Воскрешение мотыльков

Снежная пещера.

Мальчик и девочка гуляли вдоль железной дороги – недалеко от той улицы, над которой возвышались их родные пятиэтажные дома. Девочка везла побитую куклу в игрушечной коляске, а мальчик просто шёл рядом с ней, стесняясь своей неустойчивой походки. Вчера во дворе он не успел объяснить ребятам, что гуляет с куклой младшей сестры, потому что та заболела и родители не отпускают её на улицу – сестрёнка очень переживала, что Сонечка (так звали пострадавшую куклу) останется без свежего воздуха.
Алиса была далеко не глупой девочкой для своих лет, но в её мире по-прежнему куклы могли болеть и умирать, если о них не заботиться, а на северном полюсе Дедушка Мороз мастерил игрушки.
– Когда наступит зима, – сказала вдруг Маша, – мы построим снежную пещеру. Она будет очень холодная и некрасивая на вид, поэтому все будут обходить её стороной. А мы будем знать, что в пещере тепло и уютно, и будем в ней жить до весны.
– А-а почему... в пещере... будет те-епло? – поинтересовался Максим, мечтательно улыбаясь.
– Ну, мы постелем внутри покрывало...
Маше хотелось загрести лопатой не снег, а все холодные обиды, что им причиняли, и построить из них убежище. Спрятаться в нём и дарить друг другу тепло, а снаружи пусть никто не догадывается, что "дебил с ненормальной" счастливы. Пусть все думают, что они с Максимом насмерть замёрзли, а снежная пещера – это снежный склеп, в котором лежат их бездыханные тела. Пусть мальчишки боятся даже заглядывать внутрь…
Наступила зима. На улицах снега лежало не меньше, чем на северном полюсе. Маша и Максим выпросили у дворника деревянную лопату и построили, как и мечтали, снежную пещеру. Внутри они постелили лоскутное покрывало, принесли фонарик, чай в термосе, пряники и старую книгу со сказками Андерсена. В пещере и правда оказалось не так холодно, как снаружи, ведь в неё почти не вторгался ветер.
Максим любил рассматривать иллюстрации к сказкам и вспоминать, как прежде, когда он был ещё маленьким мальчиком, мама читала ему о Снежной королеве, и о живых игрушках, и о бедной девочке со спичками... Маша немного запиналась, когда читала, а сложные слова произносила по слогам, но Максим слушал бы маленькую подругу так долго, что им обоим пришлось бы ампутировать пальцы.
Покидая убежище, Машка и Максим прятали все сокровища в рюкзаки, а на следующий день приносили обратно. Когда Маша уставала читать вслух, они с Максимом сами придумывали и рассказывали друг другу сказки.
– На северном полюсе, среди ватных облаков, родился солнечный луч, – рассказывала Маша февральским вечером, а Максим... светил в неё фонариком.
– Эй, в глаза не свети!
– И-извини... больше... не-е буду.
– Так вот, луч изо дня в день согревал снег, но тот не растаял ни на сантиметр...
« – Кому мне подарить свой нежный свет, кого мне согреть, ведь кругом только сугробы? Ни деревца, ни цветочка... – жаловался лучик. – Но что это? Вон тот сугроб смотрит на меня чёрными глазами! Посвечу-ка я в него, разгляжу получше... Ха-ха, да у него и лапы есть, и розовый нос! Кто ты? Я тебя согрею!
– Луч, не свети так ярко, глаза болят от тебя, – проревел белый медведь и закрыл лапой мордочку.
Лучик обиделся и спрятался в облака. Он долго грустил, думая о том, какой он одинокий и ненужный, но однажды услышал голос небесного светила...»
– Чей голос?
– Солнца, Максим!
– А-а... Так что... ска-азало... солнце?
– Не трать время на печаль. Согревай, согревай снег и ты найдёшь... друга. Луч снова выглянул из-за облаков и принялся согревать снег. Он тратил свой свет и тепло на бескрайний холод северного полюса, и вот однажды один сугроб совсем чуть-чуть растаял... На том месте появился маленький цветочек и потянул свои белые лепестки к лучику.
– Это... был... па-адснежник?
– Да, подснежник.
– Подснежник на-а северном... по-олюсе?
– Угу
– А белый ме-едведь... на-а него... на-аступил, - сказав это, Максим странно рассмеялся.
– Не правда! Медведь не раздавил подснежник!
– Ра-аздавил! Ха-ха
– Это моя сказка!..
– Максииим, домооой, – голос из окна прорезал вечерний морозный воздух и остановил возгорание угольков ссоры.
Максим вылез из убежища, оставив Машу в темноте. Когда девочка тоже выбралась из пещеры, её друг стоял, задрав голову к небу, и светил фонариком вверх. “Наверное, он хочет лучше рассмотреть звёзды” - подумала Маша, выдыхая тёплые клубы пара на онемевшие руки в красных варежках.
– Максииим, домооой!
– Мааашаа, домооой!