Вопреки Невозможности: семь лет спустя

Глава 7. Косой Переулок

— Сожалею, но мне нечего вам предложить, — холодно сказал Драко. — Я не живу здесь.

      Они сидели в холодной гостиной Малфой Мэнора.

— А где же ты живёшь? — спросила Пэнси.

— В Хогсмиде. Так чем обязан?

— Я рассказал малышке, что ты вернулся, и мы решили навестить тебя, — сказал Флинт, по-свойски обнимая Пэнси одной рукой.
 — Она предложила вашим общим друзьям присоединиться к нам, и вот мы здесь.

— Дафна замужем, — объяснила Пэнси, — Забини и Гойл не ответили мне.

— Так что у тебя с грязнокровкой, Драко?

— Ничего, — ответил он, стараясь держать себя в руках.

— Очень жаль, — задумчиво протянул Флинт. — Она одна из основных причин нашего визита.

      Драко вздёрнул бровь, ожидая продолжения. Он чувствовал себя неуютно.

— Девчонка больно много на себя берёт, — вставил Нотт. — Лезет туда, куда её не просят. Она протаскивает законопроект, уравнивающий налогообложение для чистокровных, полукровок и маглорождённых! Можешь себе представить, чем это для нас обернётся?

— Какое отношение к этому имею я? — ледяным тоном осведомился Драко.

— Твой отец, он столько сделал для всех нас, — сказала Пэнси. — Мы надеялись, что он сможет продолжить защищать интересы чистокровных волшебников в Министерстве.

— Уверен, он бы так и сделал. Но, к сожалению, он во Франции и не собирается возвращаться сюда.

— Тогда мы можем надеяться только на тебя, Драко, — кокетливо сказала Пэнси. — Ведь ты всегда указывал всем, какое место занимают грязнокровки в нашем обществе.

      Челюсти Драко непроизвольно сжались. Да, всегда, до той проклятой войны.

— Ты ведь не просто так отираешься возле неё, — вкрадчиво произнёс Флинт. — Тебе что-то от неё нужно.

      Драко лихорадочно соображал. Если слизеринцы поймут, почему они с Гермионой проводят время вместе, она окажется в опасности. Если же он сейчас придумает этому убедительное объяснение — у него не будет повода отказать им. Но он не был бы Малфоем, если бы не сумел найти выход.

— Да, — бесцветно произнес Драко, — тем самым я преследую определённые интересы.

— И что же? — Флинт заинтересовано подался вперёд.

— Это касается только меня и моей семьи, — в голосе Драко появилась привычная надменность. — Я не буду раскрывать этого, так как слухи могут помешать исполнению моих планов, — Драко невольно подумал о том, что он даже не соврал. Блестящая игра.

— Хорошо, я понимаю, — Флинт разочаровано откинулся на спинку дивана. — Но раз ты так или иначе проводишь с ней время, почему бы тебе не помочь всем нам?

— Почему вы думаете, что именно я способен вам помочь? — раздражённо спросил Драко, пытаясь выудить из них как можно больше информации.

— Нам нужен лидер, Малфой, — сказал Флинт, снова слегка наклоняясь к нему. — Нам нужен представитель древней фамилии, достаточно харизматичный и богатый для того, чтобы люди к нему прислушались. Ты идеально подходишь, особенно учитывая твою историю — юный аристократ, спасший жизнь грязнокровке, переступив через своё презрение. Это идеальное алиби, и я был готов аплодировать тебе стоя, когда узнал об этом. Такой великолепный стратегический ход.

— Боюсь, что мой «великолепный стратегический ход» не слишком впечатлил Визенгамот, — бесстрастно ответил Драко, не меняя ни позы, ни выражения лица. — Если ты помнишь, спустя пару дней после слушания я был вынужден покинуть страну.

— Тем лучше! Ты можешь преподнести свою историю так, будто ты никогда не хотел примыкать к Тёмному Лорду и лишь страх за семью заставил тебя сделать это! Люди будут обожать тебя! — затараторил Нотт.

      Драко горестно усмехнулся про себя. Нотт и понятия не имел, как точно он угадал.

      Пора было заканчивать этот фарс.

— Что ж, я безусловно польщён вашим доверием, но вынужден разочаровать — когда я завершу свои дела, я, скорее всего, вернусь во Францию к родителям. До тех пор я постараюсь выполнить вашу просьбу в случае, если мне подвернется удобная возможность и если это не будет противоречить моим интересам, — сказал Драко, поднимаясь с кресла, тем самым обозначив окончание разговора.

      Лица Нотта, Флина и Паркинсон выражали смесь недоверия и разочарования.

      Опасную смесь.

— Благодарю вас за ваш визит.
 

