Воронец в снегу

Размер шрифта: - +

Часть I. Пролог

Когда я была ещё маленькой, моя няня рассказывала мне, что далеко на севере есть страна чёрных людей, их души темны так же как и их волосы, а вместо сердец бьётся камень, который не знает что такое любовь и радость. Это королевство злых колдунов, которые когда-то прогневили светлых богов и те отобрали у них солнце, сделав те земли краем вечных снегов. А называется эта страна Хейань, что на нормальный язык переводится как мрак или темнота.

Увы, несколько лет назад бог смерти Мортус забрал на небеса мою няню. Потом я узнала, что это страшное государство чернокнижников, в общем-то, рядом, граничит с нашем светлым королевством Люцемом. А теперь вот я как раз направляюсь в этот самый Хейань. Не то чтоб мне так уж и хотелось этого. Вернее, совсем не хотелось. Но ведь в моих руках находится счастье всех жителей Люцема. Если я выйду замуж за принца Равена из этой чёрной страны, то это положит конец войне между нашими государствами, которая длится уже почти столетие. 

— Не беспокойтесь, принцесса Актея, милостивая длань светлой богини солнца Солис не ставит вас, — ободряюще улыбнулась мне Вита, моя молочная сестра. У неё, как и у меня, были золотистые волосы и голубые глаза, но она была немного выше. 

А ещё я знала, что Вита тоже нервничает. Оно и понятно. Она вошла в ту немногочисленную свиту, что мне разрешили взять с собой. Вита, как и я, прощалась с нашим любимым королевством. От этих мыслей у меня уже в который раз на глаза навернулись слёзы, но я лишь улыбнулась. Ведь говорят, что новый путь надо встречать со счастливым лицом, тогда и дорога будет удачной.

Вскоре карета, в которой мы ехали, остановилась. Вот и всё. Мы наконец-то добрались до границы, которая разделяла Люцем и Хэйань. Дождавшись, когда дверца откроется, я вышла наружу, с трудом сдерживаясь, чтобы с наслаждением не потянуться, всё-таки долгая дорога в постоянно трясущейся на ухабах карете меня очень утомила. 

Но взглянув в сторону процессии из Хейаня, которая должна была меня встречать, я замерла на месте. Я, конечно, слышала об этом, но, как оказалось, совсем другое увидеть это воочию. Всё вокруг меня освещали ласковые лучи солнца, зеленели трава и деревья, я даже видела двух весело порхающих бабочек. Но всего в несколько шагах словно проходила невидимая стена, небо за которой закрывали тяжёлые сизые тучи, а землю укрывал белый снег. И сейчас мне предстояло отправиться туда, в это королевство, почти не знающее милость солнца.

Я поёжилась, а потом, всё-таки не выдержав, оглянулась, позади меня, раскинув свои зелёные поля, лежало королевство Люцем. Увижу ли я его когда-нибудь ещё?
 

 

Я слушала слова, которые говорили все эти люди, но не вникала в их смысл. Все мои силы уходили на то, чтобы не разрыдаться на глазах у всех. Мне хотелось залезть обратно в карету и крикнуть кучеру, чтобы он поскорее разворачивался и увёз меня отсюда. Но вот несколько шагов навстречу людям в белых меховых одеждах и мои ноги уже по щиколотку утопают в снегу. И холод. Такого холода я не испытывала, даже когда однажды в ветреный день тайком пробралась на вершину обзорной башни. Моя кожа тут же покрылась пупырышками, и я даже успела подумать, что сейчас мне вряд ли поможет и мой любимый жакет из плотной ткани. Правда, меня тут же укутали в такие же тёплые и пушистые одеяния, какие хейаньцы носили сами. 

На самом деле церемония ещё не закончилась. Но от меня больше ничего не требовалось, просто молча стоять уже на этой стороне. Такова была древняя традиция, говорили, что она уходит своими корнями в те времена, когда Хейань ещё не вступил на дорогу зла. И теперь дальше до самого дворца меня должны были сопровождать люди принца Равена.

Сказать, что мне не было страшно, значит соврать, а люцемцы этого делать не должны, в конце концов, правду от богини Солис не спрячешь. Хейаньцы даже внешне не походили на людей, к которым я привыкла. Черты их лиц были намного резче, а тёмные глаза, казалось, пронизывали насквозь. И учитывая всё, что я о них знала, я даже думать боялась о том, что будет дальше.

Правда, прямо сейчас меня больше занимали покрасневшие от холода руки и мёрзнущие уши, а ног я уже вообще почти не чувствовала. Теперь я понимала почему хейаньцы такие мрачные. Если у них всё время такая погода, это неудивительно. Больше всего я хотела спрятать ладони в рукавах, но этого делать было нельзя. И самое неприятное было в том, что я знала, что стоит мне только сделать шаг, и я опять окажусь под ласковыми лучами солнца. Но, в конце концов, мне всё равно пришлось повернуться спиной к Люцему и направиться к карете, которую для меня приготовили хейаньцы. 

И я-то наивно полагала, что меня больше ничем не удивишь!

— Что это? — невольно вырвалось у меня. У той кареты совсем не было колёс. И как на ней ехать-то можно?

— Это сани, принцесса Актея, — ответил мне молодой мужчина, который, по-видимому, был тут самый главный. Конечно, настоящих хейаньцев я только сегодня увидела, но если бы меня попросили показать самого типичного жителя этой страны я бы, несомненно, указала на него. У него были темные глаза и длинные чёрные волосы, стянутые в тугой хвост. Я ещё удивилась, как ему не холодно с непокрытой головой, так как чувствовала, что мои уши уже готовы были отвалиться. — Можете называть меня Неро.

В ответ я кивнула. Но это объяснение «сани» мне ничего не сказало, я всё равно не понимала, как они могут ехать без колёс. И я хотела бы подробнее расспросить об этом, но у всех этих людей были такие мрачные лица, что я не решилась.
 

 

На удивления сани легко двинулись вперёд. А я-то думала, что лошадям будет тяжело их тащить. Наверное, это была какая-то чёрная магия или ещё что-нибудь. Было у меня и ещё одно опасение. Эта хейаньская карета была с открытым верхом, и я всерьёз боялась, что к концу поездки превращусь в фруктовый лёд, который у нас подавали по большим праздникам. К счастью, неразговорчивая и строгая на вид служанка, которая назвалась Джу, надела на меня меховую шапку и сапожки и дала муфту — ещё одна странная вещь хейаньцев, но рукам в ней было тепло. 



Арика Блайдд

Отредактировано: 22.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться