Восемь недель за вуалью

Глава 5.1. Темнота

Не знаю, почему слова Роя заставили меня насторожиться. Он не раз говорил, что его кровь, кровь Феррела, является особенной, и, наверное, частично это было правдой, но я никогда не верила во что-то большее.

Но сегодня вечером… он действительно был сам не свой. Постоянно озирался, будто слышал что-то, и всего через несколько минут мы уже слышали, как в лесу двигаются скребуны и даже мимики, которые были куда опаснее.

Рой всегда нас предупреждал, и именно это помогло нам найти это место и построить баррикады.

— Меня разрывает изнутри, иногда я чувствую прилив ярости, чувствую, что должен куда-то идти. Я даже чувствую себя сильнее здесь… сильнее, быстрее, яростнее.

— Что ты хочешь сделать? Рой, нам не следовало уходить за вуаль, мы можем вернуться прямо сейчас! — горячо зашептала Эллен, и я бесшумно развернулась к ним, не веря, что они действительно готовы пойти на подобное. Я видела их размытыми, очки лежали где-то рядом, но надеть их означало выдать, что я проснулась.

— Нет, я чувствую, что должен быть здесь. Отправляйся спать, Эллен, я продежурю твои часы.

После короткой паузы Эллен кивнула, уйдя в глубину пещеры. Накрывшись плащом, я всё никак не засыпала, перебирая в голове слова Роя. Половину его лица освещал розоватый свет луны, придавая ему особенно зловещее выражение, а глаза, казалось, светились в темноте. А может мне так только казалось, потому что он немного расплывался.

— Я вижу, что ты смотришь на меня, — наконец тихо произнёс он.

Я промолчала, не находя смысла отвечать. Да, я смотрела и слышала часть их разговора.

— Вставай, — грубо сказал он почти приказав, и я отвернулась, уговаривая себя заснуть. Сегодня я не дежурила, только завтра, и мне нужна была вся энергия, которую я могла собрать, чтобы пережить ещё один безумный день этой гонки.

Мы даже не видели Красную башню… никто и никогда, кроме первого отряда, чьи записи нашли десять лет назад.

— Вставай, Фран, — повторил он, но я лишь крепче зажмурилась, не понимая, с какой стати он ожидает, что я буду ему подчиняться.

Он изменился за эти полтора года, стал грубее, холоднее, будто тот мужчина, с которым я жила, с которым провела четыре года, кто был так нежен со мной, просто исчез. Даже с Эллен… Он разговаривал с ней всё ещё вежливо, но без той прежней мягкости, что когда-то была так заметна между ними.

Меня прервал резкий порыв холода, когда Рой сдёрнул верхнюю часть моего самодельного одеяла из плаща. Недовольно зашипев, я потянулась рукой к шерстяной ткани, но запястье резко сжали, буквально стащив меня с плаща, подняв на ноги и оттащив в сторону, всё так же высоко удерживая мою руку.

Я растерялась, не ожидая от него такой силы, но почти сразу разозлилась.

Какого чёрта он себе позволяет? Почему считает, что я должна ему подчиняться?

Сгруппировавшись, я пнула Роя в колено так, что он замер, а второй рукой потянулась к кинжалу, который я, как и многие другие, носила в голенище сапога.

Лезвие замерло в миллиметрах от его горла. Я не ударила. Конечно же, не ударила — он был членом моего отряда, человеком.

Рой не шелохнулся, хотя и выглядел напряжённым, мышцы на руке, всё ещё сжимающей моё запястье, вздулись.

Глаза напротив пылали… Сейчас, вблизи, я отчётливо это видела. Но это было невозможно. Если только это место действительно не меняет его изнутри.

— Мы просто поговорим. Ты ведь не хочешь будить остальных? Им нужно отдохнуть, завтра тяжёлый день, — произнёс он хрипло, глаза горели почти ненавистью.

А мне не нужно?

Кинжал я всё же отвела — он казался вполне вменяемым, хоть и вёл себя откровенно странно.

— Отпусти, — бросила я первые слова с момента отправления. — Мне больно.

Он наконец разжал пальцы, и мои пятки коснулись земли. Честно говоря, я не помнила, чтобы он был настолько сильным раньше. Да и он сам, казалось, удивился, когда отпустил меня.

— Там, — он кивнул на одинокое дерево неподалёку от устья пещеры, дающее тень и укрытие на случай, если кто-то захочет поговорить или спрятаться от остальных. Наверняка Эллен всё ещё не спит и прислушивается к разговору.

— Мне нужны мои очки.

— Десять минут — и ты вернёшься, — возразил Рой.

Он не пошёл впереди по тропинке к дереву — не доверял мне, следовал прямо на одном уровне. В какой-то момент он даже коснулся моей спины, но убрал руку, едва я обожгла его взглядом.

— У тебя на самом деле печать? Почему ты не сказала мне об этом?

Потому что я не хотела, чтобы он подумал, будто я рядом только ради спасения. К нему постоянно подходили женщины с печатью, и он сразу дал понять, что не станет жениться лишь для того, чтобы избавить кого-то от гибели — даже если ему их жаль.

— Не думаю, что это тебя касается, — я бросила взгляд на свой плащ и услышала в ответ его смешок.

— Переспи со мной, Фран, — Рой не сводил с меня странного, неопределённого взгляда, слегка наклонив голову. — В благодарность я обеспечу тебя щитом. Я слышал, как Лойд Рассел говорил, что ты подавалась два года подряд, и он считает, что у тебя нет печати.

Щит был бы очень кстати, с другой стороны, в моей ситуации, это просто растрата.

— Мне казалось, мы закрыли этот разговор вчера, — тихо произнесла я.

Рой сделал шаг ко мне.

— Это мне не помогло. Я должен протестировать одну теорию, — он попытался наклониться, но я легко увернулась и, не оборачиваясь, пошла прочь.

Внутри бурлил гнев, который я изо всех сил подавляла, гнев оттого, что я вообще реагирую на его слова. Я здесь с одной единственной целью. Всё остальное не имеет значения. И Рой, и Эллен, появившиеся здесь и воспринимающие эту поездку как развлечение, не имеют значения тоже.

Рою, судя по всему, совершенно плевать на то, что он разбил мне сердце своей изменой, на то, что Эллен в открытую рассказывает, как надо мной насмехались, пока мы были вместе. И именно это было последним, чего я хотела в свои последние сто дней жизни.