Воля хаоса. Медные когти

Глава 7

Печаль, стыд, злость, Марани душило множество эмоций, хотелось прямо сейчас проявить слабость, обхватить коленки руками, и разрыдаться, заливая все горькими слезами. Но нельзя, наруч на руке недовольно запиликал, привлекая внимание, дисплей принял желтый оттенок, и начал наполняться странными рубленными иероглифами. Устройство четко реагировало на любое физическое отклонение и могло соответственно противодействовать.

Воительница полулежала, прислонившись спиной к стене, на вытянутых ногах, лежала голова Йоргуса. Хаосит, ее напарник, не смог пережить последнего боя, его сердце остановилось тридцать две секунды назад. Наруч брата покраснел, отвратительно громко запищав привлекая к себе внимание.

Вся война в Вергинии, была проиграна до ее начала, слишком мало информации, колоссальная разница в силах и техническом превосходстве. Последнее бесило больше всего, откуда в средневековом мире, взялось все это? И самое поганое, она провалилась как глава разведки не оправдав доверия, подвела Олафа и остальных братьев. У нее, хаосита стоящей на грани получения ранга «зверь» было полно возможностей узнать кто их главный враг в этой войне. А вместо этого прошляпила засаду, потеряла своих людей, в итоге сама оказалась в этом довольно странном месте. Конечно, разум твердил, с ее нынешними возможностями не справиться десятком магов невидимок. Даже будь здесь Олаф со своими сенсорными способностями, они бы ты тоже проиграли, врагов было слишком много, и один павший от ее рук маг, не мог перевесить печаль от поражения.

Йоргнус, понес серьезные раны во время боя, магия врагов жестокого исковеркало его тело. Хаос, дает своим детям много возможностей побороться за свои жизни, но в этот раз, не дождавшись квалифицированной помощи, брат в мучениях скончался на ее руках.

Марани пожирало бесконечно горе, она не справилась, провалилась, все случившееся было результатом ее слабости. Но еще больше она хотела отомстить, а для этого, нужно сбежать, план побега уже был готов и запущен в работу. Браслеты на их запястьях не только следили за физическим состоянием пленников, а также были своеобразными оковами, которые блокировали уникальные силы, а также не позволяли двигаться. При попытке подняться на ноги, браслет самостоятельно вводил в пленника целый коктейль седативных и успокоительных средств, которые обычного человека валят с ног на целые сутки. Для нее это было не так страшно, ее тело способно расщеплять и не такие медикаментозные вмешательства, которые в итоге доставляют всего лишь легкую слабость. Марани не сомневалась, что в столь технологичной камере ведется видео наблюдение и приходилось старательно отыгрывать роль обессиленного мутанта.

Дверь камеры заменял бледно-голубой энергетический барьер, при касании к нему шел легкий разряд, после которого мышцы около минуты скручивало болезненными спазмами. Ровный мягкий свет падал с низкого потолка, взглядом за его источник зацепиться не удавалось. Также камера была покрыта незнакомым, но очень твердым сплавом, он не поддавался ее прочнейшим когтям, а это весьма серьезная заявка. Здесь на этой планете она еще не находила металл, способный сопротивляться ее основной мутации.

Когти Телатерии, такое красивое название и такая страшная мутация, знай тогда, к чему приведет этот выбор, она бы никогда не решилась вступать в игру, проще умереть. Ее внешность, в той жизни, была поводом зависти многих соперниц, ее ненавидели, обсуждали, и всячески стремились испортить жизнь. Вполне возможно, не стоило так себя демонстрировать, это могло на многое повлиять, но тогда, она не могла поступать по-другому. Спустя столько времени, многие сотни часов раздумий, Марани знала, как было необходимо жить, чтобы не потемнеть душой и не получить билет в свой персональный ад. Но даже зная об этом, скорее всего не стала бы ничего менять, менять себя, свой характер в угоду других, завистливых уродливых людишек, никогда!

Осознав себя здесь, ничего не предвещало беды, она была сильная, ловкая, легко справлялась с заданиями получая доступ к новым энергонам. Постепенно усваивая новые порции сил, и выводя мутацию на следующие ступени развития, вскоре она заметила, что стала превращаться в монстра, а именно, в отвратительную прямоходящую ящерицу. Когти способные пробивать любые доспехи, были лишь приманкой, необходимой чтобы превратить ее в урода, которым она всегда была в своей душе.

Кожу на ее теле заменяла серая эластичная чешуя, некогда роскошная грива рыжих волос вылезла, а милое лицо превратилось в морду человекообразной ящерицы. Конечно, данная мутация давала, феноменальные показатели ловкости и гибкости, позволяя сгибать руки и ноги в любых направлениях. Также в ее руках было достаточно силы, чтобы при помощи когтей, разрывать словно бумагу самые прочные доспехи паладинов.

Марани предпочитала не пользоваться своим самым главным оружием, и скрывать каждый сантиметр своего уродливого тела от глаз окружающих, вне разницы братья они, или враги. Сейчас же, ее лишили всей одежды, заставляя наблюдать это уродство, за это кто-то должен ответить. Она легко подавил мимолетную вспышку гнева, претворяясь угашенной наркоманкой, прямо сейчас по коридору в их сторону кто-то спешил.

Невысокая тощая девушка в странном комбинезоне остановилась напротив камеры. Лысая голова несла на себе множество шрамов от тяжких хирургических вмешательств. Нижнюю часть отстраненного лица скрывал непонятный шарф или респиратор. В ее руке было странное устройство похожее на жезл, она им увлеченно тыкала по силовому полю, вскоре оно исчезло, а надзиратель, беспечно вошла в камеру.

Марани сдержала желание улыбнуться, можно считать из камеры она уже выбралась. Когда надзиратель склонился над бездыханным телом Йорга, молниеносный удар ногой в голову отправил женщину в глубокий нокаут. Быстро вскочив на ноги, Марани короткими движением когтей вспорола ей горло, отступая на шаг избегая фонтана из крови. Наруч на предплечье недовольно пищал, попутно вводя в ее организм тонны успокоительных, и еще черт знает каких средств, ее даже повезло в сторону от навалившейся слабости, и почти непреодолимого желания упасть и уснуть. Удары когтями, коверкали, ломали запорные механизмы, вскоре металл не выдержал, наруч глухо упал в кровь.