Вольвелон: битва за Сильвиум

В путь

Безлунная ночь медленно окутывала мраком степи и леса, скрывая сизой дымкой тумана величественные горы вдали. В такое время красота природы становится иной: её умиротворённость, покрытая завесой тайн, завораживает. Однако даже среди бесконечных просторов империи Вольвелон есть место, в котором каждый путник станет желанным гостем. Место, именуемое таверной «Хельхейм».

Густой запах ладана и вина. Теплый свет восковых свечей, расположившихся на каждом столике в канделябре, шаловливо плясал, заставляя тени поздних гостей подрагивать.

- Эй, хозяйка! Налей-ка ещё пенного! - звучит средь музыки живого оркестра грубый голос крепкого наёмника, поднявшего пустую деревянную кружку вверх.

Голубые глаза хозяйки недовольно закатились. Но несмотря на раздражённый вид, она, со всей присущей ведьме элегантностью, поставила на столик кувшин ароматного пива и деловито возвратилась к стойке. Стоило ей только подойти, как из-за дубового барного стола показалась младшая сестра-ведьма, которая тут же забавно перегнулась через стойку, чтобы прошептать что-то старшей на ухо. Девушки звонко рассмеялись, приковывая к себе взгляды гостей. Тогда один из плечистых мужчин спросил:

- Ах, красавицы, будут ли и сегодня ваши истории?

Одновременно улыбнувшись, ведьмы переглянулись, решив всё без слов. И тряхнув чёрными, словно воронье крыло, волосами, младшая из ведьм со стуком отставила в сторону протёртую кружку. Она пробежалась взглядом по залу, и приметив, что даже за самыми дальними столиками все притихли и начала рассказ:

- Говорят, что зори в пристоличных полях поистине волшебные…
________________

Утреннее зарево мягко коснулось верхушек лесных деревьев вдалеке за полями, пока природа медленно пробуждалась ото сна. Нежный ветер колыхал золотую рожь, сеял рябь на глади небольшого озерца и делал это так мягко, что сонные утки едва ли шевелили своими лапками, чтобы держаться на плаву. У самого берега этого озера стояло два прекрасных породистых жеребца, лениво подергивая хвостами, они опустили носы в прохладную воду озера, напиваясь перед грядущей дорогой.

- Ну наконец-то, Андреас! - прозвучал довольный голос одного из двух мужчин, который стоя по колено во ржи, раскинул руки так, словно к нему пришло внезапное озарение.

Второй мужчина, названный Андреасом, внимательно разглядывал большую карту, не обращая внимания на возгласы спутника. На некоторое время между ними повисла тишина, разбавляемая лишь кряканьем уток. Тогда раскинувший руки мужчина вздохнул, опустил их и вновь попытался привлечь внимание, продолжая мысль:

- Мне больше не нужно прятать от людей мой истинный облик!…

И снова тишина. И… кряканье.

На этот раз он не выдержал такого крайне жестокого безразличия и с тихим «ну и ладно» сменил свой облик. Его зеленые глаза вспыхнули, мгновенно переменив цвет на розовато-персиковый, а тело будто на глазах растаяло, приобретая элегантные формы, становясь мягче, меньше и плавнее. На удивление даже одежда, местами состоящая из лёгкой брони, тут же изменилась по форме и фигуре девушки. Длинные, слегка вьющиеся, черные волосы раскинулись по спине, когда она, тряхнув головой, воскликнула:

- Полюбуйся же, Андреас!

Наконец-то отозвавшись на своё имя, молодой статный мужчина поднял голову и обратил свой взгляд на девушку. В его глазах она всегда выглядела изящной и хрупкой, походя этим на свою матушку, однако Андреас очень хорошо знал, какой острой бывает сталь меча в ее руках.
Взгляд мужчины тут же стал мягче, а на губах расплылась улыбка, но словно чем-то встревоженный он медленно опустил голову. Непослушные русые кудри прядями обрамили лицо, в то время как остальные волосы рассыпались по плечам.

- Ну-ну, Юника, - сетовал он, оголив в улыбке немного выделяющиеся клыки, - главное, чтобы тебя не спутали с феей и не утащили в Эльферион, - юноша усмехнулся.

- Не завидуй, - девушка наигранно закатила глаза, отворачиваясь от него навстречу порывам ветра.

Она понимала волнения Андреаса: он, как один из четырёх принцев империи Вольвелон, большую часть своей жизни провел в стенах императорского дворца, а теперь перед битвой за престол, выставлен за ворота столицы, чтобы найти союзников и победить в состязании наследников. Да кто угодно бы нервничал оказавшись на его месте. Хорошо хоть приставная судья оказалась дочерью генерала империи и его лучшей подругой детства - Юникой Сатклифф.
«Да, я определённо хороша» - подумала девушка и, воодушевленная этой мыслью, постаралась отвлечь принца:

- Вот смотри. - она протянула руку к верхнему правому углу карты, коснувшись рисунка пальцем - Несмотря на холод, в Калиголокуме есть омолаживающие источники. Вот бы искупаться разок!

Персиковые глаза встретились с чёрными. Попытки Юники отвлечь Андреаса казались тому весьма милыми, потому мужчина тепло улыбнулся и легко потрепал Юнику по голове, но ответил серьёзно, хмуря густые тёмные брови:

- Мы не на прогулку вышли, - принц опустил руку и прищурил глаза, какое-то время всматриваясь в одно место на карте. - Слышала о "Хельхейме"?

