Вор из шкатулки архимага

Эпилог. Сияна

Десять кмефрунов спустя

— Мам, пап, смотрите, как я умею! — сынок с разбегу обратился в серого драконенка, взмыл к жердочке, где чистил перья Тото, и дунул в него туманом. Я едва успела поймать мгновенно уснувшего тытхобэя, что падал на пол.

— Это, разумеется, потрясно, что ты научился на лету усыплять добычу. Но мамин тытхобэй это не добыча, — Антанариос присел возле сына, который уже обратился в мальчишку и виновато кутался в накидку. — Давай ты покажешь нам еще раз, когда мы полетим к бабушке и дедушке?

— Когда это будет… — расстроено пробормотал Иламириос.

Я провела пальцами по перышкам Тото, пробуждая его магией, и усадила на жердочку. Он встряхнулся и заворчал:

— Я вам не птица для тренировок!

— Прошу прощения, я больше не буду! — звонко заявил сынок. Я присела рядом с мужем и пригладила малышу взлохмаченные волосы.

— Скоро мама с папой уничтожат всех-всех чудовищ, и мы будем каждый день летать в горы.

— Да, осталось совсем чуть-чуть, — подхватил Антанариос. — Нам с мамой тоже грустно оставлять тебя в замке. Обещай, что пока мы не вернемся, ты будешь слушаться няньку. И побережешь магический резерв для наших тренировок.

— А мы постараемся поскорее вернуться, — улыбнулась я.

— Хорошо, — согласился сынок, и я его крепко обняла.

Полуостров, куда двадцать кмефрунов назад свалился Эклер, оказался лишь небольшой частью огромного материка. Он был совершенно опустошен, истерзан — ратрхи сожрали всех животных и даже сгрызли деревья. Но благодаря усердию эклерян, земля постепенно возрождалась. Ее засадили овощами и зерном, а мы с Антанариосом нашли в записях Деяна Розена, как быстро выращивать деревья, и сотворили несколько лесопосадок, заодно натренировались в магии.

Фрелорат наконец-то принял незваных гостей и разрешил им чувствовать себя как дома — многие маги Эклера подчинили местные магические потоки, а с помощью магии город восстанавливался очень быстро.

И все же мы были сильнейшими — Фрелорат наградил нас и наших детей могущественной силой. Дочке Мэринирисе исполнилось всего девять, а она уже вовсю интересовалась артефактами и училась у Ясона Такраду. Недавно показала свое первое удачное творение.

Мы с Антанариосом совсем не изменились. Время, оказалось, не властно над нами. У моего дракона, правда, посерьезнел взгляд, пропала некоторая дурашливость… большую часть времени, когда ему надо быть хозяином замка, строгим отцом, руководить армией. А когда мы оставались вдвоем, то резвились иногда как дети малые, особенно во время полетов, набрасывались друг на друга, как ненасытные молодожены, особенно в живописных местах, куда столетиями не ступала нога человека, и любили друг друга, особенно… каждую минуту и везде.

Я говорила, он герой. С достоинством вынес всю ответственность, которую получил вместе с замком и армией. Королева Натерсия оповестила эклерян, что нас послали боги ради спасения Фрелората, и приказала построить для нас роскошный дворец с огромнейшим пышным садом. Я руководила тем, чтобы из подвальных теплиц Деяна Розена пересадили все его растения в более светлые и просторные места. Немыслимо, как столь жестокий и черствый человек, создавал цветы неземной красоты. Может, это одна из причин, почему его любит Рюи.

Прошло десять кмефрунов, а они так и не появились. А что, если зря жду? И зачем? Возможно, гложет простое любопытство. Где они сейчас, что делают?

Антанариос открыл портал, и мы сиганули в него людьми, а вылетели драконами. Спасибо моей чудесной дочурке за изобретение — теперь можно не беспокоиться об одежде, она при обороте теряла свойства и ручейком перетекала в артефакт-браслет, а затем могла вернуться снова на тело в первозданный вид.

Стоило научиться летать, и я уже не представляла, как раньше жила без крыльев? Как же трудно было Антанариосу, когда он остался без них...

Кстати, он по-прежнему иногда летал на тросах. Предлагал меня научить, но я отказалась. Крылья за спиной как-то надежнее!

— Танар, подожди! — окликнула я мужа, спешно взбивая горячий воздух крыльями. Не сразу привыкла к тому, что имя Туман мой дракон решил оставить в прошлом, но, с другой стороны, рада, что родное имя теперь для него больше не чужое.

Антанариос замедлился, и я его наконец-то догнала, мягко коснулась его крыла.

— Где ратрхи?

— Вон там, — кивнул шипастой головой в сторону округлых холмов, склоны которых терялись в сгустках тумана.

Кажется, это были последние твари. Мы благополучно их усыпили Ратрхоборами и сами отнесли в воду за несколько полетов. На всякий случай еще раз облетели материк, расспросили других драконов и с чувством выполненного долга завалились уставшие в пещеру. Тут нас ждала рыбка, которую Антанариос поймал еще на рассвете. Я села разделывать наш ужин, а дракон принялся разводить костер.

В замке лучшие повара, отличные слуги, удобная мебель и много всего для нашего комфорта, но иногда, как сегодня, мы просто отдыхали в пещере на свежем воздухе, сидели у костра, жарили рыбу, наслаждались лишь обществом друг друга… и что-то было волшебное в том, чтобы заниматься любовью под яркими звездами и под шум волн.