Вопреки всем правилам

Глава I. Любовь или честь

Наступило раннее утро, однако на небе еще царствовал яркий полукруглый лунный диск, освещая блестящие желтые кристаллы внутри впадины острова. Создавалось ощущение, что эти кристаллы излучают солнечный свет, ибо они сияли ярче звезд, рассыпанных по небу вокруг луны.

Искрящиеся золотые кристаллы освещали растущие вокруг пальмы, агавы и песочные акации. Воздух был наполнен теплом и свежестью, а пение ночных птиц создавало вокруг приятную сонную атмосферу.

Тем не менее на Острове Солнца в темное время суток жизнь не затихает. Ночные животные ведут довольно активный образ жизни. Под ночную музыку совершает свой невероятный танец древесный удав в поисках добычи, при этом свет от кристаллов отражается на пятнистой кожи змеи, создавая магический завораживающий эффект. Эта особенность помогает удаву ловить маленьких забавных зверушек с большими глазами и ушами, которые в свою очередь охотятся за различными насекомыми. Часто галаго воспринимают свечение на коже удавов за светлячков и поэтому превращаются из охотников в добычу.

Вот и сейчас высокий крепкий юноша с золотыми кудрями остановился, наблюдая за тем, как его любимец галаго вот-вот станет ужином для трехметрового удава, который медленно, но уверенно оплетал ветку дерева своим мощным телом, приближаясь к маленькому серенькому зверьку.

Юноша не стал стоять в ожидании кульминации этой завораживающей сцены, он снял лук, перекинутый через плечо, вынул стрелу из колчана с совиным оперением и натянул тетиву. Прикрыв один из своих очаровывающих глаз, напоминающих зеленый янтарь, молодой человек прицелился и выпустил стрелу. Цель в мгновение ока была достигнута. В миллиметре от пушистого зверька трехметровая змея упала наземь.

От неожиданности зверек испугался и завизжал, словно малое дитя, что характерно для этого вида приматов. Ушастик невероятно быстро, словно порыв ветра, метнулся к своему спасителю и оказался на широком плече в безопасности.

– Тише-тише, Мани, – погладив испуганного зверька большим пальцем, прошептал кудрявый юноша. – Все хорошо.

– Апос, ты чего там застрял? – ночной покой прорезал мужской крик.

– Уже иду, отец, – отозвался молодой человек, устремившись к узкой тропинке, что вела к единственному берегу Солнечного Острова.

Юноша довольно быстро нагнал отряд своих соплеменником, осторожно спускаясь по крутой узкой тропинке. Он замкнул строй, ибо тропа была настолько узкой, что по ней мог пройти лишь один человек.

Спускаясь вниз, неторопливой бесшумной поступью, златокудрый молодой мужчина хмурил широкие прямые брови. Сама идея покинуть остров тревожила его. Разумеется, он уже покидал Солнечную Землю, но это было давно, когда он был еще мальчишкой. Еще тогда юноша был не в восторге от этого путешествия. Он помнил, как его укачивало. Помнил, как не мог есть, ибо все съеденное всегда вырывалось наружу, причиняя нестерпимую боль в животе.

Воспоминание о семидневном путешествии на большом, продолговатом, обтесанном куске дерева – удручало бесстрашного юношу, который был готов на любую авантюру. Высокий, мускулистый, юный мужчина с вечно серьезным видом на волевом привлекательном лице вызывал у соплеменников восхищение, а у некоторых и сильную зависть, но все племя было уверенно, что единственный сын властительницы острова ничего не боится.

Юноша с самого раннего детства усвоил, благодаря воспитанию своего строгого отца, что житель Солнечного Острова не может испытывать страха ни перед чем, ибо дети солнца защищены милостью великого Гелиора. Ну а сын самой властительницы – тем более должен быть лишен подобного изъяна, дабы не позорить ни честь семьи, ни самого бога Солнца.

– Ну как, сын, готов к путешествию? – тягостные мысли юноши прервал коренастый мужчина с такой же золотой шевелюрой, как у него, хотя уже слегка посеребренной сединой. – Наверняка тебе не терпится увидеть свою нареченную.

– Да, отец, – коротко отозвался молодой человек последним ступившим на единственный берег острова.

– Вне всякого сомнения девчушка с течением времени стала настоящей красавицей! – воскликнул мужчина, наблюдая за тем, как соплеменники грузят в лодку вяленое мясо, изделия из шкур и деревянные бочки с хмельным фруктовым напитком.

– Конечно, отец, – согласно кивнул юноша, наблюдая за погрузкой припасов и даров. А его зверек в это время схватил своими маленькими лапками один из солнечных кристаллов, что бусами висели на мускулистой шее, служа украшением.

– Апас! – громко возмутился мужчина, хмуря свои широкие брови. – Клянусь великим Гелиором, что придушу эту мелкую тварь!

– За что, отец? – изумился юноша, рукой заслоняя своего любимца.

– Этот гад оскверняет дары нашего бога! – продолжал возмущаться родитель, сжав кулаки и скрипя зубами.

– Гай, не будь таким суровым со своим сыном, – вмешался в разговор низкорослый седовласый житель острова, который как раз закончил грузить в лодку с худощавым юношей большую деревянную бочку. – Разумеется, зверенышу нельзя позволять облизывать священные дары нашего покровителя, но Апас умный малый, обязательно примет меры.

– Олан, ты чересчур мягок! – пробурчал нахмуренный мужчина, карими глазами метая молнии в своего отпрыска. – Поэтому твой сын так худ и неловок. Мальчику нужна твердая рука, чтоб он стал настоящим мужчиной!

– Бартель вырос достойным мужчиной, Гай, – спокойно, но твердо возразил другу Олан. – В охоте и силе он ничуть не хуже Апаса. Ну а его худоба – это следствие того, что его мать с Острова Луны. Да ты и сам это прекрасно знаешь.

– Верно, – нехотя признал Гай. Он вообще не любил быть неправым, однако только перед тремя людьми он готов был признать свои ошибки: перед его любимой супругой, перед своим другом детства, Оланом, и перед вторым лучшим другом и дальним родственником с Лунного Острого, с дочерью которого должен был соединить свою судьбу его единственный наследник.

– Что ж, мальчики, – меняя тему разговора, обратился Олан к двум юношам, стоящим рядом друг с другом. – Готовы к увлекательному путешествию?