Воплоэны. Полторы королевы

Глава 6

Пьяницы смерили меня недоверчиво-критическими взглядами. Причем у краснолицего взгляд был больше недоверчивым, а у тощего – критическим. И заговорил со мной первым тощий, взмахнув руками-веточками:

– Чего надо? Пустых столов мало?

– Да мне скучно одному, – разулыбалась я во все зубы. – Я тут у вас никого не знаю, а вы, смотрю, люди приличные, порядочные, вот и решил попроситься в компанию.

– А у тебя монеты есть, чтобы в компанию проситься? – спросил упитанный пьяница. – Поставишь нам по кружке ылу, тогда садись.

– И сухариков соленых по жмени! – громыхнул по столу костлявым кулаком щетинистый.

Я была готова к чему-то подобному. Денег у меня, понятное дело, по-прежнему не было, ничего ценного, что можно продать, тоже, и признаюсь честно, у меня даже мелькала идея намагичить фальшивок… Но я эту идею зарубила на корню. И даже не только потому, что делать подобное даже в мелких размерах, мне было противно, но и потому, что не простила бы себе потом, если бы попалась на этой гнусности и во всех смыслах подвела любимого мужа.

А потому перед тем как войти в трактир, я все-таки использовала магию, но по-другому. Во-первых, я сделала две игральные кости – магически «вырезала» их из валяющейся возле забора деревяшки. Во-вторых, я пожелала всегда знать, какая комбинация на этих кубиках выпадет, если их бросаю не я, и чтобы сама могла выбросить любую загаданную комбинацию. Да, это было жульничеством, но все-таки, как мне казалось, не очень серьезным – я не собиралась наживать таким способом состояние, обыгрывая доверчивых людей и отнимая у них последнее. Просто я не видела другого выхода. Да, если поступать совсем по-честному, нужно было наняться на какую-нибудь работу, и я, как уже говорила, физического труда не боялась, но у меня элементарно не было на это времени. Я даже пообещала себе отработать потом в Заромаре это прегрешение, воплотившись в крестьянку или подсобного рабочего, а вырученные деньги отдать в сиротский приют. Ну а пока я надеялась, что моя придумка поможет в осуществлении задуманного.

– Видели такое? – достала я из кармана кости.

– Деревяшки с дырками, – сказал краснолицый. – Уж не думаешь ли ты нас обдурить, выдав это за монеты?

– Что вы, судари, как можно! – воскликнула я. – Таких умных и проницательных людей мне ни за что не обдурить, да я бы и не стал это делать, испытывая к вам глубокое уважение.

– Ты испытываешь наше терпение, чужак, – скривился тощий. – Или ставь выпивку, или проваливай со своими деревяшками!

– Но это не простые деревяшки, – подмигнула я. – Ими можно играть. В том числе и на деньги.

– Это как? – заинтересовались оба пьяницы.

– Ну, смотрите, – накрыла я лежащие на ладони кости второй. – Сейчас я потрясу и брошу. А вы угадайте, сколько точек выпадет. Угадаете – даю вам столько монет, какое получится число. Не угадаете – вы мне.

– Э, нет! – погрозил пальцем упитанный мужчина. – Ты там натрясешь, как тебе надо, а мы угадывай!

– Давай наоборот, – прищурился тощий. – Мы бросаем, ты угадываешь. Угадаешь – ставим тебе кружку ылу. Не угадаешь – ты ставишь нам столько, сколько выпадет точек.

– Не совсем справедливо, судари, – сказала я. – Вы не находите?

– Так это ты к нам пришел, а не мы к тебе! Не нравится – вон дверь.

– Хорошо, я уйду… Но тогда вы точно останетесь без ылу. Давайте так: каждый из вас бросает по три раза. Сколько раз я не угадаю, столько кружек вам ставлю. Но если угадаю хотя бы раз – вы мне покупаете… Что едят вон те господа?

– Гы-гыспода! – гоготнул краснолицый. – Вареницу они едят – с репой и курицей.

– Она дороже, чем кружка ылу?

Теперь заржали оба пьяницы:

– Да вместо кружки ылу можно четыре тарелки вареницы взять!

– Вот. Если я угадаю хотя бы один раз, вы мне покупаете тарелку вареницы и кружку молока.

– Молоко дороже вареницы, – насупился упитанный.

– Но в три раза дешевле ылу, – махнул на него руками тощий. – Все равно мы в наваре!

– Играем? – спросила я. – Только давайте уже познакомимся. Мое имя Анналеон.

Краснолицего звали Лелешон, тощего – Агешкон.

И мы начали играть. В первый раз мне нельзя было проигрывать – у меня не было денег, чтобы покупать пьянчугам выпивку, а самой очень хотелось есть. Поэтому я «угадала» результаты всех шести бросков. Лелешон с Агешконом заворчали, но я увидела, что удивлены они тоже изрядно. И супчик с молочком они мне все-таки купили, но с условием, что поиграем еще.

Я молча скушала вареницу – не особо вкусную, но питательную, – с удовольствием выпила молоко и условие азартной парочки приняла, но сказала, что теперь буду угадывать не за еду, а за деньги – сколько точек, столько и монет. Видя, как мои новые знакомцы расплачиваются с трактирщиком, я поняла, что кружка ылу стоит шесть монет, молока – две, а тарелка вареницы – полторы. Сдачу тут давали не деньгами, а солеными сухариками – горсть которых, если покупать отдельно, стоила полновесную монету: небольшая хитрость трактирщика, на которую, впрочем, никто не роптал.

И я сначала выиграла двадцать семь монет, а потом специально проиграла сразу четыре кружки ылу, и купила всем нам по горсти сухариков – пора было развязывать любителям пенного языки.

Нас обслуживал кудрявый юноша лет семнадцати-восемнадцати, а за стойкой, где разливали ылу, стоял грузный лысоватый мужчина, как сказали Лелешон с Агешконом, сам владелец этого заведения, а его жена хозяйничала на кухне. Сейчас же я обратила внимание, что за стойкой стоит совсем юный парень, подросток. Но значения этому не придала, мало ли по какой надобности отлучился трактирщик, попросив недолго постоять за себя сына – парень на него был очень похож.

Короче говоря, я это отметила мельком, а сама дождалась, пока мои собеседники выпьют еще по кружке ылу, увидела, как они повеселели, как заблестели у них глаза, и открыла уже рот, чтобы приступить к расспросам, но тут дверь распахнулась, в нее стремительно вошел хозяин и сделал приглашающий жест: