Ворон и ведьма

Глава первая, в которой буря приводит гостя

За окном была ночь.
Это была не просто ночь, а та особенная, когда дождь льёт стеной, ветер воет в щелях, а молнии рвут небо пополам. Йонас, тощий мальчишка с большими глазами, сидел на кровати, поджав ноги, читал вслух книжку и поглядывал на огонь в печи.
Вороны не спали. Они сидели повсюду: на балках под потолком, на каменных выступах лестницы, на спинке его кровати. Трое уместились на печи и грели лапы. Старый вожак, ворон по имени Крук размером с две головы Йонаса, примостился на подоконнике и поворачивал голову при каждой вспышке молнии.
Окна в башне не знали стёкол уже много лет — если знали вообще. Вместо них на каменных выступах висели лоскутья, которые вороны натаскали из леса и невесть откуда ещё. Шкуры, войлок, грубая ткань, даже кусок старого расшитого полотенца. Йонас с детства их менял сам — подвязывал верёвками, сшивал, прибивал к стене, чтобы защититься от ветра и дождя. Сейчас, в грозу, самодельные занавески хлопали и вздувались пузырями, пропуская брызги дождя, но пока что держались.
— Интересно, что в небе так сильно грохочет? — прервался от чтения Йонас. Вороны редко отвечали словами, но ему не с кем было больше говорить. — Будто огромный великан бьет молотом по земле.
Крук каркнул коротко, горлово. Это значило: «Сиди смирно».
Йонас и не собирался никуда идти. В непогоду в башне было почти уютно. Трещал огонь. Дождь барабанил по камням, где-то внизу гремело железо — старый помятый щит, который вороны не успели дотащить до башни и бросили под стеной.
Это в хорошую погоду, когда небо было синее, пели птицы и мягко шумели деревья, Йонас чуть ли не выпрыгивал из окна, лишь бы увидеть, пощупать — какой он, мир снаружи? Но каждый раз вороны, его воспитатели и надзорщики в одном лице, клевали ему в руки, ноги и лицо, мешая выбраться на желанную свободу. И сколько ни пытался, Йонас понять, почему его не пускают наружу, вороны игнорировали его вопросы, будто не желали посвящать в свою тайну.
Книга в руках Йонаса была сборником сказок и легенд. Больше всего ему нравилась сказка про принцессу в башне. Он знал ее наизусть. Дракон похищает принцессу и заточает в своей башне. В королевстве переполох, король обещает пол королевства и руку принцессы тому, кто спасет ее. Рыцари со всего света съезжаются к башне и гибнут один за другим под когтями ужасного дракона, пока не приходит тот самый — храбрый, ловкий, умный, а еще почему-то бедный, прямо-таки нищий воин. Он поражает дракона в сердце своим мечом и спасает принцессу. Возвращает ее в королевство и получает обещанную награду и вечную славу.
Йонас так часто перечитывал эту сказку, что вороны, закатив глаза, начинали демонстративно чистить перья или засыпали, едва слышали ее начало. Один Крук не уставал ее слушать. Хотя Йонас не всегда мог различить, спит он или бодрствует.
За Йонасом, в отличие от принцессы, никто так и не прискакал. Ведь он был всего лишь мальчиком. За обычного тощего мальчика не дают пол королевства, золото и славу. Будь он немного благовиднее и крепче, может и нашелся бы на него рыцарь, который взял бы его не в жены, так в сыновья или ученики, но сколько Йонас не смотрелся в зеркало, темные волосы не становились белокурыми, а противного желто-зеленого цвета глаза не становились голубыми.
Он не хотел славы. И золота ему было не надо. Богатств вокруг было и так предостаточно. Насколько хватало взгляда, рядом были разбросаны разные вещицы — те самые сокровища, что вороны натаскали за долгие годы. Всё было разложено по своим порядкам: самое ценное — в нише за печью, самое красивое — на полке у окна, съедобное — в берестяном коробе у двери, а странное и непонятное — на старом сундуке в углу. Этажом ниже был целый склад, в котором Йонас любил копаться. В нем было столько блестящих монет, что жизни не хватит сосчитать.
Сверкнула молния. За окном громыхнуло так, что задребезжали старые котелки на печи. Где-то в углу пара вороненков дрались из-за безделушки и уронили серебряный кувшин. Йонас уже ничего не слышал. Книга выпала из рук. И сам он свернулся калачиком на кровати под лоскутным одеялом.
Ему снилось, что за ним пришел рыцарь. Вот он снимает шлем, и под ним оказывается красивая женщина. У нее длинные и темные, как перья у воронят, волосы, зеленые глаза и добрый голос. Она смотрит снизу вверх в окно башни и говорит ему:
— Я пришла за тобой, мой маленький принц. Спускайся же скорее.
И вот он со слезами на глазах прорывается сквозь бурю вороньих перьев и возмущенные крики, к лестнице, перескакивая через пять ступенек разом, спускается вниз и вылетает наружу, а там...
Прямо в ухо ему закричали. Йонас вскочил и оторопело огляделся. Крук расправил крылья и уставился в проем окна, остальные защёлкали клювами — тревожно, коротко. Один из молодых воронов, серый ещё затылком, сорвался с места и заметался под потолком.
Йонас открыл рот спросить, что на них нашло, но в этот момент сквозь шум дождя и вой ветра пробился другой звук — свистящий, быстрый, непохожий ни на гром, ни на ветер. Не успел он и шагу сделать к окну, чтобы посмотреть наружу, как через него в башню влетело что-то крупное мокрое, чёрное и очень быстрое. Оно ударилось о стену, сбило двух воронов и рухнуло на пол прямо в кучу золы из печи.
Вороны заорали, заметались. Крук взлетел, каркнул длинно, повелительно — и все смолкли.
