Вор сердец на полставки

Глава 6

Этой ночью парень так и не смог уснуть. Все разошлись по своим комнатам после ужина и совместного просмотра нескольких комедий на новенькой плазме. Гостевая и родительская спальни располагались на первом этаже, а комната Лео – на втором, эта часть дома была полностью в его распоряжении.. 

  Поднявшись по лесенке со скользкими перилами, юноша невольно окунулся в прошлое, да обстановка в длинном коридоре изменилась: ранее выбеленные в нежный персиковый цвет стены покрасили в приглушённый серый, вместо винтажных светильников сделали иной источник света – три люстры со стеклянными каплевидными бусинами-висюльками, также между дверями стояло длинное зеркало с тоненькой серебряной рамой, под ним низенький белый комодик с изогнутыми ножками, не изменяя традиции на его поверхности красовалась статуэтка коня бегущего галопом, необузданный жеребец – дикий мустанг из техасских прерий, словно символ свободы с длинной гривой развевающейся от жаркого и сухого ветра.

  В другие две комнаты Айквар решил зайти уже завтра, скорей бы уже прилечь на удобную постель. Отомкнув знакомую дверцу, прошёл внутрь апартаментов, но самое главное они абсолютно не подверглись ремонту или переменам. Всё осталось прежним начиная от письменного стола и синего кресла, заканчиваяалфавитным порядком книг на полках стеллажа, где помимо печатных изданий можно заметить сувениры из экзотических стран, круглый политический глобус, кубки и медали за призовые места на соревнованиях по лёгкой атлетике, прыжках в длину, баскетболу, дюжина грамот из олимпиад, надо признаться, что они оказались бесполезной макулатурой. На двери много всяких наклеек из тогда популярных рок-групп и сериалов, которых мама называла «дверными кляксами», но не стала их снимать. А вон там, над столом эскизы домов, машин, животных, пейзажи с крыш заброшенных строительств, смотря на них мужчина лишь хмыкнул, такими нелепыми ему казались старые наброски по сравнению с тем, что он творит сейчас.

  Уже в постели Лео услышал странный громкий звук, что исходил из кармана штанов, конечно же он вспомнил, что это должно быть из звонок из Межнебесья. Айквар порылся в одежде и нажал на зелёный значок на экране, сверху бежала строка, что сообщала имя собеседника «Роджерсон Рожье».

    – Алло, - слишком добродушно и позитивно отозвался Рожье, - доброго вечера, Леон, надеюсь ты не забылобо мне? - растягивая слова, как сладкую патоку, он напоминал о своём существовании должнику.

    – Добрый вечер, нет, не забыл, - Лео неосознанно опустил тембр голоса, снова всплыл образ Марка Марковича, а его реплика «мальчик, ты слишком молодой, чтобы встретить смерть» раздалась в ушах глухим эхом, эти слова с каждой микросекундой приобретали куда больший смысл.

   – Как поживаешь? Уже восстановился? – продолжал Роджерсон, словно ему было плевать на страх мальчишки, ну подумаешь, обычное дело.

   – Да, в больнице меня подлатали, - ответил парень, похаживая по комнате.

    – Что ж, тогда у тебя найдётся время зайти ко мне завтра?

    – Думаю что да, мне как можно скорей надо понять, в чём же заключаются мои обязанности.

    – Я могу поговорить с тобой и во сне, по телефону объяснить всё не удастся.

    – Во сне? Как тогда в первый раз?

    – Почти, только впервые я поймал твою душу за шаг до чистилища, а теперь мы будем говорить в твоём сне.

    – Можно спросить одну интересную вещь, это случайно не дело рук воров сердец, что аварию не расследуют?

    – Определённо нет, расследование действительно не проводят?

    – Да, так уж случилось.

    – Весьма необычно, ну да ладно, ложись спать, и тогда мы с тобой побеседуем с глаза на глаз.

   – Буду ждать, до встречи.

   – Пока-пока!

  Леон снял с себя одежду и уставился на своё отражение в зеркальной поверхности шкафа, ничего примечательного, нормальное спортивное тело, пара-тройка шрамов на пояснице, ключицах, желтоватый синяк на левом предплечье, куча мелких царапинок, в целом сохранился неплохо. Приблизившись к стеклу он обратил внимание на глаза, они подсвечивались в полутьме красными демоническими искрами – никуда не пропал тот лихорадочный блеск. 

    Айквар по привычке выглянул из-под жалюзи, чтобы посмотреть на ночной пейзаж сада, так он делал перед сном, неважно где, парень смотрел в окно, чтобы прочувствовать атмосферу того места, пробудить тонкую грань воображения своего творческого гения. Опустив свой взор немного ниже, да именно под забор с вьющимся растением, что доцветало свой сезон. Белое пятно нарушало спокойствие пейзажа, оно опустилось на колени и маленькой лопаткой вскрывало землю под кустом, даже издалека можно было заметить изящную женскую руку, что пальцами обхватила миниатюрную шкатулку. 

    Лев потёр глаза и к своему удивлению этот полупрозрачный образ не исчез, а продолжал копать ямку, словно призрак из прошлого, прекрасная бессмертная дева, что так и не нашла покоя. Она – видение, казалось бы юноша уже начинает видеть потусторонний мир, но женщина резко повернулась назад, ее лицо уставилось во тьму, где затаился тот, кому не нужно знать чужых секретов, в этом загадочном облике мужчина узнал свою мать, это она, Николь. В шёлковой ночной рубашке и полупрозрачном халате – одежде уж точно не на такую прохладную погоду, женщина поставила внутрь своё сокровище и приложила рыхлым грунтом, воровато оглянувшись, она поспешно забрала лопатку и поспешила в дом. Но это не скрылось от глаз случайного свидетеля, ему так и хотелось увидеть, что сковывается внутри, что за ящик Пандоры, он явно полон тайн, а ведь любознательность замучила парня не на шутку - надо идти проводить расследование.

  Выждав десять минут Айквар тихонько спустился по лестнице, но услышав шорох в коридоре, замешкался. У большого зеркала около вешалки находилась мама, она поставила руки на рамку и шёпотом говорила сама с собой: 

   - Когда ты отстанешь от меня, ненавижу, умолкни! Уйди...За что Они сделали меня такой! – шипела как змея, от злобы. А потом, остудив пыл, притулила голову к поверхности, словно сдавшись перед этим загадочным оппонентом, она ушла к себе, как призрак, плавно и неспешно, перед этим бросив короткий взгляд назад. Парень всегда подозревал мать в раздвоении личности, но такое поведение в корне подтверждало наихудшие опасения. «Как это понимать, я ошарашен… Здесь никого не было, но она так осознанно обращалась к кому-то, что на секунду я поверил, что в зеркале реально есть сущность, ну и чепуха…», - проходя сквозь коридор рассуждал Лео.