Воровка. Сбежать от прошлого

Глава 17.

- А ты когда-нибудь задалживала услуги богам? – дочка удобно устроилась на коленях, внимательно смотря на меня. Я всегда мало чего рассказывала, да и виделись мы с ней довольно-таки редко, так что особой возможности поговорить по душам нам не удавалось. Да и дочка, наверное, давно не считает меня своей матерью, только биологически. Да и, скорее всего, общается она уже по большей части только чтобы меня не обидеть. И от этого на душе становится горько. Но пусть так.

Пусть я давно перестала быть для нее матерею, у которой можно было спросить совет, и которая должна быть с ней всегда рядом, то пусть я останусь для нее хотя бы подругой, с которой можно поплакаться на стерву Судьбу или поговорить о женском.

Но дело не только в том, что мы мало видимся. Я ей мало что рассказывала о себе только потому, что боялась потерять свою любимую дочурку. Боялась, что Мари найдет в моих рассказах что-то романтичное и попытается повторить мои поступки. По себе знаю, сама такая же была.

Сьюзи рассказывала истории из своей жизни, а я видела в них только романтику и пыталась повторить ее поступки. Я всегда мечтала стать такой, как Сьюзи. Вот домечталась. Но я не жалею о том, что я имею. Только повторять свои ошибки и позволить своей дочери слушать «романтические истории», развесив уши, я не позволю. Но избегать рассказов о своей жизни тоже не стоит.

- Конечно, иначе не было бы нас с тобой. Было время, когда я должна была почти всем богам и не только одну услугу. Но это в прошлом… Надеюсь.

- А какие услуги они просили взамен?

- Первая помощь была от Фортуны. Тогда я была еще ребенком. Мне пришлось покинуть Венск, и тогда мне Фортуна предложила помощь в обмен на услугу. Я, конечно же, согласилась, понимая, как мне необходима эта помощь. Фортуна мне помогла добраться до границы, а взамен она попросила меня присягнуть к ее храму. И это было только начало. После было еще много разного, но не так запоминающиеся, как это. Если хочешь, спроси у Медведя. У него тоже, наверное, случались подобные случаи.

- Никогда о подобном не слышала. Да и Медведь, давно бы рассказал, если с ним подобное случилось… - нахмурилась девочка, - А может, это сказка?

В ответ на ее подозрительность засмеялась. Если бы это была сказка… Какое это было счастье. Но, увы, это жестокая реальность.

- Нет, это не сказка. Со мной это на самом деле случалось. Как-нибудь потом я вас с ней познакомлю. Но не сейчас.

- Конечно, хочу, - девочка захлопала в ладоши, - Лен?

- Что, моя хорошая?

- Ты надолго? – и посмотрела на меня своими карими глазами, лишающие самообладания. Эти глаза ей достались от отца, но мы сейчас не об этом.

- Звездочка моя, я очень хотела остаться, но, прости, не могу. У меня одно дело, - сдерживая непрошенные слезы, ответила ей, понимая, что не могу быть со своей дочуркой больше, так как видеться дольше, чем мне хотелось, не позволит ее отец. Да и мой тоже. Но, о мать моя Фортуна! Как же мне больно от осознание этого, - Которое надо срочно закончить.

- А можно мне с тобой? Я буду тебя слушаться и помогать. Честно, честно! – взмолилась девочка, взяв мою руку в свои маленькие ладошки.

- Мари, доченька, - все-таки не выдержала и заплакала, - Я очень хочу, чтобы ты поехала со мной, и мы проводили время намного больше. Но я не могу тобой рисковать. Меня ищут почти во всех городах королевства и не только этого. А если тебя найдут, я не переживу. Я не смогу себя простить, если тебя найдут. Но как только я разберусь со всем, то ты обязательно будешь ездить со мной, - не контролируя слез и едва не сдерживая свою речь, ответила дочурке.

- Ну что ты, мамочка, не плач, - она обняла меня за шею, - Я все понимаю. Ой, прости, Лена.

- Ничего, моя хорошая, - сквозь слезы улыбнулась ей, - Все хорошо. Просто понимаешь… Я очень тебя люблю и никогда ни за что не отдам тебя никому. Ты веришь мне? – посмотрела в глаза своему личному кусочку счастья в этом злом и жестоком мире.

- Конечно, мамочка, - она улыбнулась, - Конечно, верю. И я тебя тоже люблю. Очень люблю. И тоже боюсь тебя потерять.

Так мы просидели и, обнявшись, плакали. Я сидела обнявшись с дочкой, говорила ей, как сильно ее люблю. А дочка в ответ обнимала и тихо пристроилась у меня на коленях и вытирала дорожки слез с моих щек.