Восход Луны

Глава 45

Лолита стояла в тени мраморной колоннады, скрытая в полумраке. Она не шевелилась - только сжала край перчатки так сильно, что ногти оставили след на ладони.

С её губ исчезла обычная холодная полуулыбка. Лицо стало бледным, неподвижным, как фарфоровая маска. Только глаза - темные, сверкающие - жгли сцену перед ней, как лезвие ножа.

Он её поцеловал.
Словно мир сгорел, и осталась только она.
Не Лолита. Не дочь Амнона. Не та, кто делала для него всё.

- Значит, вот как… - прошептала она почти беззвучно, слова распадались на осколки яда. - Значит, её свет оказался для тебя ярче моей власти?

Губы дрогнули, будто от боли, но не той, что вызывает слёзы. Той, что порождает месть.

Она развернулась стремительно, почти беззвучно, шаги по мрамору были безупречно отточены - как всё в ней. Но внутри всё кипело. Эта девчонка с луной в глазах отняла у неё не просто мужчину, не просто свет - внимание мира. А это было куда страшнее.

"Ты хочешь свет? Я покажу тебе тень. Ты думаешь, можешь быть символом надежды? Я сделаю так, что ты станешь причиной страха." - шептала она.

В её голове уже выстраивался план: сначала унижение - публичное, безупречное, элегантное, чтобы уронить Элиану не магией, а взглядом общества. Потом — изоляция. От Кириана, от союзников, от дворца. А после... когда даже её зеркало утрат будет отражать стыд, она исчезнет навсегда.

Лолита улыбнулась. Едва заметно. Осторожно. Как кукловод, держащий первую нить.
— Ты выбрала смотреть Тьме в глаза, Элиана?
— Хорошо. Я стану твоим зеркалом. И ты не узнаешь, кого увидишь в отражении.

Лолита пошла к отцу.

Кабинет Амнона де Сана был похож на тронный зал теней.
Стены, обитые черной кожей, шкафы до потолка, уставленные старыми манускриптами и кодексами, в воздухе - терпкий запах чернил, пыли и власти. В центре - массивный стол из красного дерева, за которым сидел Амнон, глава Тайного круга, один из тех, кто в свое время подписал пакт с Великим Солнцем… и лишь он знал цену этой сделки.

Лолита вошла без стука - как всегда. Словно мир принадлежал ей. Но в этот раз она не улыбалась.

-Ты знал, она покидает замок по ночам. Тайно.
-Кто? - даже не подняв головы, сухо спросил Амнон, просматривая какой-то старый пергамент.
-Луна. Элиана. Лолита подошла ближе. - Сегодня я видела, как она возвращалась. С ней не было охраны. Никого. Она ходит туда, куда даже нам вход закрыт. Я думаю, она связана с сопротивлением.

Амнон поднял голову. Медленно, будто это заявление потребовало внутреннего взвешивания.

-Этого не может быть. -В его голосе была уверенность. Стальная, старинная. - Я сам приказал уничтожить верхушку ордена. И я лично видел, как их предводителя бросили в Солнечный Предел. Их больше нет.

Лолита прищурилась.

-Ты уничтожил верхушку, отец. А что насчёт корней? У них были последователи, ученики, целые поколения, выросшие на книгах, которые ты запрещал. Они называют себя Огнепавшими, так? Остатки тех, кто верит не в свет… а в равновесие. В Тьму как творца, а не как чудовище. Думаешь, они просто исчезли?

Амнон встал, обойдя стол. Его глаза вспыхнули.

-Ты не понимаешь, что говоришь. Эти… безумцы… хотели вернуть старый порядок, в котором Солнце было не богом, а узурпатором.
-А Луна? - Лолита смотрела прямо. - Для них она - ключ. Та, кто может открыть врата между мирами. И если она действительно начала вспоминать, как все эти глупцы надеялись…

Он оборвал её, сжав кулак.

- Тогда всё, что мы строили тысячу лет - рухнет. Пламя Солнца погаснет под тяжестью её сострадания. Потому что она - не правитель. Она - баланс. А они жаждут мщения, Лолита. И ты это знаешь.

Она приблизилась, понижая голос:

- Тогда давай сделаем первый шаг. Пока она ещё не уверена в себе. Пока не стала знамением. Позволь мне… сломать её. Не физически - морально. Пусть запутается. Ошибётся. Осквернится. И тогда народ сам отвернётся от неё. Даже Солнце.

Амнон на секунду задумался. Потом медленно выдохнул:

- Ты слишком на неё зациклена, дочь.
- Я защищаю то, что принадлежит нам, - холодно ответила Лолита. - Если она заговорит с теми, кто помнит, кем она была… Если она встретится с Тьмой…
…тогда уже никто не сможет нас остановить.

Амнон закрыл глаза. На мгновение перед ним всплыли лица тех, кто сжигал солнце в песнопениях, кто носил тёмные одеяния с вышитым зеркалом и луной, кто говорил:

"Истина лежит во Тьме,
где всё рождается и всё умирает.
Свет — лишь иллюзия пути.
Тьма — вернется, когда Луна возродится."

Это были слова старого Ордена Равновесия, позже прозванного Огнепавшими. Они верили, что Тьма - первородное начало, Свет - искажение, а Луна - врата. Их сожгли. Почти всех.
Почти…

Амнон открыл глаза. Холодный, расчетливый.

-Хорошо. Сделай это. Но осторожно. Нам нельзя поднимать волну раньше времени.
- Не волнуйся, отец, - Лолита слегка наклонилась в поклоне, который больше напоминал насмешку. - Она сама загонит себя в ловушку. Я только поставлю зеркало. Пусть посмотрит. Пусть выберет.

И она исчезла за дверью, как и подобает тем, кто плетёт самую тонкую паутину власти.

Когда за Лолитой закрылась дверь, кабинет погрузился в звенящую тишину. Амнон де Сан стоял у окна, глядя на небо, над которым все еще царил свет Солнца - но где-то за горизонтом уже нарастала Луна. Вечно ждущая. Вечно чуждая.

- Виктора Вербера, ко мне. Сейчас же. — произнес он спокойно, но в воздухе сгустилась такая сила, что книги в шкафах задрожали, а пергаменты в ящике зашевелились, будто ощутили страх.

Стража отправила за Вербером.

Прошло меньше десяти минут, прежде чем дверь отворилась, и в комнату вошел Виктор Вербер — сухощавый мужчина в тёмной мантии, с седыми волосами, заплетенными в узел. Его глаза, цвета обгоревшего янтаря, были спокойны, как у того, кто видел слишком многое.

-Ты звал, Амнон? - тихо спросил он, оглядывая кабинет, словно в нём не был годами.