Восхождение Roca

08. Салазар Травина

- Приветствую тебя, дорогой друг, - Николас Габриэль Валенсия протянул руку, и его гость Салазар Арчивалдо Травина нарочито почтительно её пожал.

Их встреча проходила в резиденции Николаса, который в последний месяц всё реже стал её покидать. Некогда сильное тело бывшего чемпиона Мексики по боксу в супертяжёлом весе, о фирменный апперкот которого разбился не один десяток «хрустальных» подбородков претендентов на высший боксёрский титул-начало давать сбой.

Давала о себе знать старая травма ноги, с новой силой беспокоившая его, и на людях он уже не мог обходиться без посторонней помощи, а это жутко раздражало. Понимаешь свою уязвимость и беспомощность только ощутив её сам, своей шкурой. Пока ты молод и полон сил об этом как-то не задумываешься и в полной мере начинаешь ощущать, столкнувшись один на один с неизлечимым недугом.

В двадцать четыре года находясь на пике своей физической формы, во второй раз защищая титул чемпиона Мексики, Николас Габриэль в восьмом раунде пропустил сокрушительный удар и был нокаутирован, падая, уже в бессознательном состоянии на настил ринга, сломал ногу. В тот день он лишился и титула чемпиона Мексики, и возможности стать претендентом на бой с абсолютным чемпионом мира в супертяжёлом весе. Ногу врачи до конца так и не смогли восстановить и со спортом пришлось завязать раз и навсегда.

Когда-то давним давно, Салазара и Николас действительно были добрыми друзьями и голос Габриэля оказался решающим на совете при выборе кандидатуре Салазара Травина, главой «Нового Тихуанского картеля». Но с тех пор утекло много воды. Салазар предпочёл забыть многое хорошее сделанное для него Габриэлем, заматерел, стал всё чаще подчёркнуто проявлять независимость от совета картеля, открыто выказывая свою неучтивость, ставя свои личные амбиции превыше всего остального.

Вот и сегодня, он скорее формально, как главу совета посетил Николаса, хотя всё уже заранее решил сам.

Многим другим главам картелей, входившим в совет, такое поведение Салазара не нравилось, но до сегодняшнего дня Николас не видел в действиях Травина никакой опасности.

- С чем пожаловал? - поинтересовался Николас, хотя ещё вчера шеф безопасности Мигель Родригес ему подробно изложил всю ситуацию по Травину. Но Габриэль в свои пятьдесят лет, из которых последние десять лет был главой совета объединённых картелей Мексики, никогда и никому не демонстрировал свою осведомлённость и предпочитал, чтобы собеседник излагал всё сам. Так можно было понять его истинные намерения и собственную точку зрения на происходящее.

- Николас, - начал Салазар, - возможно, тебе известно, что партия из двенадцати контейнеров запасных частей для легковых авто застряла на границе с Соединёнными Штатами Америки. Точнее, на всю поставку таможенники наложили арест.

- Да, слышал, - утвердительно ответил Габриэль.

- Причём за последним шесть месяцев, это уже второй случай.

 Я несу колоссальные убытки. Этот ублюдок капитан Хосе Лопес - обнаглевший таможенник, мешает мне работать.

 Под выдуманным предлогом блокирует мои поставки, а сам тем временем помогает своему брату Энрике Лопесу продвигать их совместный бизнес.

- Я хочу закрыть этот вопрос, - и Салазар многозначительным жестом провёл большим пальцем по горлу.

Николас встал, неодобрительно посмотрел на Салазара и сказал:

- Из-за такого пустяка картели не будут ссориться с властью, ты это понимаешь?

 Вопрос требуется решить мирно, без крови. Только недавно удалось установить такое шаткое перемирие.

Любые силовые действия против чиновников или правительства президент будет воспринимать как личное оскорбление и опять введёт войска.

- Ты это забыл?

Салазар тоже встал, прошёлся несколько шагов взад-вперёд по гостиной.

- Я понял, что совет хочет остаться белым и пушистым и мне самому придётся решать вопрос.

- Тогда зачем вообще мне нужно прислушиваться к совету, если не учитываются мои интересы?

Габриэль уже понял, Салазар поступит по-своему и остановить его можно только силой.

- Ты готов из-за своих разногласий с таможней пойти против решения совета?

- Да.

- Моё решение вам вряд ли понравится - он многозначительно посмотрел на Николаса.

- Твоё право, но этим ты себя противопоставляешь совету и своими действиями можешь причинить уже нам неудобства.

Салазар сделал шаг навстречу Николасу и остановился.

- Мы с тобой знакомы давно, надеюсь, что старые друзья не станут врагами?

- Не мешай мне, - и не подав руки Салазар вышел.

Сидя в глубоком кожаном кресле за резным дубовым столом, инкрустированным красным деревом, в своём просторном кабинете Салазар Арчивалдо Травина, как могло показаться со стороны, дремал. По правую руку от него на столе стояла пепельница из эбенового дерева с только что прикуренной сигарой, в левой руке он держал широкий стакан из толстого стекла «рокс», на треть наполненный односолодовым двенадцатилетним виски и двумя кубиками льда.

При внешнем спокойствии лица и прикрытых веках мозг его напряжённо работал.

Почему-то именно сейчас он вспомнил ту встречу с Николасом Габриэлем, разделившую старых друзей, собравших вокруг себя все крупные наркокартели Мексики, по разные стороны баррикад. Как и тогда, десять лет назад Салазару предстояло принять решение от которого зависло очень многое.

Он мысленно раз за разом проигрывал все возможные варианты по поставке беспрецедентно большой партии кокаина в Европу через Соединённые Штаты Америки. При достаточно почтенном возрасте не утратил острый ум, хватку и своё звериное чутьё к возможности обогатиться и ко всякому рода опасностям.

Все крупные сделки картеля Травина курировал всегда лично, сам просчитывал риски и возможные последствия и только потом передавал на обсуждение совету безопасности картеля. В предстоящей сделке дополнительной сложностью было то, что он рисковал лично, точнее, головой своего сына.