Юника недовольно поморщилась и отвела взгляд.

- Отец говорил, что Хельхеймом управляют две старые ведьмы, и они по слухам располагают любой информацией за нужные деньги, - девушка скрестила руки на груди и сощурила глаза. - Вопрос: хватит ли вам, Ваше Высочество, ваших приданых?

Андреас на секунду замер, задаваясь вопросом: “Как же может не хватить?” Однако ответ пришёл вместе с осознанием.

- А… - мужчина медленно моргнул, уточняя, с эфемерной надеждой на лучшее: - Разве я не могу использовать деньги как принц?

Будто бы ожидая этого вопроса, Юника злобно улыбнулась, прочистила горло и торжественно произнесла:

- Никак нет, Ваше Высочество! На вашем счету 5 золотых и 15 серебрянников!

Какой бы хорошей подругой Юника не являлась Андреасу, она всё ещё была приставной судьей. По правилам состязания каждый из четырёх принцев должен был выйти из столицы как обычный странник, без возможности использовать связи или “поблажки принца”. При этом у каждого из участников на старте ограниченное количеством вещей и монет. И именно для того, чтобы все условия были соблюдены, с каждым из них отправили судью. Приставные судьи в свою очередь следят за исполнением правил состязания и являются моральной поддержкой участников. И Юника хорошо справлялась с… первой частью своих обязанностей…

- Я же говорю, ты - вольная птица! Думал я шучу? - девушка хитро улыбнулась, ставя руки-в-боки. - Нужны деньги - заработай.

Сатклифф подмигнула Андреасу, довольно наблюдая растерянное выражение лица, в то время как он едва ли не пустил скупую мужскую слезу. От полного краха Андреаса спасла внезапная мысль, которую он тут же озвучил:

- А чего ты-то такая веселая, красавица моя? Ведь если нищий я, то ты тоже. - он злобно ухмыльнулся - Ты ведь всё ещё моя подданная, да и власть щекотки никто не отменял.

- И не стыдно ли тебе так со старшими разговаривать? - сетовала Юника. - Надо было изначально с тобой послать старого Капкодрюка, вот уж он тебе весь мозг выел бы!

Она тяжело вздохнула и взглянула в сторону поднимающегося зарева. Легкий утренний туман рассеялся, оставив после себя лишь капельки росы на колосьях и листьях.

- Куда я тебя отпущу? - чуть сощурила глаза от света лучей яркого утреннего солнышка Юника. - Ещё заблудишься в трёх соснах.

Андреас тихо засмеялся. Вокруг становилось светлее, теплые лучи солнца согревали. Какое-то время путники молча смотрели вдаль, на горы, вершины которых уходили высоко в небеса, после одновременно повернулись друг к другу.

- Кажется, нас ждёт очень длинное путешествие… - Андреас протянул руку к девушке. - Давай от души повеселимся?

Тёплая улыбка принца, кажется, сияла ярче утреннего солнца, когда Юника положила свою руку в его ладонь и сделала легкий реверанс. Она мило улыбнулась и в самый неожиданный момент резко потянула мужчину на себя, успевая при этом увернутся так, чтобы завалить того носом в золотую рожь. Вот и как с ней разговаривать?

- Смотри только правила не нарушай! - Сатклифф важно сложила руки на груди глядя на принца, утонувшего в колосьях ржи.

- Тогда следи за мной, - Андреас рассмеялся и, не желая принимать поражение, потянул Юнику к себе.

Девушка не ожидала ответного хода, от того неловко плюхнулась рядом с ним, звякнув легким доспехом. Она сморщила нос и многообещающе заверила:

- О, ты от меня так просто не отделаешься, - она зашуршала колосьями и, наконец-то приподнявшись, села.

Юника оглядела принца и, остановив взгляд где-то над его головой, моментально изменилась в лице. По слегка надутым щекам и блеску в глазах было видно, сколько усилий она прилагает, чтобы не рассмеятся вслух. Мужчина проследил за взглядом девушки и, не выдержав такого напряжённого молчания, серьезно спросил:

- Что?

- У тебя листик на голове, - подавив волну смеха, так же серьёзно ответила девушка.

Лицо Андреаса в этот момент стоило видеть. С самого детства он отличался особой брезгливостью и даже отказывался есть "некрасивую", по его мнению, еду.

- Что-что-что, где? - Андреас тут же замер и, взглянув на девушку, капризно попросил: - Убери-и-и!


Юника звонко рассмеялась и легким движением руки смахнула зелёно-рыжий листик с макушки принца.

- Хочешь страшилку расскажу? - заговорщицки подмигнула бедолаге Юника.

Получив кивок в ответ, девушка придвинулась к принцу чуть ближе. Она огляделась по сторонам, словно проверяя могут ли её подслушать, после чего тихо сказала:

- В лесу нет бани.

- А-А-А!

С озаренных солнышком макушек хвой взлетели вороны. Не то чтобы Андреас верил, что в лесу водятся дикие бани, но он, скорее, даже не задумывался о том, что их может и не быть. Брезгливость - не самая хорошая черта для воина, однако стимул к скорейшему поиску работы был найден.

Перед захватывающими приключениями, что ожидали их впередии, чистым быть не помешает. “За баню”!