***

— Черт тебя подери, Малфой! — сказала Гермиона вместо приветствия, грозно наступая на него. — Я чуть с ума не сошла от злости и от беспокойства! Больше никогда так не делай!

— Этого я тебе пообещать не могу, — ухмыльнулся Драко, на всякий случай поспешно сделав пару шагов назад. Он не хотел, чтобы Гермиона накинулась на него с кулаками.

— Зачем ты это сделал? — продолжала она, нахмурившись. Драко остановился и она подошла к нему вплотную.

— Я просто хотел защитить тебя, — серьезно сказал он, глядя Гермионе в глаза сверху вниз. Ему нравилось то, как близко она к нему стояла. В его памяти сразу всплыл их вчерашний полёт на метле. Она, очевидно, вспомнила о том же, потому что, смутившись, неожиданно пошла на попятную.

— Ладно, — тихо сказала Гермиона, сделав крохотный шажок назад. Лицо все ещё было недовольным, но порозовевшие щёки выдавали её с головой. — Кто это был? Чего они хотели?

— Флинт, Нотт и Паркинсон, — ответил Драко. — Оказалось, что Флинт и Паркинсон встречаются. — Гермиону перекосило от отвращения. — Он рассказал ей, что встретил меня, и они решили нанести так называемый «визит вежливости». Паркинсон притащила с собой Нотта. Насколько я понял, он единственный, кто согласился пойти, из всех моих однокурсников.

— Но как они тебя нашли? Я думала на поместье наложена куча охранных чар.

— Так и было, но ведь прошло почти девять лет, и большинство из них давно нуждаются в обновлении хозяином поместья. Даже я не могу этого сделать, пока жив отец. Только антиаппарационные чары и чары от нежеланных гостей до сих пор действуют, — объяснил он.

— И что же они на самом деле хотели? — нахмурилась Гермиона.

      Драко немного помолчал. Она умница, сразу поняла, что вежливость отнюдь не была причиной их визита. Он думал об этом весь вчерашний вечер, и всё-таки решил, что Гермиона должна об этом знать. В конце концов, речь идёт о её безопасности, и будет лучше, если он предупредит.

      «А ещё лучше, если мы всё время будем вместе, чтобы я смог защитить её», — невольно подумал Драко.

— Они приходили из-за тебя, — выдавил он. Гермиона остановилась.

— Из-за меня? — переспросила она. — Но… Зачем?

— Флинт видел нас вместе тогда, в Минитерстве. Они просили меня… Оказать на тебя некоторое влияние.

— Это касается моей работы, да? Я знала, что Флинт так просто не успокоится. И Паркинсон… Теперь понятно, чья это была идея, этот отморозок никогда бы до такого не додумался.

— О чём ты?

— Однажды, когда я пришла на работу, у меня на столе лежала дохлая крыса, завернутая в кусок пергамента, — тихо ответила Гермиона. — И записка: «Угомонись, грязнокровка, иначе плохо кончишь».

      Драко заметил, как в её глазах блеснули слезы. Не до конца отдавая себе отчёт в своих действиях, он сделал к ней шаг и крепко обнял. Уткнувшись лицом ему в грудь, Гермиона вдруг разрыдалась.

— Они постоянно травят меня, Драко. Я не могу пройти по Министерству без того, чтобы кто-нибудь не посмотрел на меня с презрением, и это ещё считается удачным днём. Хуже, когда они издеваются надо мной, делают ужасные намеки, нарочно пихают локтями, — её тело содрогалось от всхлипываний. Драко, растерявшись, гладил её по спине и волосам. — Со мной никогда такого не было, я чувствую себя маленькой девочкой, которую не любят одноклассники. Из-за этого я до сих пор не купила платье на свадьбу Рона, потому что просто не могу заставить себя пойти на Косой переулок одна. Я не могу попросить Джинни, она сидит дома с младенцем, а Полумна вернётся только через неделю.

      Драко разрывался от противоречивых чувств, одолевавших его. Одна его часть хотела немедленно найти всех этих чистокровных уродов и превратить их в драконий навоз. Другая же хотела успокоить её, причем, наиболее приятным из известных ему способов. Почувствовав, с каким энтузиазмом его тело реагирует на эту мысль, он тут же немного отстранился и взял ее лицо в ладони, вытирая слезы большими пальцами.

— Я пойду с тобой, — сказал он.

— Что? Нет. Я не могу тебя заставлять, — застеснялась она.

— Ты меня не заставляешь, — усмехнулся он.
 — Мы пойдем в «Твилфитт и Таттинг», я уверен, там ты найдешь великолепное платье себе по вкусу. А заодно я загляну в Гринготтс. Мне нужно наведаться в свое хранилище.

      «И я тоже не хочу идти один», — подумал он.