Сшитое из шкур и тканей полотно, так старательно прибитое к окну, сейчас валялось в стороне. Ветер, дождь, шум воды и гроз ворвались в башню вместе с таинственной незнакомой. Но Йонас не обращал на них никакого внимания. Весь его мир сузился до тела на каменном полу.
Это был человек. Йонас знал из смутных воспоминаний детства и книг, что есть старухи — старые женщины, девы — женщины помоложе, и девочки — маленькие женщины. Перед ним лежала девочка. Он распознал это по длинным волосам. Она была одновременно похожа на него и совсем не похожа. Огненные кудрявые волосы, круглое с вздернутым носом лицо, закрытые глаза, бледная кожа с царапинами, две руки, две ноги, голова. Под головой смятая крупная шляпа. Мокрый плащ, под ним платье и штаны, заправленные в сапоги.
Сделав это открытие, Йонас торопливо схватил кочергу, которой обычно ковырял угли, и выставил ее перед собой. Вороны вокруг одобрительно захлопали крыльями. Он не помнил первые годы жизни, но точно знал, что видел в прошлом людей. Много людей. А потом обнаружил себя здесь, в башне. Кто знает, чего ожидать от людей. Он привык жить с воронами и не видел никого, кроме них.
Любопытство боролось внутри со страхом. В голове роились вопросы? Зачем ей нужна метла? Неужели он прилетела на ней, как ведьма? Но ведьмы в книгах всегда старые и уродливые. А что это за одежда на ней? Кольца на пальцах? Мешочки на поясе?
Йонас оглянулся на Крука. Тот смотрел на девочку настороженно, сузив зрачки. Кажется, тот тоже не знал, чего от нее ждать.
Гостья лежала неподвижно и все еще не подавала признаков жизни. Йонас шагнул к ней, и одна ворониха цапнула его за штанину. Он не заметив продолжил подбираться ближе.
Йонас почти дотронулся кочергой до плеча девочки, как глаза у нее распахнулись. В следующее мгновенье он почувствовал удар в живот и грохнувшись на пол увидел перед собой тупой конец метлы.
— Ай! — услышал он крик.
Метла выпала из рук разбойницы. Вороны клевали ее в шею, в руки и везде, куда, могли дотянуться. Йонас отполз подальше в угол и круглыми глазами смотрел на происходящее.
— Хватит! Дурные птицы!
Девочка с растаскиванмыми во все стороны волосами шарила рукой по полу в поисках метлы, но та волшебным образом сама укатилась к печи так, что хозяйке было не дотянуться. В конце концов Йонасу стало ее жалко. Он посмотрел просяще на крука но тот сделал вид что не заметил. Тогда Йонас подал голос, попросил их оставить ее на вороньем. Они услышали с третьего раза и расселись воинственно по краям комнаты.
Девочка схватила кувшин, вскочила и угрожающе потрясла им.
— Эй, леший, ты стравил их на меня?
Йонас расплылся в улыбке и чуть не захлопал в ладоши от звуков человеческой речи. Все эти годы в башне ему казалось, будто это придуманный язык и он один на нем говорит. А смотрите-ка, не один!
Видимо ей не понравилось его радостное выражение лица, потому что она стала еще страшнее. Даже волосы затопорщились в разные стороны.
— Леший? Кто это?
Йонаса окинули внимательным взглядом с ног до головы.
— Да ты не леший, а человек. Чудной, правда...
Йонас опустил взгляд на себя. Что именно в нем было чудно? Волосы, стянутые веревкой в хвостик? Одежда? Людей в башне раньше не бывало, но их одежды было хоть отбавляй. На плечах висела накидка с проделанной дырой для головы в несколько слоев и цветов. На ногах штаны до груди. Она схватила метлу и дернулась к окну, но Йонас схватил метлу за конец.
— Отпусти!
— У меня есть вопросы.
— Небось охотникам хочешь меня сдать? Золото получить? Ни за что!
Ведьма споткнулась о ящик и метла оказалась в руках Йонаса. Она рванула к нему, но тут же остановилась под взглядом нескольких дюжин вороньих глаз.
— Все, что попало в башню, наше. Ты и эта метла тоже.
Йонас посмотрел на Крука, ища одобрения. Но тот низко пророкотав сел ему на плечо и мотнул клювом в сторону ведьмы, мол, верни ей метлу и пусть улетает.
«Но она мой шанс узнать о внешнем мире. Узнать, откуда берутся вещи, которые вы приносите в башню. Поговорить с человеком, как я!» — мысленно восклицал Йонас, глядя старому ворону в его желтые глаза. Тот всегда понимал его без слов.
Но в этот раз тот лишь взъерошил перья и ответил ему ледяным взглядом.
Йонас всегда слушался Крука. Иногда не сразу, оказав изрядное сопротивление, но всегда в конце концов Крук оказывался прав и добивался своего. Это касалось и стаи, и Йонаса.
В первый раз Йонас нарушил это правило.
— Посмотри, — указал он ведьме на окно. — Дождь сильный. Холодно. Пережди ночь здесь.
Ведьма скосила глаза на окно. Ливень только усиливался. Ветер пускал его в башню и на полу уже было мокро. Сверкнула молния.
— Ты сама сказала. Я человек. Не бойся.
— В том-то и дело, — с досадой сказала ведьма. — Ты человек. А я ведьма. Мы враги и твои попытки обмануть меня совершенно ни к...
Громыхнул гром. Ведьма вздрогнула. Она дрожала то ли от холода, то ли от злости, то ли от страха.
Когти Крука вошли в ткань на плече Йонаса и уже добрались до кожи. «Последний шанс».Йонас вздохнул.
— Я дам тебе сухую одежду. Потом уходи.
Ведьма, подумав, кивнула.