Вопреки Богам. Фата-моргана

ГЛАВА 13

Ветер свистел в ушах. Мир стремительно несся навстречу, расстилаясь под нами ковром удивительных ландшафтов. Страха не было, лишь пьянящее чувство свободы и надежда на то, что впереди ждет правильный путь. Феникс летел быстро, но плавно, позволяя насладиться полетом.

– Они ушли в сторону Алирского леса, – прозвучал в голове голос птицы. – Но будь осторожна. Лес хранит много тайн и опасностей. Не все в нем рады незваным гостям. И запомни: главная опасность в нем – Зеф. Сумасшедший дикий мерцатель, который так и не обрел свою часть, поэтому и не стал мерцем. С ним никто не связывается – ни мы, ни маги. Встретишь его – не разговаривай, сразу уходи, пока он тебя не разорвал.

Вскоре внизу показались Морок и Локри, которые сидели на больших валунах в лесу. Деревья вокруг них стояли плотной стеной, переплетаясь ветвями и образуя непроницаемый купол. Лес дышал древностью и магией, ощущаемой даже с высоты птичьего полета. Феникс мягко опустился на опушке, возле поросшего мхом камня.

– Здесь я тебя оставлю, – произнес он. – Дальше тебе придется идти самой. И помни: доверяй сердцу и будь внимательна к знакам. Удачи тебе.

Птица взмыла ввысь и растворилась в спокойной белизне облаков. Собрав волю в кулак, я шагнула под сень леса. Влажная прохлада, сотканная из дыхания земли и шепота листвы, моментально окутала меня.

Вскоре сквозь сплетение ветвей показались знакомые силуэты. Морок и Локри, встрепенувшись, вскинули головы, и на их лицах проступило облегчение.

– Мы уж думали… – проворчал Локри, но в голосе звенело неподдельное беспокойство. – Верховная магиня смилостивилась?

– Почти… я сбежала, – криво усмехнулась и опустилась рядом с ними, на замшелый валун.

– Это плохо, – задумчиво изрек Морок.

– Почему? – с интересом спросила я.

– С этой семейкой шутки плохи. Лияр – сильнейшая из женщин-магов, а Торон… Торон просто безумец, – пробурчал Локри.

– Не говори глупостей. Он нас учил! Это заслуживает уважения, – возмутился Морок.

– Да ты и в академии был на его стороне, хотя именно от него нам больше всего и прилетало, – парировал Локри.

– А теперь будьте добры, переведите мне все, что вы тут говорили, – возмущенно потребовала я.

Молодые мужчины обменялись виноватыми взглядами и опустили глаза. После долгой паузы Морок, тяжело вздохнув, поднял на меня взгляд и начал рассказывать:

– Нет равных Торону по силе. Когда-то он был наставником правителя Моргана и главным магом академии Арканты. В твоем мире это как… ректор главного учебного заведения страны. Понимаешь, Летта, Торон всегда был строг и справедлив, но никогда не был жесток. Мы оба учились у него. Но однажды он просто исчез. Никто не знал, куда. А когда вернулся… это был уже не наш Торон. Он стал еще сильнее, но жестокость поселилась в его сердце. Он заперся в своем доме на краю алирских земель и отказался от любого общения. Единственное, чем он продолжил заниматься, – это создание мерцев для магов Арканты. Мне даже кажется, что это единственное, что его еще хоть как-то увлекает.

– И что в этом такого? В моем мире многие считают, что порой проще общаться с животными, чем с людьми. А уж если говорить о ваших магах, так я с ним согласна на все сто. Лучше уж мерцы, чем такие, как Морган, – съехидничала я.

– В том-то и дело, Летта, что мерцы – это не просто магические животные, это осколок души мага. Он побывал где-то, где познал новый, чудовищный метод их создания. Торон не просто создает мерцев, он вырывает клочок человеческой души, заключает его в звериную оболочку, и зверь становится продолжением мага – его зрением, его когтями, его магией. И мерц, пусть даже самый дикий и необузданный, до скончания веков остается верен своему хозяину, а также создателю.

Локри перебил Морока, и задумчиво произнес:

– Я слышал, Торон одержим идеей сотворить идеального мерца, зеркальное отражение собственной души, но все его попытки тщетны. Говорят, когда-то у него был ученик, чьи способности превосходили наши в разы. Торон вознамерился создать мерца и для него. Но что-то пошло не так… и появился Зеф – безумный, неконтролируемый. Он оказался не по зубам даже Торону, и тот изгнал его в Алирский лес. С тех пор Зеф рыщет в поисках своей второй половины, утраченной части души, оставляя за собой лишь пепел и разорение.

Меня пробрала дрожь. История Зефа не сулила ничего хорошего.

– И вы думаете, мы можем столкнуться с этим… Зефом? – мой голос дрогнул от опасения.

– Надеюсь, что нет, – ответил Морок. – Но Алирский лес полон сюрпризов. Нам следует быть предельно осторожными. Главная опасность здесь – магические аномалии и порожденные ими создания.

– Феникс предупредил о Зефе. Мерцателе, что обитает в магическом лесу. Велел избегать встречи с ним любой ценой, – прошептала я.

Локри нахмурился и переспросил:

– Феникс?

– Это она так называет птиц огневиков, – поспешил объяснить Морок.

– Да, это я уже понял, – недовольно ответил Локри. – Я не понял, почему ей помогает птица огневиков! Пошлите уже!

Не теряя времени, мы углубились в лес, продираясь сквозь плотную завесу зарослей. Солнечный свет лишь робкими лучами просачивался сквозь сплетение ветвей, рисуя на земле хаотичный узор теней. Каждый шорох, каждый предательский треск под ногами рождал во мне тревогу. Лес словно присматривался к нам, испытывая на прочность духа. Опасность таилась за каждым деревом, но мысль о близкой цели, о доме и объятиях матери, придавала мне сил.