запечатать файл, гневно раздула ноздри, отбрасывая уже порядком истрепавшуюся папку в сторону.

– Опять?! – негодующе прошипела она. Мало кто сейчас посмел бы вообразить, что передо мной не змея подколодная, а дивная волшебная фея. В седьмом поколении, между прочим. Умница, красавица… но характером явно пошла в папашу-гремлина.

– Опять, – покаянно вздохнула я.

– Третий месяц на доработку уходит!

– Угу…

– У отдела показатели падают!

– Угу…

– Хватит угукать! Что там на этот раз?!

– Женой недоволен…

– Опять? У него же и так мисс Вселенная под боком – грудь мы ей сделали, два ребра удалили, нос поправили, волосы перекрасили и даже линзы заставили носить, так как магией глаза изменять опасно. И вся эта красота, позволь заметить, без единого шрама, как было бы после пластического хирурга. Что на этот раз ему надо исправить?

– Характер, говорит, не тот…

– Ах, характер?! – фиолетовые локоны руководительницы отдела встопорщились, как иголки дикобраза, и начали стремительно зеленеть. – А куда глаза его близорукие смотрели, когда он себе жену выбирал? Куда? У неё же тогда и груди толком не было!

– Не знаю, – устало вздохнула я. Все эти вопросы были чисто риторическими – с клиентом под номером 17-26-04 нам явно не повезло. Злой рок. Судьба. Каждодневная пытка и проверка терпения. Оно у меня, как оказалось, практически бездонное.

– И за какие-такие заслуги он своё желание получил, интересно знать? Ведь обычный человек. Только наглый слишком, – буркнула Фиалка, пытаясь взглядом сжечь злополучную папку. Увы, все документы в архиве обладали семью степенями защиты – без труда переживут как вселенский потоп, так и извержение супервулкана. Все сдохнут, а папочка с номером 17-26-04 будет жить, повествуя о нелегком труде отдела прикладного волшебства.

– В лотерею выиграл, везучий он, – призналась я, так как спустя пару сеансов с объектом начала задаваться теми же вопросами, и недавно клиент, наконец, поделился своим секретом. – Говорит, что не пожелает – исполняется. Захотел, чтобы коллегу уволили – тот на следующий день был застукан с женой шефа. Подумал с утра, что на выезде из двора светофор бы не помешал, и уже вечером поворачивал под отдельную стрелку. А вот с женой не повезло – не о том думал, когда жениться хотел. Говорит, загадал себе верную, спокойную, чтобы домашний очаг хранила и разносолами потчевала. А она возьми, да спустя пять лет домашней жизни из жены стала какой-то домработницей. Ни внешности, ни интересов… ну не бросать же, деля квартиру, машину и счет в банке? Вот и захотел что-то изменить – нашел на улице лотерейку для наших. И не просто нашел, что само по себе чудо, а джек-пот выиграл. Представляешь?

– Ну и дела, – ахнула Фиа. Фиалковые глаза загорелись изумрудными искорками, а на губах наметилась робкая улыбка. – А ты не шутишь? Такое же только в фильмах или книжках бывает, но чтобы в жизни?

– Ты о чем? Об удаче?

– Нет, я о том, что он разводиться не захотел. Любит, видимо, жену свою…

– Что? Любит? Да ты слова мои слышала? Он же эгоист! Хочет себе и красавицу с дивным характером, и квартиру с машиной оставить!

– Васька, ты просто завидуешь! – отмахнулась начальница. – Мужик на любовь единственное желание тратит, а ты его эгоистом называешь

– Настоящая любовь – это когда принимаешь человека таким, как есть, а не пытаешься изменить!

– Ну-ну, – усмешка Фиалки выглядела по-настоящему змеиной, – то-то ты своего изменить не пытаешься. Каждый день так и пышешь любовью к такому, какой уродился.

Я открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут же закрыла. О личной жизни на работе болтать было не принято, да и времени особо нет – всё по вызовам летаешь, как стрекоза, – но с Фиалкой мы дружили. По крайней мере, я так думала ровно до этих самых слов. Обидно всё-таки от друзей слышать подобные интонации и подозрения.

– Ты… ты о чем?

– О том самом, – уже нормальным тоном произнесла Фиа. Подошла ближе, положила руку на плечо, погладила будто успокоительно. И в глаза заглянула – с сочувствием. – Пять лет это срок, дорогая. И если мужчина не позвал замуж, значит, он не любит по-настоящему. Да и ты, собственно, тоже, иначе, как сама сказала, не пыталась бы переделать. Хватит мучить саму себя, отпусти его, иначе у тебя так скоро магия пропадет от тоски. Думаешь, я не вижу, что твои силы с каждым днём уменьшаются, а крылья – тускнеют?

– Это авитаминоз, я фруктов мало ем, – заупрямилась я, не желая признавать действительность. За последние месяцы я и вправду будто постарела, хотя обычно феи лет до ста щеголяют юностью и здоровьем. А ведь мне даже до тридцати еще далеко! Неужели Фиалка права, и я трачу себя не на того человека?

Но как же так – фея и без счастливой любви? Мы ведь её по своей природе притягиваем, неосознанно. Как ёкнет сердечко – значит, это именно он, тот самый, единственный. Розалия, вон, возлюбленного в семнадцать нашла, через месяц замуж выскочила, и уже больше десяти с ним неразлучна. И неважно, что она фея, а он человек – её магии от любви на обоих хватает. Марго так и вовсе вышла замуж по контракту и всё равно умудрилась влюбить в себя менталиста, хотя они из-за ощущения чужих мыслей вообще редко отношения заводят. А Клео вообще едва не заставила маму поседеть, приведя в дом демона-искусителя! Все красавцы и, как один, пали жертвой любовной магии, текущей в крови фей. А у меня что? Из всего многообразия мужского генофонда выбрала себе самого завалящего, и тот замуж не зовет. Несправедливо!



Анастасия Мамонкина

Отредактировано: 19.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться