Восхитительная лгунья

Глава 10. Вино и последствия.

Когда Лиора вошла в кабинет, он выглядел как обычно — строгие линии мебели, идеально ровные стопки бумаг, туманный свет из панорамных окон, будто вырезанный под настроение Каррингтона. Он сидел за столом, пролистывая что-то на планшете, и, не поднимая глаз, спокойно произнёс:

— У нас сегодня никаких встреч после семи. Хочешь поужинать? — будто бы между прочим, как предлагают деловой ужин коллеге. Но пауза, с которой он это произнёс, и едва заметное напряжение в голосе говорили совсем о другом.

Лиора замерла с папкой в руках, потом медленно поставила её на край стола. Она успела привыкнуть к тому, что Грэм умеет держать лицо — это было частью его личности. Но всё равно каждый раз, когда она сталкивалась с этой спокойной интонацией, что-то внутри у неё откликалось чуть сильнее, чем хотелось бы.

— Сегодня? — переспросила она, будто бы уточняя, хотя прекрасно поняла.

Он всё ещё не смотрел на неё. Только кивнул.

— Пятница, вечер — самое время для демонстративных жестов. Появимся где-нибудь. Пусть говорят.

Она выдохнула — не слишком заметно, но достаточно, чтобы на мгновение расслабились плечи. Всё это, конечно, в рамках их «игры». Фиктивные отношения, фиктивные ужины. Но когда он предлагал вот так — без уточнений, без повода, просто потому что «вечер пятницы» — в ней что-то начало щекотать. Но сейчас она почувствовала настоящее разочарование из-за упоминания «демонстративных жестов».

— Я бы с радостью, но у меня встреча, — тихо сказала она, не отводя взгляда. — Личная.

На этот раз он всё же поднял глаза. Медленно, с нажимом. Посмотрел на неё — не просто как на сотрудницу, с которой заключена сделка. Он смотрел, будто проверял, врёт она или нет. Пытался заглянуть за слова.

— Личная? — повторил он с лёгкой тенью улыбки, которая больше походила на маску, чем на эмоцию.

Лиора кивнула. Не стала объяснять или оправдываться. Просто стояла, глядя на него с ровным лицом, как будто это действительно было что-то, не имеющее к нему никакого отношения.

— Что за встреча? — поинтересовался он, снова откинувшись на спинку кресла. Слишком спокойно. В голосе слышался ледяной контроль, за которым пряталось что-то гораздо более острое.

— Личная, — повторила она с мягкой улыбкой, стараясь говорить с такой же лёгкостью, с какой он предлагал ужин. — В том смысле, что нерабочая.

Он кивнул, и взгляд его стал холоднее, почти деловой. Но Лиора заметила, как пальцы правой руки, лежащие на подлокотнике, сжались чуть сильнее, чем нужно.

«Неужели его так напрягает отсрочка фиктивного ужина?» — проскользнуло в мыслях.

— Понимаю, — коротко сказал он и снова опустил взгляд на планшет. Разговор был закончен.

Но когда она развернулась, чтобы выйти, и уже взялась за ручку двери, он произнёс, не поднимая головы:

— Надеюсь, это не слишком важная личная встреча. Мы ведь только начали… играть в правдоподобие.

Она замерла на полшага. Услышала это «важная» как вопрос. Или как предупреждение?

— Не беспокойтесь, — ответила спокойно. — Завтра я свободна.

Она закрыла за собой дверь чуть тише, чем обычно, но с каждым шагом по коридору чувствовала, как внутри всё-таки пульсирует легкое, предательское волнение. И не из-за встречи с Джулией и Марком.

Из-за того, как он смотрел на неё. Из-за того, как Грэм Каррингтон сдерживал себя.

…

Дверь за ней закрылась мягко, почти неслышно, но напряжение от разговора всё ещё стояло в воздухе, будто стены кабинета впитали в себя эту странную смесь недосказанности и вызова.

Он смотрел на экран планшета, но перед глазами было не голубое свечение цифр, а её лицо — спокойное, уверенное, и слишком ровный голос: «Личная встреча». Слова, от которых внутри у него будто что-то сорвалось с якоря.

Он медленно положил планшет на стол, сцепил пальцы перед собой. Разум пытался отмахнуться от эмоции, назойливо колотившейся где-то под рёбрами. Абсурд. Он взрослый человек, провёл сотни подобных разговоров. У него были партнёрши, были отношения — и с куда большим правом на ревность, чем у него сейчас. Но даже самые серьёзные из них не заставляли его чувствовать вот это: напряжение в челюсти, сухость во рту, глупое желание знать, с кем она.

Он откинулся назад и провёл ладонью по лицу. Чёрт.

Это не его дело. У них фиктивные отношения, деловой договор. И всё, что выходит за пределы этого контракта, — опасно. Опасно для дела. Опасно для контроля. А он всю жизнь выживал именно благодаря контролю.

Он провёл ладонью по лицу, затем быстро, резко вернулся к работе. Один звонок, потом второй. Совещание по видеосвязи. Сухие формулировки, указания, подписанные контракты, внутренние отчёты — всё шло своим чередом, и Грэм будто возвращал себе контроль с каждой задачей, с каждым принятым решением. Лиора исчезла из его поля зрения, но не из головы. Но каждый раз, как он оказывался один — за столом, в лифте, у кофемашины — в голове всплывал её голос: «Личная встреча». И как будто в этих двух словах заключалась не просто независимость, а барьер. Чёткая граница: не заходи.

К вечеру он уже знал, что отвезёт её. Это было даже не решение — скорее, импульс. Часть него сама выбрала этот путь, даже не спрашивая согласия остальных.

К вечеру, когда офис постепенно начал пустеть, он нашёл её в одной из переговорных — она просматривала документы, делала пометки, привычно грызла конец ручки. На ней был тёмно-синий жакет, и волосы она собрала в низкий хвост. В обычный день он бы не заметил, как ей идёт этот оттенок. Сегодня — заметил.

— Подвезти тебя? — спросил он, как только она вышла из комнаты и свернула в сторону лифта. Голос его прозвучал ровно, без намёков. Только предложение.

Лиора слегка улыбнулась — вежливо, как человек, которому не хочется отказывать.