Восхождение злодейки. Пленница наследного принца

Глава 16

В итоге я собрала волосы в косу, завязала ее темной лентой, скрутила и подцепила несколькими простенькими на вид гребнями. Конструкция вышла нелепая, ну не умею я ни косы плести, ни красивые укладки делать. Зато, покрутив головой, я убедилась, что получившийся пучок не развалился. Что ж, пусть и не особо изысканно, зато крепко и вполне удобно.

Даже не знаю, о чем думал Атис, когда приглашал меня к себе за стол. С трудом верилось, что человеку его положения, аристократу до мозга костей, будет приятно смотреть, как я ем сырое мясо и не следую правилам этикета, принятым в этой эпохе.

Я и сама не сразу смогла смириться с тем, что мой рацион сократился и теперь состоит исключительно из чистых и свежих белков. Но кушать хочется, поэтому пришлось закрыть глаза на некоторые неудобства и уплетать свои порции подальше от посторонних взглядов. И мысль о том, что кто-то другой будет наблюдать за этим процессом, мне совершенно не нравилась.

Посыльный ушел, и я снова осталась одна, терпеливо выжидая. Часов у меня не было, а определять время по звездам, которых, к слову, в слюдяном окне и не разглядеть, я не умела. Поэтому я ориентировалась только на ту особенную тишину, которая возникает в глубокий ночной час. Ее трудно пропустить, она будто махровым одеялом накрывает сознание.

Прочувствовав этот момент, я встала, подхватила сумку и, стараясь издавать как можно меньше шума, вышла в заранее приоткрытую дверь. Не хотела, чтобы скрип петель привлек чье-либо внимание в наступившем вокруг безмолвии. Я медленно спускалась по лестнице и шагала по коридору мимо комнат, возможно, занятых кем-то из подданных Атиса.

Спустившись в освещенный подвесными лампами холл, я уверенно подошла к двери, взялась за ручку и толкнула ее, впуская поток свежего воздуха. Сомнений не было вообще, только чужое сердце на мгновение предательски защемило. Я стремительно вышла, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег, и тут же застыла, уловив на очередном вдохе знакомый аромат драконьей крови.

Мысленно застонав и почти не контролируя себя, я обернулась в поисках Атиса. Тот обнаружился стоящим у входной двери: облокотился к стене дома, скрестив руки на груди, и смотрел исподлобья прямо на меня. Я хорошо видела его, чувствовала волны недовольства, в то время как герой, скорее всего, различал только мой темный силуэт.

Напряжение, что вспыхнуло между нами, было почти осязаемым. Я вдруг ощутила себя виноватой, но не потому, что решила уйти не простившись. Мне сделалось досадно, что я так легко попалась. Значит, недостаточно выждала. Не стал бы принц всю ночь мерзнуть на морозе в ожидании появления чудовища, в скором времени бы точно отправился на боковую.

«Это все из-за глейпнира», – подумала я. – «Если бы не эта штука, я бы знала, что он здесь. Еще и выбрал место с подветренной стороны, чтобы я не учуяла!».

Ну, раз уж мы столкнулись в подобных обстоятельствах, значит, само провидение так пожелало. С момента появления в этом мире я была привязана к Атису. Не в прямом смысле, просто меня тащило вслед за ним, как попавший в водоворот корабль тянет в воронку. Было бы странно, если бы мне удалось так запросто ускользнуть от него, при том, что до этого наше расставание мистическим образом затягивалось.

Я решительно направилась к Атису, он выпрямился и подался мне навстречу. Подойдя на расстояние вытянутой руки, я остановилась, а принц поднял ладонь и зажег в ней свет. Магия, что передалась ему вместе с кровью, имела больше боевой характер, однако, Атис был талантлив в ее применении. Он сумел адаптировать некоторые способности для бытовых нужд.

Я не могла припомнить, в какой именно момент принц начал свободно ею владеть в оригинале. Первый раз ему удалось использовать магию спонтанно, когда его и Абантеса в лесу настиг вендиго – одна из самых сильных тварей романа. Вендиго боялся огня. Ни стрелы, ни холодное оружие не были способны пробить каменную кожу, но в пламени это существо таяло быстрее сгорающей спички.

– Атис, – подала голос я, хмурясь от охватившего грудь непонятного ощущения.

В голове тут же всплыл момент, как принц залечил мои раны от веревки, просто подышав на них. Тогда была немного другая атмосфера, мысли всякие крутились, поэтому я почти забыла об этом. Теперь же это воспоминание пробудило любопытство вкупе с беспокойством.

– Как давно ты стал пользоваться магией?

– Не все ли равно? – тут же отозвался принц, и в его голосе мне послышался вызов. – Зачем спрашиваешь? Собралась уходить – уходи!

Я поджала губы, но в ответ дерзить не стала. Его чувства можно было понять. Видимо, за то время, что мы провели вместе, он успел привязаться ко мне. Как там Атис сказал? Встретить кого-то столь же уникального оказалось на удивление волнующим? И еще что-то про то, что ему нравится учить меня простым вещам.

Принц делал много широких жестов в надежде, что они принесут дивиденды в будущем. А я мало того, что не остаюсь, так еще и сбегаю под покровом ночи, не прощаясь. Но по-другому я поступить не могла из-за Элфры, которая видела в нем пару и хотела остаться рядом.

Свойства его волшебной крови позволяли ундине помимо привычных ей ненависти, раздражения и злости ощутить симпатию, желание, любовь. И пусть у нее эти эмоции были не столь яркими как сейчас, во время откатов, я все равно могла понять, почему Элфра из оригинала так прикипела к Атису.

– Да, я ухожу, – проглотив сухой ком, сказала я и, отвернувшись, обронила: – Прощай.