Воровка против стража империи. Соучастники поневоле

Глава 5

Он, разберите его кости злые духи, не шутил ни разу!

Только оказываюсь в душном влажном помещении, едва успеваю увернуться от ножа. Большой разбойничий нож втыкается в стену за моей головой.

– Тёплый прием, – шепчу в густую темноту, и постепенно в ней проявляется фигура.

– А хороша. Не зря про тебя говорили…

– Что говорили? – щурюсь, всматриваюсь. Всё равно не могу разглядеть говорящего. Понимаю только, что он широк в плечах – настолько, что, пожалуй, и в дверной проём не поместится.

– Что воровка Глория ловка, что обезьянка.

Не уверена, что это сравнение лестное, но допустим. Отвечать не стала. Вряд ли в темноте мужчина разглядел, как я неопределенно повела плечами. Да – я ловкая. В моей работе это обязательно.

– Крючка для вещей нету, – внезапно говорит мужчина.

– Чего? – не понимаю я.

– Нету крючка для вещичек твоих, – он тычет пальцем в только что всаженный в стену нож. – Вот туда можешь свесить все манатки. Я потом заберу и сожгу.

– Сами выдали эту убогую робу, – я провела руками по оборванному платью. – Хотите, сжигайте.

– Ну так раздевайся, чего стоишь?

– А ты будешь смотреть?

– Можно подумать, есть на что смотреть.

Сказал бы лучше, что в этой тьме тьмущей всё равно ничего не видно.

Я разделась и осталась стоять, где стояла.

– Иди сюда, долго мне ждать?

Я сделала пару шагов на голос. И тут меня схватили грубые ручищи – без всяких, надо отметить, церемоний, и запихнули в котел с горячей водой. Так вот откуда пар шёл!

– Он что, на плите стоит?! – возмутилась я. По ощущениям – меня окунули в кипяток.

– Конечно, на плите. А как мне его подогревать ещё? Таскать, что ли, с места на место? – здоровяк схватил мою голову и окунул в воду. Ещё и держал там, пока я брыкалась и пыталась вынырнуть.

– Утопить меня решил!? – возмутилась я, как только вынырнула и наглоталась воздуха.

– Такой команды не было, – здоровяк усмехнулся, и теперь утопил меня в котле, схватив за плечи.

– Если надо помыться, сама помоюсь! – рыкнула я. – Нечего руки распускать!

– Знаю я, как вы моетесь, – буркнул здоровяк. – Будешь в ванне три часа сидеть.

– Какая ж это ванна – первое! И за три часа тут свариться можно – второе.

– Из тебя толком ничего и не сваришь. Кроме костей ничего в фигуре и нету, – мужчина хохотнул. Я фыркнула. Он не прав – фигура у меня вполне себе хорошая. Могла бы быть и лучше – миниатюрное мне досталось тело, но, в принципе, всё при мне.

– Из костей самый наваристый бульон, – шепнула себе под нос. Мужик услышал. Хохотнул снова.

– Рагнар велел только помыть – есть не велел. Но – скажу я тебе, если б он велел тебя съесть – я б уточнил – под каким соусом? – он густо захохотал, я усмехнулась, хотя вряд ли кто-то заметил. Его начальника тут нет, а всё одно – выказывает покорность. А то ещё, напомните мне, злые духи, ляпну что-нибудь при Рагнаре не то.

– Вылазь, – мой “банщик” подходит и вытаскивает меня из котла за волосы.

– Да с меня и половина грязи сойти не успела! – возмущаюсь.

– Ладно, перейдём к ускоренной помывке, – мужчина несколько раз, удерживая меня за голову и плечо, окунает меня в котел. – Так лучше? Или надо ещё?

– Так лучше, – быстро отвечаю. – Я чистая до скрипа – чище некуда, – не думая о своей наготе, выбираюсь из котла. – Дай мне что-нибудь, чтоб вытереться.

– Вытереться ей. Ты что – из ледей? На! – он кидает мне рубаху. Я не вижу толком, что на ней, какого она цвета – натягиваю на мокрое тело через голову.

– Ну вот, – мужчина хватает меня и ведёт к двери – теперь снова иди вниз по лестнице, там дверь открытую увидишь. На голоса иди – не ошибёшься. Ну всё – не задерживаю, – он выталкивает меня за дверь и я сразу босыми мокрыми ногами ощущаю контраст между тёплым камнем внутри и холодным на лестнице.

Я одна. Охраны нет. Если пойти вниз по лестнице – как знать, может, найду какую лазейку. А если идти наверх – то окажусь на стене. Никакого смысла – я ж не птица, чтоб по воздуху отсюда улететь. Значит, надо идти вниз…

Потихоньку пошла по тёмной лестнице. Никакого желания встречаться с Рагнаром не было. Уж не знаю, где он меня ждёт и что задумал. Зачем ему для этого меня вообще мыть?

Открытую дверь, из которой лился свет и слышались голоса – увидела. Но заходить передумала. Прижалась к стенке и бочком прокралась, стараясь слиться с темной сырой плиткой. В дверном проеме никого не увидела – так что просто прошмыгнула мимо и… продолжила красться дальше. Если быстро побежать – услышат шаги. А на такой лестнице ещё, чего доброго, ноги сломаешь.

Так я кралась, кралась и, наконец, уткнулась носом в тупик. Пару мгновений раздумывала, повернула и побрела обратно. Шла, шла, снова прошмыгнула мимо открытой двери, побрела наверх. Как ни странно, не смогла разглядеть тяжелую дверь помывочной. Пробиралась по ступенькам до тех пор, пока не оказалась перед дверью, из-за которой проникал слабый свет. От нехорошего предчувствия кольнуло в груди. Толкнула дверь – и оказалась на той самой открытой площадке, продуваемой всеми ветрами…

– Так, отлично, – шепнула себе под нос. – Не сдавайся, Глория.

Чтобы меня не заметили, поползла. Сырые волосы налипли на лицо и шею, сильный ветер лишал способности нормально вдохнуть. Где-то тут должен быть ещё один вход внутрь тюрьмы. Мне б попасть внутрь, просочиться в коридоры. Залезу в мусор – пусть выкинут вместе с пищевыми отходами на свалку, вместе с трупами в костяной могильник – да мне всё равно – лишь бы отсюда выбраться. Надо будет – проберусь в мертвецкую, займу место какого недавно почившего… Только знать бы – не сжигают ли тут таких, а то выйдет казус…

Так я ползала, проверяя каждую башенку – дверей нигде не было – их словно стёр кто-то!

– Да быть не может! – рычала я, переползая от одной башни к другой. – Откуда-то ведь мы сюда поднялись!

Наконец, наткнулась на дверь. Быстро толкнула её, оказалась в темном нутре башенки. Руками нащупала лесенку, так, на ощупь, и поползла вниз. Лишь бы никто по пути не встретился. Лишь бы, лишь бы… Ползла долго, пока носом не уткнулась во внезапно передо мной раскрывшуюся дверь. У моего лица оказался ботинок.