Воля к жизни

Глава 19

Полки холодильника, как и ожидалось, даже не пытались собой заинтересовать. Максимум, что походило на еду – это жирные пятна, которые никто не собирался отмывать. А так как слизывать остатки томатного кетчупа Кайли не собиралась, девушке пришлось позаимствовать мамин обезжиренный йогурт. Вероятно, тем же вечером она выслушает тираду от матери о том, что брать чужое – плохо, и знаменитое: «я не так тебя воспитывала, Кайли!». Но идти в магазин ей совсем не хотелось, а готовить было просто не из чего.

Из динамика телефона доносились голоса одноклассников. Сегодняшняя репетиция записывалась на видео. Каждый от актеров до музыкантов должен был посмотреть на себя со стороны и подметить ошибки. Но сейчас девушка понимала, что напрасно так старалась. На видео ситуация была еще хуже, чем она могла себе представить. Мальчик, играющий Аарона Бёра, постоянно фальшивил или забывал слова. Это не могло не раздражать ее и во время репетиций, а на записи так и вовсе выводило из себя.

Костюмы танцоров сильно мешали им двигаться, и это было заметно. А ведь они говорили ей об этом! Любой, кому не было лень, подходил и ныл на эту тему минимум десять минут. И что ей мешало прислушаться к ним раньше? Разумеется, у них еще есть время переделать подолы платьев и слегка укоротить сюртуки, но это повлечет за собой последствия. Ей предстоит выслушать жалобы ребят из кружка по кройке и шитью, еще одни примерки и дополнительные траты. Если им понадобятся новые материалы, расплачиваться будет, конечно же, драм. кружок!

Возможно даже придется организовать еще одну игру в покер.

– Заткнись! – Тихо прошептала она видеозаписи.

На сцене участвовали разом три кружка: танцоры, актеры и певцы. В театральном клубе не было столько людей, чтобы заполнить все пробелы. Тем более, что далеко не все они поют. Зато звезды школы, что славились голосовыми данными, оказались никудышными актерами. Вот и получается, что на протяжении всей пьесы у зрителя страдают либо уши, либо внутреннее чувство прекрасного.

Раздался звонок в дверь. Первые три-четыре нажатия на кнопку она предпочла проигнорировать. Родители придут еще совсем не скоро, а гостей она не ждала. Но человек за дверью был очень настойчив, и Кайли задумалась: «А вдруг?».

Уилл вел себя неправильно. Пропуск репетиций – был последней из списка проблем, и пускай она и знала причину такого поведения, прощать друга становилось все труднее с каждым днем. Грубость, избегание, а теперь и крики – это не могло не пугать. Девушка поймала себя на мысли, что обязательно простит его, если только он об этом попросит.

Кайли открыла дверь и уже приготовилась изображать недотрогу. Все же сдаваться в первые минуты диалога было не в ее стиле. Но играть роль не пришлось. На пороге оказался тот, кому улыбаться никогда и не хотелось.

– Привет! – Сказал Ноилз. – Я принес пончики.

– Я же написала, что Уилл не придет.

– Да, но ты не сказала не приходить мне.

Единственным верным решением было запереть дверь. Но ее взгляд застрял на маленькой белой коробочке. Обезжиренный йогурт никогда бы не смог так приманить ее к себе, даже если бы попытался.

– Пёс с тобой. – Сказала она, забирая коробку.

Ноилз радостно вошел, чуть отодвинув ее в сторону, так ему хотелось попасть внутрь.

– Можно мне чай?

– Сам нальёшь.

Кайли уселась за стол. Обычно она старалась сидеть прямо, но сейчас ей доставляла удовольствие та дуга, что вырисовывалась ее позвоночником. Расправившись с коробкой, девушка вцепилась зубами в шоколадный пончик.

С первым она расправилась за два укуса. Вспоминались времена, когда она называла их «какими-то приторными». И каких только глупостей не наговоришь на сытый желудок!

Тем временем Ноилз, точно хозяин, уже рылся в ее шкафах.

– Ну и дрянь! – Воскликнул он, увидев коробочку сухого завтрака. Паренек с большим интересом рассматривал упаковку мюсли с различными добавками. Она прекрасно понимала его недоумение. Производитель настолько хотел создать нечто оздоровительное, что добавил кусочки сушеных овощей. – Нормальные люди пытаются подсластить завтрак, а это… И тебе это нравится?

«Нет! – Хотелось завопить ей. – Я ем очень мало, и очень невкусно. Последние полгода отказывалась от сахара, и всё ради плоского живота, которого даже не видно за школьной формой. Хоть без рубашки ходи!». Разумеется, говорить об этом вслух она не собиралась.

– Поставь, где стояло.

Ноилз равнодушно пожал плечами и полез в следующий шкаф. Кайли уже переходила к третьему пончику, искренне удивляясь исчезновению второго. Она так быстро ест или просто уронила предыдущий?

– Что сказал Уилл, после нашего разговора? Вы же столкнулись?

– Ты слышал?

– Сразу ушел, не хотел влезать.

– Мог бы и влезть, он ведь на тебя разозлился.

– А я здесь причем?

Девушка закатила глаза.

– М-да, вообще ничего интересного. Как ты живешь?

– Не доставляя другим неприятности.

«Ври больше» - пронеслось в ее голове. Она знала, что с ней говорит собственная совесть, и всё же это пугало. Собственные мысли боролись между собой. Одна сторона пыталась всячески утешиться, а вторая нагнетала.