Вопреки всему будешь моей

2

Суббота. Я лежала на кровати и смотрела в потолок, вяло перебирая пальцами бахрому на подушке. Через пару часов должны были приехать Катя с Егором. Нужно было вставать, прибираться, что-то придумывать по поводу планов на день. А я не могла заставить себя пошевелиться.

Все мысли уже третий день были забиты одним и тем же. Тот момент. Резкий рывок. Крепкие руки. И… эти глаза. Голубые, такие ясные и спокойные, что, кажется, можно было утонуть в них с головой и не захлебнуться. «Дима». Я мысленно прокручивала эту сцену снова и снова, как заезженную пластинку, и каждый раз по спине бежали противные мурашки стыда от моего ошалелого вида и теплые – от воспоминания о его улыбке.

Терпеть уже не было сил. Я схватила телефон и набрала Катю.

Она ответила с набитым ртом:

– Чего, козявка? Уже соскучилась?

– Кать, мне нужно тебе кое-что рассказать. Только никому. Особенно Егору.

Пять минут спустя я, задыхаясь и сбиваясь, выпалила всю историю. Про падение, про парня, про то, как я опозорилась, и про то, как он улыбнулся.

В трубке повисло молчание. А потом Катя выдохнула:

– Ну и ну. Вот это да! Нашла кого потерять, пока я тебя глазом не успела моргнуть. Романтика, блин, – она снова помолчала, и ее голос стал серьезнее. – А как же Егор? Он хороший парень. И тебя вон любит уже с шестого класса.

Я закрыла глаза. Егор.

Он и правда очень хороший. Лучший друг, который всегда рядом. Мы же святой тройкой: я, Катя и Егор. Всегда вместе – и в радости, и в горе, и у доски по физике. Он мой надежный тыл. Но…

В памяти всплыло то неловкое время, когда в шестом классе он написал мне ту дурацкую смс с признанием. Я тогда две недели ходила по коридорам окольными путями, краснела при виде него и не знала, куда деть глаза. Мне было неприятно и не по себе. Я боялась, что наша дружба рухнет. Потом я просто сделала вид, что ничего не было. И он, к счастью, подстроился. Перестал говорить о чувствах, но его забота стала только… плотнее. Проводить до дома – всегда. Нести портфель – само собой. Купить мою любимую шоколадку или пиццу в столовой – без вопросов. Для меня это были дружеские жесты. Жесты благодарности за то, что я все же оставила его в своей жизни. А для него… Для него это было что-то другое. Я всегда это чувствовала. Он просто ждал.

– Кать, – тихо сказала я в трубку. – Егор, конечно, хороший. Не спорю. Но у меня к нему никаких чувств нет! Никаких. Только дружба. И мне так неловко от этого, будто я его использую.

Катя на том конце провода вздохнула. Я знала этот вздох. Она всегда его защищала, но и меня понимала.

– Ладно, ладно, не кипятись. Я просто спросила, – чувствуя, что тема исчерпана, она перешла на шепот, полный азарта. – Так что будешь делать? Будешь искать своего принца на белом… эээ… в темной куртке? Может, он тоже с твоего района? Нужно устраивать облавы на все местные школы!

Я горько усмехнулась.

– Что ты несешь? Я видела его один раз на пять секунд. Он меня уже, наверное, и не помнит. Да и зачем он мне? Учиться надо, а не парней искать, – я пыталась убедить ее, но в первую очередь – себя саму.

– Да брось, Сонь, – не унималась Катя. – Может, это судьба? Ты чуть не расшибилась, а он тебя поймал. Как в кино!

Что ей ответить, я не знала. С одной стороны – безумное, иррациональное желание случайно встретить его снова. С другой – холодный, здравый смысл, который шептал, что это глупость, мимолетная случайность, и что сейчас не время для всего этого.

– Не знаю, Кать. Честно, не знаю, – сдалась я. – Может, просто забью на всю эту тему. Надо к ЕГЭ готовиться, а не о каких-то незнакомых Димах думать.

– Ну, как знаешь, – снова вздохнула Катя. – Ладно, я потом тебе перезвоню, мама зовет. В три будем у тебя, готовься!

Она бросила трубку, а я так и осталась лежать, глядя в потолок. В голове крутилось одно: «Как в кино…».

И самое страшное было то, что мне тоже так показалось.

Спустя время раздался звонок Кати, который застал меня врасплох.

– Выходи, мы уже у твоего подъезда! – весело выкрикнула она в трубку, и на фоне послышался одобрительный возглас Егора.

Я, проклиная себя за то, что залипла в мыслях и не следила за временем, наспех натянула первые попавшиеся теплые штаны, любимую толстую кофту, куртку и нахлобучила шапку на свои мелированные пряди.

– Мам, я гулять! – крикнула я в сторону кухни, хватая со стола два нарядных подарочных пакета.

– Только не долго! Помощь нужна с праздничным столом, не задерживайся! – донеслось до меня.

– Хорошо!

Чуть морозный воздух обжег лицо. Они стояли у подъезда, улыбаясь до ушей, с такими же праздничными пакетами в руках.

– С наступающим! – хором прокричали мы, смеясь и обнимаясь, а потом обменялись подарками.

Мы пошли вдоль улиц, разукрашенных гирляндами и сверкающими шарами. Повсюду были люди: пары держались за руки, семьи несли огромные букеты из еловых веток в крафтовой бумаге, кто-то дурачился и кидался снежками. Было так приятно видеть на лицах улыбки вместо привычных хмурых гримас. Казалось, сам город выдохнул и приготовился к празднику.

– Может, в кофейню? – предложила Катя, потирая замерзшие руки. – Греться!

Мы дружно согласились и зашли в небольшую, но уютную кофейню, которая чудом еще работала. Внутри пахло корицей, свежей выпечкой и хвоей. Стены были обшиты темным деревом, на полках стояли старые книги, а в углу тлел электрический камин, создавая иллюзию тепла и уюта. Было шумно и полно народу.

Пока мы ждали наш заказ – большой капучино для Кати, двойной американо для Егора и какао с зефирками для меня – я принялась рассеянно оглядывать заведение. Милые парочки за столиками у окна, компания девушек, обсуждающих подарки, парень с ноутбуком...

И тут мое сердце просто остановилось.

За столиком в самом дальнем углу, у самого камина, сидели они. Трое парней. И один из них... тот самый. Дима. Он о чем-то рассказывал, жестикулируя, и его друзья смеялись.

Я резко толкнула Катю локтем в бок и едва слышно прошипела: