Воровка для венценосного бастарда

Глава 17

Свадебное платье, которое принесла старая, молчаливая горничная, было скромным. Впрочем, только на первый взгляд. Я разбираюсь в тканях, и богатый восточный атлас отличу от дешевой подделки. Сиреневый блеск на белом, безукоризненный крой, и вышивка по плечам, точно облако, сплетенное лесными феями. Такой наряд и графиням с маркизами не стыдно надеть.

Я примерила его и с грустью застыла перед зеркалом. Почему судьба так со мной?

- Головной венок девушки принесут перед церемонией, - скупо сказала женщина и вышла из комнаты. Я кивнула. Присела на край скамьи и застыла в ожидании.

Время для меня, словно заморозилось, а реальность перестала существовать. Я венчаюсь с нелюбимым, злым, жестоким и циничным человеком, подчинившим меня. Что ждать от жизни? Будут ли светлые дни?

Через час в комнату вошли две девушки, держа в руках венчальный венок из свежих цветов и приколотой к нему белоснежной фатой. Я поднялась, и мою голову украсили. Для кого?

- Идемте, госпожа, вас ждут.

Мы вышли в коридор. Меня повели под руки. Наверное, чтобы не сбежала, а может быть такой обряд, не знаю.

На первом этаже, в мраморном холле дома, где я оказалась по воле графа, меня ждали. Сам королевский бастард и молодой мужчина, высокий, с каменным, ничего не выражающим лицом. Такое лицо может быть только у высокородного лорда, облеченного властью.

- Доброе утро, Ева, - подошел граф и взял меня за руку. – Познакомься, Герард Вианур, сын герцога Валлейского, хозяина этого гостеприимного дома, где мы вынужденно скрываемся.

Подлец! «Мы вынужденно скрываемся», будто я напросилась. Взгляд Вартена пробрал холодом, словно намекая, чтобы я молчала. Уже ничего не изменишь.

Он был в черном сюртуке, шею скрывал черный галстук. Словно на похороны собрался, подумала я и мысленно усмехнулась. Наверное, и ему не в радость идти под венец с такой, как я. Незаконнорожденной, незнатной, еще и воровкой из банды. Ну, хоть что-то хорошее в этом есть.

Во дворе мы все трое сели в открытую коляску, и бодрые лошадки понесли нас по дороге к храму. Наверное, к тому, что я увидела с галереи у двери своей комнаты.

Вблизи он оказался старым, обветшалым строением. Как еще держится. Мне помогли спрыгнуть, мой будущий муж взял мою ладонь, и мы двинулись к открытым дверям, где нас ждал служитель.

Внутри – голые стены старой, мшистой кладки. Посреди зала – постамент, как я подумала вначале, но, приблизившись, увидела, что это колодец, самый настоящий, прикрытый деревянной крышкой, расписанной древними знаками.

По другую сторону от нас стоял жрец в темном балахоне. Его лицо с бородой скрывал капюшон.

- Встаньте рука об руку, - сказал он и протянул нам брачные ленты. Вартен обвязал мое запястье, протянул свою ленту. Я, точно под гипнозом, плохо понимая, что делаю, обвязала его запястье. – А теперь повторяйте за мной.

Слова священной молитвы, сказанные нами, глухо прозвучали над сводом храма. Жрец открыл крышку колодца и зачерпнул воды старой жестяной кружкой. Я невольно опустила взгляд, стараясь рассмотреть – что это за колодец, и заметила мерцающий отблеск изнутри. Вода в колодце едва заметно поблескивала бликами.

- Отпейте каждый, - протянул он кружку. Вначале, отпил граф, передал мне. Я взяла в руку жестяную посудину и вдруг что-то почувствовала. Легкие уколы и дрожание. Это я так волнуюсь, или она сама? Сделав глоток и повинуясь движению руки служителя, поставила кружку на край колодца.

А дальше зазвучали древние слова священного заклинания, которое связывает супругов кровным узлом и магической печатью слияния, разорвать которую способны только высшие жрецы…

Неизвестный мне Герард, что стоял за нашими спинами, подписал вместе с нами бумаги, и мы покинули это место.

В душе было пусто. Никаких ощущений, точно я высушенный сосуд. Граф помог сесть в экипаж, задержал на мне странный взгляд, но я отвернулась. До особняка доехали молча, не произнеся ни слова.

Во дворе нас встретили слуги и меня отвели наверх, в ту же комнату. Я упала на кровать. Не хочу никого видеть и слышать. Внутри меня заледенел холод.

Сколько я так пролежала, не знаю. Потом поднялась и начала медленно снимать с себя платье. Видеть его не хочу. И, точно угадав мои действия, в комнату вошла служанка, в руках которой было другое платье. Граф Вартен читает мои мысли?

Новое платье из восточного, абинейского шелка, как и свадебный наряд, было скромного вида, без рюш, бантов, вычурных деталей, но, как и первое, изящное и мастерски сшитое. Светло-голубое, оно удивительно мне подошло.

- Вас ждут внизу, если вы готовы, то идемте, - глядя в пол, сказала девушка после того, как помогла с нарядом. Я кинула взгляд в зеркало. Какая-то я бледная, но этот факт меня нисколько не расстроил. Без разницы, бледная, цветущая, уже не имеет значение.

Меня привели в огромную гостиную, где был накрыт стол. Вартен поднялся и помог присесть. Во главе стола сидел хозяин дома, Герард, который улыбнулся и мило сказал.

- Графиня, вам нужно подкрепиться. Этот ужасный обычай, что венчание требует обязательного голода – пережиток прошлых веков, но что поделать, жрецы настаивают на этом, поэтому, друзья, устроим праздник обжорства.

Да, на столе красовалось изобилие богов, какое только можно представить, и господа подняли бокалы. Интересно, какой будет тост? За счастье молодых? За потомство графа Вартена, которое нарожает Ева? Бред!

- За жизнь, друзья, - провозгласил хозяин дома. – За радость и мечты, которые обязательно сбудутся.

Мужчины подняли бокалы, и я тоже, вдруг подумав, а не напиться ли мне? Еще и пьяный дебош устроить. Надо подумать.

Мы отсалютовали друг другу и выпили. Под хорошее вино, у меня проснулся аппетит. И надо учитывать, что я по-хорошему, не ела дня три. А вокруг, перед глазами телячьи котлетки, суфле из перепелок, салаты, соусы пяти видов, ребрышки молодых барашков в кляре с травами… Мой желудок предательски заворчал. И я отдалась в объятья обжорства.