Вопреки всему будешь моей

21

Дверь моей квартиры закрылась с тихим щелчком, будто отрезав меня от всего внешнего мира. Я прислонилась к ней спиной и просто стояла, закрыв глаза. Ввалиться – это было именно то слово. Валилась внутрь себя, в пустоту, заполненную густой, липкой усталостью. Не физической, хотя и её хватало – кости ныли, голова была тяжелой. Это была усталость души, измотанной постоянным напряжением, страхом и этой невыносимой игрой в покорность.

Сдерживаться перед ним стоило невероятных усилий. Каждый мускул, каждая клетка кричали о слабости, о том, что хочется просто лечь и не двигаться. Но я знала – нельзя. Ни единой трещины. Ни одного признака, что его «услуга» даётся мне такой ценой. Я стиснула зубы и делала вид, что спокойно решаю задачи, что мой ум ясен, а рука тверда. А внутри всё сжималось в тугой, болезненный комок. Повезло, что сегодня удалось отделаться уроками. Мысль о том, чтобы ещё и придумывать что-то для проекта, рыться в его книгах, обсуждать с ним тему… от неё просто мутило.

Из кухни послышались шаги.

– Доча? Это ты? – голос мамы прозвучал тревожно, как всегда в последнее время.

Я заставила себя оттолкнуться от двери и прошла на кухню, стараясь, чтобы походка была ровной. Мама стояла у плиты, но видно было, что она меня ждала, не приступая к готовке. Её взгляд, полный немого вопроса, скользнул по моему лицу, выискивая признаки ухудшения.

– Привет, мам. Всё нормально, просто устала, – сказала я первая, стараясь, чтобы голос звучал бодро.

Фальшь звенела в моих ушах, но, кажется, ей удалось её проигнорировать.

– Где была так долго? Уроки кончились давно.

– Да… Мы с… с одноклассницей делали уроки. Нам много задали. И ещё проект парный выпал, будем теперь вместе заниматься, – я говорила быстро, глядя куда-то в сторону холодильника.

Это была полуправда. Самые удобные и безопасные лжи – всегда наполовину состоят из правды.

Мама вздохнула, но в её глазах читалось облегчение.

– Понятно. Хорошо, что не одна. Но береги себя, не перетруждайся. Ты кушать будешь? Суп остался.

– Спасибо, мам, – я села за стол, чувствуя, как плечи наконец-то расслабляются в безопасной, родной обстановке. Но расслабление было недолгим.

Мама, помешивая суп на плите, сказала без предисловий, будто обсуждала планы на выходные:

– Завтра, дочка, после уроков мы с папой заедем за тобой. Поедем в больницу, на осмотр и на консультацию.

Ложка, которую я уже поднесла ко рту, замерла в воздухе. Внутри всё похолодело, хотя я знала, что это неизбежно.

– Так… так скоро? – выдавила я.

– Нужно контролировать состояние. Врач сказал раз в неделю стабильно. Может, и чаще, как пойдёт.

Раз в неделю. Я кивнула, не в силах говорить, и принялась за суп. Мысли, которых я так яростно гнала, полезли наружу, как гады из ящика Пандоры.

Вдруг мне не повезёт? Вдруг очередь так и не подойдёт, а время уйдёт? Вдруг донор найдётся, но в последний момент что-то случится? Или… или я сама не выдержу этих поездок, этого ожидания, этой дурацкой игры в школу и в отношения с Димой? А если и выдержу, то что дальше? А если…

– Соня? Ты меня слышишь?

Я вздрогнула. Мама смотрела на меня с нескрываемым страхом.

– Ты совсем побледнела. Может, не надо завтра в школу?

– Нет! – ответ прозвучал резче, чем я планировала.

В тем более если я не приду, Влад точно это сосчитает как избегание или чего-нибудь еще. А потом придумает мне за это новый сюрприз.

– Нет, мам, всё в порядке. Просто задумалась. Пойду в школу, а потом поедем.

Она не стала спорить, но её взгляд говорил, что она ничего не понимает и боится ещё больше.

В этот момент в кармане брюк завибрировал телефон. Я достала его, и на экране замерло имя: Алиса.

Интересно. Очень интересно. Что ей надо? Устроить сцену ревности по телефону? Угрожать? Или, может, она видела, как он вёл меня за руку, и теперь хочет «предупредить»?

При маме отвечать не хочется, а потому попыхах доела суп и убежала в комнату.

Смахнув экран, нажала на её сообщение.

«Слушай сюда. Не знаю, как тебе это удалось и почему Дима отшивается вокруг тебя, но я это так не оставлю. Твоя победа будет не долгой, можешь не радоваться».

М-да... Ничего не хочу отвечать.

Знала бы она еще, что я ничего не делала. Это он так решил, и я тоже не понимаю, что на него нашло!

К тому же я не сильно радуюсь этому. Потому что это все не правда.

Да, в её глазах и других выглядит так, будто мы пара, но...

Как бы мне хотелось, чтобы это не было игрой. Чтобы все было по-настоящему, а не так.

Следом мне пришло еще два сообщения, но уже одно от Димы с вопросом «Как дела?», и одно от Егора «Через десять минут буду возле твоего дома, выйдешь?».

Диму проигнорила, обойдётся. Итак много возомнил. А вот с Егором я бы встретилась, сейчас мне хотелось высказаться.

Уже через десять минут я вышла из дома, сказав маме, что ненадолго встречусь с Катей, пришлось соврать.

Егор стоял возле подъезда и улыбнулся, когда увидел меня, а затем подошел и обнял, тепло.

– Ну что, Сонь, как ты? Как себя чувствуешь? Выглядишь вроде лучше. Пойдем пройдемся.

– Ха, да это косметика все решает. Стараюсь скрыть. А так, если честно, то состояние не очень. Да и дела тоже.

– Что случилось? – Егор посмотрел на меня обеспокоенно.

– Ну... Начнём с того, что травля в школе прекратилась. Практически.

– Так это же наоборот хорошо! – перебил.

– Ты не дослушал. Проблема в том, что Дима...

– Что, Дима? – послышался недовольный голос откуда-то сзади.

Меня как током ударило. Волнение подросло. О нет, только не это, только не сейчас!

Мы обернулись. И я была права, сзади был Дима и он слышал наш разговор. А еще, я увидела в его взгляде жуткий гнев, да такой, что мне самой стало страшно и как-то стыдно, будто я провинилась, хоть ничего и не делала. А он тем временем испепелял глазами Егора.

– Чувак, тебе не рады, уйди по-хорошему, – равнодушно кинул Егор.