Вопреки всему будешь моей

5

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, чтобы как-то объяснить маме эту нелепую ситуацию с парнем у нашей двери. В голове пронеслись панические мысли: «Она сейчас начнет задавать вопросы, смотреть на него как на экспонат, и все, конец, я умру от стыда прямо здесь, на площадке».

Но слова застряли в горле, потому что Дима сделал шаг вперед, совершенно спокойно и уверенно, и произнес своим бархатным, теперь уже предельно вежливым голосом:

– Здравствуйте. Меня зовут Дима, я одноклассник вашей дочери. Помог ей донести учебники, они тяжелые. Очень рад знакомству.

Он даже сделал небольшой, почти незаметный поклон головой. Мамино удивленное лицо мгновенно смягчилось, сменилось на теплое и радушное. Она даже просияла.

– Ах, вот как! Очень приятно, Дима! Меня зовут Виктория Александровна, но можете называть меня просто тетя Вика.

Она отложила ложку и распахнула дверь шире.

– Большое спасибо, что помог! Ну проходите, чего встали у порога? Я как раз манник испекла, чайник уже кипит. Папа еще на работе, но ничего, посидим так, поболтаем.

Я стояла в полном ступоре, не в силах пошевелиться. Моя мама, которая обычно так трепетно относится к любым моим незнакомым друзьям, вдруг оказалась на удивление гостеприимной. А Дима... Дима уже успел ловко подхватить пакеты с учебниками, переступил порог и стал снимать кроссовки, как будто приходил сюда каждый день. Потом он посмотрел на меня, все еще замершую в дверях, с легким вопросом в глазах, мол, ты чего?

Я наконец вдохнула и, краснея, зашла в квартиру, снимая обувь дрожащими пальцами. А после кивнула в сторону своей комнаты.

– Можешь... можешь туда, пожалуйста, – прошептала я.

Он кивнул и исчез в коридоре, чтобы отнести книги, а я повесила куртку и дождавшись его, направились мыть руки. Я чувствовала себя не в своей тарелке у себя же дома. Мама тем временем уже хлопотала на кухне, доставая из шкафчика красивые чашки.

Когда мы зашли на кухню, нас окутал сладкий, согревающий душу запах свежей выпечки и черного чая с лимоном. На столе уже стоял румяный манник, посыпанный сахарной пудрой, и дымился чайник.

– Садитесь, садитесь, – весело сказала мама, пододвигая тарелку с пирогом.

Мы сели. Дима выглядел абсолютно расслабленным. Он удобно устроился на стуле, улыбался маме и оглядывал кухню с искренним интересом, будто такая домашняя, уютная атмосфера была ему привычна и приятна. А я сидела, пряча взгляд в свою чашку, и чувствовала себя так, будто пришла в гости к совершенно незнакомым людям. Каждый мой жест казался мне неуклюжим, а голос – дрожащим.

Первой, конечно же, начала мама, подливая Диме чаю.

– Ну так вы, значит, одноклассники? Как тебе Соня новая школа? – она подмигнула мне, а я готова была провалиться сквозь землю.

– Да, все нравится, мам. Школа хорошая...

– А Соня у нас сразу звездой стала, — сказал Дима и улыбнулся, а я почувствовала, как заливаюсь краской с головы до ног.

– Ой, да что вы! – засмеялась мама. – Она у меня скромница. А вы, Дима, давно в этой школе учитесь?

– С первого класса. Так что все коридоры уже исходил.

– Родители тоже в нашем районе живут?

– Да, недалеко отсюда, через пару тройку домов.

Они разговаривали так легко и непринужденно, будто знали друг друга сто лет. Мама расспрашивала про учителей, про программу, а Дима спокойно и уважительно отвечал. Я сидела молча, ковыряя вилкой кусок манника и украдкой наблюдала за ним. Он был таким... другим. Взрослым, уверенным, галантным. Совсем не таким, как с пацанами в школе. И это сбивало с толку еще сильнее.

Мы просидели так пол часа, болтая, но лёгкость в душе так и не наступила.

– Ну, мне, наверное, уже пора, – наконец сказал Дима, допивая чай. – Спасибо большое за угощение и компанию, тетя Вика. Было очень вкусно.

– Всегда пожалуйста, заходи еще! – радушно сказала мама, провожая его до двери. – И спасибо еще раз, что помог Соне.

Он кивнул, попрощался и вышел. Дверь закрылась, и я осталась стоять в прихожей под пристальным, полным любопытства взглядом мамы.

– Ну что, – сказала она, и в ее глазах играли азартные огоньки. – Рассказывай, про своего «одноклассника».

О боже... Только не это.

Я стояла в прихожей, чувствуя, как жар от щек растекается по всему телу. Мамин взгляд, полный неподдельного любопытства и какой-то хитрой, всепонимающей улыбки, прожигал меня насквозь. Мне казалось, она видит все мои смятенные мысли о Диме, как на экране.

– Ну что, – повторила она, скрестив руки на груди и облокотившись на косяк двери. Ее голос звучал мягко, но с явным подтекстом. – Интересный молодой человек. И очень галантный. «Одноклассник», говоришь?

Я засуетилась, начала снимать тапочки, лишь бы не смотреть ей в глаза.

– Мам, да что ты! – выпалила я, и голос мой прозвучал чуть выше и громче, чем обычно. – Он просто одноклассник! И всё! Нас сегодня просто... ну, посадили за одну парту. Потому что я новенькая. И он, как староста или что-то типа того, должен помогать. Вот и все!

Я говорила быстро, сбивчиво, сама чувствуя, как звучит неправдоподобно.

– А учебники... они правда тяжелые. Библиотекарь выдала кучу новых. Он просто увидел, что я еле несу, и предложил помочь. Из вежливости. Он же, видишь ли, джентльмен, – я фыркнула, пытаясь придать своим словам пренебрежительный тон, но внутри все сжималось от осознания того, как он на самом деле себя повел.

Мама слушала меня, не перебивая. Ее хитрая улыбка не сходила с лица. Она смотрела на меня так, будто читала самую увлекательную книгу, где знала конец каждой главы.

– Просто из вежливости, – повторила она за мной, и в ее голосе звенела легкая, дразнящая насмешка. – Ну, конечно, доченька. Конечно, просто из вежливости. За одну парту посадили. Понятно.

Она подошла ко мне, поправила мою прядь волос и посмотрела прямо в глаза. Ее взгляд был теплым, но невероятно проницательным.

– Ничего я не говорю. Молодец, что познакомилась с кем-то в первый же день. Очень милый и воспитанный парень. Мне понравился.