Воровка для правителя

Часть 1.

1.1

«Так, Лия, тут надо аккуратненько, — говорю я себе, — ооочень аккуратненько повернуть замок и...»

— Что вы тут делаете? — неожиданно слышится со спины девичий голосок.

Резко развернувшись, вижу молоденькую светловолосую девушку лет пятнадцати с подносом в руках.

По всей видимости, прислуга, шла на нижние ярусы дворца, а наткнулась на меня, копошащуюся в замке внутреннего зала сокровищницы короля.

И, судя по её взгляду, направленному на мои руки, держащие отмычку, и медленно расширяющимся глазам, до неё начинает доходить, кого она застала у двери. Воровку.

— Вот демон, — выдыхаю я.

Да, я воровка и ворую драгоценности у богатых и влиятельных людей этого мира, самых богатых и влиятельных. И я однозначно в этом хороша, — даже не так: я лучшая в своём ремесле. Не зря ходят слухи о воровке по прозвищу Тень, наглой и неуловимой. До этого момента.

На этот раз я замахнулась очень высоко: на сокровищницу правителя Рулада, Его величества Алексана Третьего, известного также как Алекс Красный, — молодого короля, который, несмотря на возраст, успел прослыть умным и жестоким правителем. Прозвище «Красный» — это не только дань его красоте, о которой с придыханием говорит вся женская часть Рулады, но и тем рекам крови, которые пролились в период его борьбы за трон с Советом монтов.

После смерти родителей Алексана Третьего, попавших в шторм, власть перешла к Совету достопочтенных монтов, которые должны были помогать молодому пятнадцатилетнему наследнику управлять страной вплоть до его совершеннолетия. Однако Алексан не стал ждать ещё четыре года — и уже в семнадцать лет на очередном Совете объявил себя единоличным правителем.

Несогласные с этим монты были схвачены и казнены лично Алексаном. Как говорят, молодой правитель улыбался, медленно пронзая их своим мечом.

По землям аристократов Алексан прошёл карающим за непокорство мечом, и с тех пор о его жестокости говорили шепотом, а прозвище «Красный» стало вторым именем.

И вот в личную сокровищницу этого человека я и проникла, планируя унести из неё знаменитые бриллиантовые украшения его матери.

А что, много места не займут, а таскать иные громоздкие украшения нет ни желания, ни возможности. Да и вообще, скромнее надо быть.

Вот только нарисовалась проблема. Точнее, девушка-служанка, которая уже начинает закрывать внешнюю дверь сокровищницы и, соответственно, меня в ней.

Добежать до внешней двери я не успеваю — нахожусь уже во внутреннем помещении сокровищницы, которое имеет вполне солидные размеры, и открываю последнюю дверь, ведущую в комнату с украшениями, а девушка стоит у самого входа.

Таким образом, передо мной стоит дилемма: или дать ей убежать, и тогда о моём скромном визите станет известно всем, — или метнуть в неё кинжал, причем насмерть, в ином случае дверь все равно будет закрыта.

Выбор очевиден.