Восход Луны

Глава 39

Я побледнела от осознания правды.

-Что если Тьма вырвется, что если он явится и попытается забрать меня?

Кириан напрягся. Его глаза, обычно сиявшие ровным золотым светом, потемнели, как будто сквозь них вдруг прорвался отблеск страха - настоящего, глубокого, древнего.

-Он уже пытается, - глухо сказал он. - С той ночи, как ты коснулась Зеркала Утрат. Его проекция уже приходила к тебе, я знаю. Я чувствовал это. Но он не может дотронуться, пока нет, но каждую ночь становится ближе. Он шепчет тебе, ждёт, и если ты позовёшь его - он явится.

Он подошёл ближе, его голос стал тише, но напряженнее.

— Если он вырвется, если стены сдерживающие его падут, то он явится не за тем, чтобы забрать тебя. Он явится, чтобы забрать всё. Начнёт с тебя, потому что ты - его свет, его слабость, его цель. Но на этом он не остановится. Он сотрёт всё, что мы знаем, каждый уголок, где есть тепло, надежда или любовь. Он не просто Тьма, Элиана. Он - боль, которую сделали вечной. Он то, что осталось от любви, если её предали слишком много раз.

Кириан замолчал на миг, в голосе зазвучало что-то невыносимо личное.

— Когда он обезумел в первый раз, он был моим братом. Я пытался спасти его. Я любил его. Но он выбрал ненависть. Он выбрал ненавидеть и утопить в этой ненависти всё. И если он придёт за тобой, то я не знаю, смогу ли снова не убить того, кто когда-то был частью меня.

Он сжал кулак.

-Но если придётся, то я это сделаю. Потому что ты не принадлежишь ему. Ты не его пленница. Ты не его возлюбленная. Ты - Луна, возрожденная в мире, который уже не тот.

Он посмотрел мне прямо в глаза, словно умоляя поверить.

-Если он придет, то я буду рядом. До конца, Элиана.

Я смотрела на него долго, слишком долго, как будто пыталась разглядеть в его облике мальчика, который когда-то держал за руку своего брата под первым светом двух звёзд. Потом медленно, как будто вспоминая что-то сокровенное, что давно хотела сказать, я улыбнулась.

- Вы не можете убить друг друга, - произнесла я тихо, но отчётливо. - Вы - два конца одного света. Один не может исчезнуть, не унеся за собой другого.

Кириан отвел взгляд. На миг его лицо словно треснуло изнутри, в нем мелькнула боль, вина и что-то почти детское, незащищенное. Он стоял, как статуя, залитая солнечным светом, но в этот миг был ближе к Тени, чем когда-либо.

-Ты не понимаешь, - глухо сказал он. - Ты видишь в нас то, чего больше нет. Мы были близнецами Света, да. Он был Небом перед Закатом, а я - Рассветом после Ночи. Но то, что внутри него теперь, это не брат. Это что-то другое. Чудовище, созданное из тысячелетнего ожидания, боли и лжи.

Я не сводила с него взгляда.

- Ты не можешь убить во мне надежду, - сказала я. — Но если хоть искра в тебе помнит его, значит, в нём ещё что-то осталось хорошее. Значит, и он тоже может вспомнить меня.

Тишина повисла между нами. Долгая, полная невыносимого смысла.

Кириан шагнул ближе, совсем близко, так что я почувствовала тепло его света.

-Ты слишком добра, — прошептал он. - Даже для Луны. Даже для него.

Я улыбнулась снова, но в этот раз чуть грустнее.

-Нет, Кириан. Я просто верю. А вера - это тоже свет. Даже если ты пытался его уничтожить.

Кириан замер, всматриваясь в её лицо, в эту мягкую, упрямую, бесстрашную улыбку, и вдруг сказал.

-Пойдём со мной. Я хочу показать тебе кое-что.

-Куда? - нахмурилась я, чувствуя, как в его голосе сменился тон из исповедального в почти священнодействующий.

-Туда, где ты увидишь правду. Не мою, не его. Ту, которая осталась за границами слов и легенд.

Он протянул мне руку. И когда я вложила свою неуверенно, но без страха, он повел меня прочь из солнечного зала, мимо стражи, зеркал, цветов и золота, в глубины, куда даже свет не доходил сам. Мы спустились по винтовой лестнице, где стены были влажны от времени, а воздух густ от сдерживаемой магии.

-Куда мы идём? - спросила я, чувствуя, как с каждым шагом температура падает, а тишина вокруг становится всё более гнетущей.

-В Сердце Тьмы, - ответил он. - Туда, где я держу его отголоски.

Они остановились перед дверью из черного обсидиана. Без замков, но покрытую золотыми глифами, которые пульсировали сдержанным жаром. Кириан положил ладонь на символ в центре, и тот загорелся. Дверь растворилась, без звука, без скрипа. Просто исчезла.

За ней была тьма.

Не ночная, не мягкая, а вязкая, сырая, как кровь. И откуда-то из этой тьмы доносилось дыхание. Десятки, сотни дыханий. Хриплых, сбивчивых и голодных.

Я вздрогнула.

- Что это? - спросила я.

-Мрачные творения созданные Тьмой, — тихо сказал он, не отпуская её руки. — Он создавал их веками. Из страха. Из обид. Из тех, кто предал его, убивая тех, кто просто оказался не в том месте. Это не просто чудовища. Это - остатки душ, искалеченных его гневом.

Из темноты послышались шаги. Не одиночные. Это были сотни шагов, будто сама бездна двигалась к ним.

- Почему ты держишь их здесь? - прошептала я, — Почему не уничтожил?

Кириан посмотрел на меня. Его глаза светились, но не теплом, а горечью.

-Потому что я не могу. Чтобы не забыть. Они - часть него. А значит, часть и меня. Я держу их в узде. Каждую ночь, каждый час. Моё Солнце - это не только свет. Это клетка. Для Тьмы. И для меня.

Он сжал мою руку сильнее.

-Ты должна понять, Элиана, если он вырвется, если ты отдашься ему, даже на миг, то эти создания заполнят мир. Не будет ни света, ни людей. Только ночь, глухая и вечная тьма.

Из мрака вдруг показалась фигура высокая, искривленная, с глазами как пустые зеркала. Она не двигалась, лишь жадно смотрела на меня.

-Но если я не отдамся ему, - прошептала я, - то я навсегда потеряю ту часть себя, которая когда-то его любила.

Мрак внутри зашевелился, будто сам Тьма услышал меня.

Кириан вздрогнул, и прошептал с мольбой.

-Тогда хотя бы не делай этого одна.